Найти в Дзене
КНИГА ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

КАК МЫ С АЛЛКОЙ ВЛЯПАЛИСЬ В КРИМИНАЛЬНУЮ ИСТОРИЮ

Сидела я как-то раз дома, мучаясь скукой и наблюдала за тем, как между оконными рамами билась толстая муха, которая влететь смогла, а как вылететь обратно – не соображала. Было лето. Стоял один из тех погожих солнечных дней, которые на Колыме можно по пальцам пересчитать. Мне, пятилетней девчонке, очень хотелось выбежать во двор и играть с друзьями, но я была наказана. Только вчера получив от мамы нагоняй за очередную провинность, я была оставлена дома, как она чаще всего говорила - «думать над своим поведением». Выходить на улицу мне было недозволено до маминого возвращения с работы. Так я и сидела в томительном ожидании, придумывая как-бы мне на этот раз реабилитироваться перед мамой, пока полёт моих грустных мыслей не прервал дверной звонок. Я спрыгнула с подоконника и быстро промчалась в коридор, чтобы гости не успели уйти, не дождавшись. Принимать друзей у себя запрета не было, поэтому остаток «наказательного» времени обещал быть не совсем нудным. На пороге стояла Аллка – девочка

Сидела я как-то раз дома, мучаясь скукой и наблюдала за тем, как между оконными рамами билась толстая муха, которая влететь смогла, а как вылететь обратно – не соображала.

Было лето. Стоял один из тех погожих солнечных дней, которые на Колыме можно по пальцам пересчитать. Мне, пятилетней девчонке, очень хотелось выбежать во двор и играть с друзьями, но я была наказана.

Только вчера получив от мамы нагоняй за очередную провинность, я была оставлена дома, как она чаще всего говорила - «думать над своим поведением». Выходить на улицу мне было недозволено до маминого возвращения с работы. Так я и сидела в томительном ожидании, придумывая как-бы мне на этот раз реабилитироваться перед мамой, пока полёт моих грустных мыслей не прервал дверной звонок.

Я спрыгнула с подоконника и быстро промчалась в коридор, чтобы гости не успели уйти, не дождавшись. Принимать друзей у себя запрета не было, поэтому остаток «наказательного» времени обещал быть не совсем нудным.

На пороге стояла Аллка – девочка чуть старше меня из соседнего дома, одного из таких, которые мы называли бараками – старого дощатого приземистого строения постройки времён лагерей, наполовину вросшего в землю.

-Привет! Пойдём со мной в магазин! – без длинных предисловий позвала Аллка.

-Я не могу. Меня мама наказала и не разрешила выходить сегодня на улицу.

-Ну и что? Меня тоже наказывают и не выпускают на улицу, но я выхожу и гуляю, пока родители на работе, а потом захожу домой и делаю вид, что сидела там весь день.

Тут-же в моём юном мозгу щёлкнуло и на подкорку мгновенно записался Аллкин полезный опыт, который я, не откладывая в долгий ящик, решила применить сегодня же.

-А тебе в какой магазин? – уточнила я.

-В «Юбилейный».

-2

Продуктовый магазин «Юбилейный» находился неподалёку, и я подумала, что можно рискнуть и составить Аллке компанию.

На всякий случай я сверилась с часами, чтобы понять, успеем ли мы обернуться до возвращения моей мамы. В пятилетнем возрасте мои умения определять время по часам были весьма слабыми, но я знала, что работа у мамы заканчивается, когда короткая стрелка будет на цифре 5, а длинная на цифре 3 – в переводе на взрослый язык в 17 часов 15 минут. Убедившись, что до рокового часа стрелкам ещё идти и идти, я спешно засобиралась, напяливая на себя одновременно всё самое красивое, что было из вещей. Как-никак собиралась выйти в свет - в магазин, который располагался за пределами нашего двора. Когда я, пыхтя и покрываясь испариной, наконец застегнула на ногах неснашиваемые советские сандалии выгоревше-рыжего цвета, Аллка задала вопрос:

-А где твоя сумка? Куда ты покупки собралась складывать?

-Ты чего, какие покупки? У меня денег нет. Мы за твоими покупками пойдём.

-Так у меня тоже нет денег.

Я уставилась на Аллку, как-будто увидела её в первый раз.

-Как это нет денег? А как ты покупать будешь? – наконец очнулась я.

-Вообще-то покупать можно и без денег. Они только у взрослых бывают, а детям можно без денег покупать. Я вот умею.

Стою – соображаю. Такая арифметика с моим детским умом никак не стыковалась.

-Тогда я не понимаю, зачем взрослые в магазине платят деньги, если можно без денег что хочешь купить, а? – продолжала я клещами тащить из Аллки информацию.

Аллка закатила глаза и, громко цыкнув, смерила меня взглядом мудрого философа, познавшего всю подноготную земной жизни, которому приходится втолковывать очевидные понятия несмышлёному дурачку, привыкшему мыслить примитивными категориями.

-Взрослые платят деньги в магазине потому, что они так хотят – с расстановкой растолковала мне Аллка. –Им их на работе дают, поэтому они их относят в магазин. Надо же их куда-то девать, понимаешь? А дети могут без денег покупать.

С финансовой грамотностью дело у меня обстояло ещё хуже, чем с умением определять время по часам, поэтому Аллкины доводы меня вполне убедили.

Я пробралась из коридора в комнату не разуваясь, стараясь передвигаться на кончиках пальцев, как балерина в пуантах. На глаза попалась мамина кожаная сумка с замком «поцелуйчик», которую я всегда добавляла к своему образу, когда надевала мамины платье и туфли на высоких каблуках и изображала из себя взрослую.

В этот раз сумка отправилась путешествовать со мной в «Юбилейный», чтобы быть использованной по своему прямому назначению.

Мы вышли из дома и вприпрыжку поскакали в магазин, громко обсуждая по дороге ассортимент и количество предстоящих приобретений.

Не прошло и десяти минут, как мы были на месте. Повиснув вдвоём на массивной ручке тяжёлой входной двери, которую удерживал не только собственный вес, но и мощная стальная пружина, пыжась и упираясь ногами, мы с трудом протиснулись в магазин через образовавшееся узкое пространство. Дверь, стремительно движимая возвратной силой пружины, тут же отфутболила нас с Аллкой метра на два в магазинные альковы, где мы быстро растворились среди других покупателей.

Прежде, чем продолжать повествование, следует немного отвлечься и рассказать о внутреннем устройстве нашего «Юбилейного». Несмотря на то, что шёл 1984 год, а «Юбилейный» был всего лишь поселковым продуктовым магазином, он являл собой подобие самого настоящего современного универсама. При магазине работала поселковая пекарня, доставлявшая покупателям свежий хлеб. Мясо, колбасные, мясные изделия и молоко, которые нас, откровенно говоря, даже не интересовали, продавались с прилавков, а вот остальные товары располагались на стеллажах, расфасованные в упаковочную бумагу и целлофановые пакеты. Вот тут-то нас и ждало раздолье.

Глаза мои сразу разбежались и я уже начала расставлять приоритеты, мысленно сортируя товары на стеллажах на такие, которые нужно взять обязательно и такие, которые я возьму только в том случае, если останется место в сумке. Бродя между стеллажами, я представляла, как обрадуется мама, когда я вернусь домой с богатой добычей и она сразу простит мне все, даже самые серьёзные, проступки. Тем более, когда я открою ей великий секрет, что делать покупки в магазине можно, вообще-то, и без денег.

Помня однако о том, что время не резиновое и домой нужно вернуться, опередив маму, мы заторопились и стали деловито распихивать по сумкам бумажные кульки с развесным печеньем и упаковки с конфетами. Набив под завязку свои закрома, мы двинулись к кассе, рядом с которой в большой корзине лежали пачки с сухой смесью для приготовления желе с разными вкусами. Я взяла всего несколько пачек лимонного – не потому, что не хотела, а потому что попросту было некуда складывать. Заткнув желе в оставшиеся прорехи между печеньем, конфетами и сухим киселём, я подняла глаза на кассу. Это было внушительное возвышенное сооружение с дверцей, в виде островка, где на высоком стуле за кассовым аппаратом сидела мама моего садиковского одногруппника Серёжки - тётя Таня. Конструкция кассы предусматривала широкую полку для сумок покупателей.

-А мы должны сказать тёть Тане, что покупаем без денег? Или она сама догадается? – попыталась я уточнить у более опытной в безденежных покупках сообщницы.

-Зачем говорить? Итак понятно, что денег у нас нет, мы же не работаем. – снова удивилась моему тугодумству Аллка. –Мы и в очереди стоять не будем. Магазины так устроены, что если дети помещаются под полкой на кассе, они просто проходят под ней и всё – резюмировала она с умным видом правила работы всех магазинов, хотя вряд-ли была где-то дальше «Юбилейного».

Так, благодаря своему мелкому калибру, мы действительно благополучно просочились, минуя бдительную тёть Таню, под полкой кассы и, упершись спинами и тем, что пониже, в тяжеленную дверь, выбрались на крыльцо магазина. Вдохновлённая полезным открытием безденежных покупок, я поторопила Аллку, чтобы не опоздать домой, и мы стали неуклюже спускаться с высокого крыльца, таща сумки с покупками перед собой.

Не успела я спуститься и на пару ступенек, как меня настигла карма. Я оступилась и спикировала вниз вместе со своей добычей. Масштаб трагедии мы смогли оценить сразу, как только я с грохотом приземлилась на собственную тяжёлую ношу. Половина печенья разлетелась из бумажных кульков и теперь оно валялось в пыли вокруг меня, а то, что осталось в упаковке, было безжалостно раскрошено во время моего пируэта. Меня взяла жуткая досада. Но зато при дальнейшем осмотре «купленного» обнаружилось, что остались целыми конфеты, брикеты с киселём и пачки с желе, и это уже радовало.

Как бы там ни было, но долго предаваться переживаниям у меня времени не было. Неумолимо приближался момент маминого возвращения домой. Необходимо было непременно оказаться дома, опередив маму, чтобы встретить её, ошеломив прямо с порога изобилием бесплатных покупок, заодно заслужив себе прощение за совершённое накануне хулиганство, которое послужило причиной очередного ограничения моей свободы.

Аллка помогла мне запихнуть в сумку всё, что осталось в пригодном состоянии, мы быстро отряхнули меня от пыли и направились домой.

Во дворе мы с Аллкой распрощались и я, наконец, затащила свою добычу домой и предусмотрительно выложила продукты на кухонный стол, чтобы они сразу попались маме на глаза.

Спустя недолгое время в замке входной двери повернули ключ. Мама! Я живо представила себе её реакцию на мой благородный поступок и меня охватил радостный мандраж. Я была уверена, что она непременно похвалит меня за такую сообразительность и будет гордиться своей талантливой дочерью.

Мама вошла и по моей загадочной улыбке сразу поняла, что что-то здесь не так.

-Что? – коротко спросила она.

-Что что? – задала я ей контрвопрос.

-Что за загадочность? – уточнила она.

-Иди посмотри! – с нетерпением позвала я.

Мама, заподозрив неладное, не успев разуться, в одной туфле прошла по коридору и заглянула в кухню. Меня раздирало от гордости. Стою, улыбка до ушей, жду. Увидев кучу непонятно откуда взявшихся сладостей, она испуганно спросила:

-Откуда это?

-Я это купила! – еле сдерживая свою неуёмную детскую радость, ответила я.

-Как ты купила? Откуда у тебя деньги???

Страсти накалялись.

-В магазине, конечно – пока ещё совершенно не осознавая критичности ситуации, пояснила я маме.

-А деньги? Деньги у тебя откуда?

-Я без денег купила – начала я просвещать маму, которая больше чем тридцать лет прожила на свете, а элементарных вещей, по моему мнению, до сих пор не усвоила.

-Без денег??? Как ты это сделала??? Как ты умудрилась??? – мама побледнела и покрылась пятнами.

-Обыкновенно. Пошла в магазин, купила и ушла домой.

-Юля, так нельзя!!! Если что-то берёшь в магазине, то за это нужно обязательно заплатить!!! – увеличивала децибелы мама.

-Так можно, просто ты не знала - уверенно заявила я, намереваясь открыть маме глаза на особенности товарно-денежных отношений с участием такой льготной, по Аллкиному разумению, категории, как дети. Но мама меня даже не дослушала.

-Нет!!! Нельзя!!! Если ты вынесла это всё из магазина и не заплатила, значит ты украла!

Мама еще долго втолковывала мне, что ни взрослые ни дети не должны ничего брать в магазинах бесплатно и обязанность оплатить покупку совершенно не зависит от возраста покупателя. Вывод из этой лекции был таков: чтобы забрать в магазине какой-бы то ни было товар, за него нужно отдать деньги.

Мама, нетвёрдой походкой морально опустошённого человека, проковыляла в прихожую, сняла вторую туфлю и уже отпивалась валерьянкой, а я в это время думала, что, во-первых, не видать мне никакой амнистии и сидеть мне в домашних застенках ещё неизвестно сколько, а во-вторых, когда я всё-таки выберусь на волю, Аллке не жить.

Вот так, совершенно неожиданно для себя, во всяком случае для меня точно, мы с Аллкой стали главными действующими лицами криминальной истории и очень удачно обнесли продуктовый магазин.

У этой истории, конечно, было продолжение. Моя мама не ограничилась воспитательной лекцией и вернула в магазин почти все мои бесплатные покупки за исключением печенья, которое раскрошилось в бумажных кульках и потеряло товарный вид. За этот хрупкий десерт мама заплатила в кассу магазина деньги, сделала из него пирожные «Картошка» и пообещала мне, что теперь я буду питаться только ими. «Нашла чем напугать» - подумала я про себя.

Аллку тоже настигло возмездие. В первый же раз, как только я, отсидев дома срок за кражу, вышла во двор, Аллка схлопотала от меня за то, что я, из-за её подстрекательства, получила от мамы.

Мамин урок я твёрдо усвоила. Чужого без спроса больше никогда не брала и в магазин ходила только с деньгами.

#историиизжизни #смешныеистории #дети #воспоминания #ностальгия #становлениеличности #детскаяпсихология