Шепот за спиной. Глава 4. Личная связь
Лаборатория. Слово повисло в воздухе кабинета, тяжелое и зловещее. Оно меняло всё. Уличный беспредел превращался в нечто иное, техногенное и куда более опасное.
— Лаборатория, — проговорил вслух Семен, свистящим шепотом. — Шеф, ты думаешь, это террор? Биохимическая атака?
— Нет, — Кирилл уже ходил по кабинету, выстраивая цепь в голове. — Слишком точечно. Слишком… избирательно. Две подруги из глухого спального района. Их не отравили в метро или в торговом центре. Это не массовый террор. Это персональные казни. Но за что?
Он остановился у стены, где уже висели фотографии жертв. Екатерина Соколова, 28 лет, менеджер в небольшой туристической фирме. И теперь — Надежда Иванова, 29 лет, ее подруга, коллега по той же фирме. Улыбающиеся лица, снятые в баре на каком-то корпоративе. Обычные девушки. Ни долгов, ни связей с криминалом, ни скандалов в биографии.
— Что связывало этих двух женщин, кроме работы и дружбы? — вслух размышлял Кирилл. — Что они такого узнали или увидели, что за это нужно убивать с такой изощренной жестокостью?
— Может, случайными свидетелями стали? — предположил Семен. — Увидели то, чего не должны были.
— Возможно. Но тогда почему первое убийство замаскировано под самоубийство, а второе — под несчастный случай? Почему не просто застрелить в подворотне? Нет. Здесь важен способ. Это демонстрация. Послание. Кому?
В ящике стола у Кирилла лежала старая, потрепанная папка. Он редко к ней возвращался. Сейчас он ее достал. На обложке было написано: «Дело Соколовой А.В. Не раскрыто».
Анна Валерьевна Соколова. Мать Кати. Пропала без вести семь лет назад. Кирилл вел это дело в свои первые годы работы в уголовном розыске. И зашел в тупик. Анна работала лаборантом на старом фармацевтическом заводе «Фармапол». Завод вскоре обанкротился и был выкуплен какой-то сторонней фирмой. Все следы терялись. Формально дело висело в архиве.
Он открыл папку. Пожелтевшие фотографии. Анна — миловидная женщина с усталыми глазами, очень похожая на свою дочь. И… групповая фотография сотрудников завода. Кирилл водил по ней увеличительным стеклом много раз. И сейчас его взгляд снова упал на одного человека в толпе. Мужчина лет пятидесяти, в белом халате, с интеллигентным, строгим лицом и пронзительным, даже на групповом снимке, взглядом. Подпись: «Зав. лабораторией, к.х.н. Дмитриев Л.И.»
Что-то щелкнуло в памяти. Седые виски. Холодный, спокойный взгляд. Описание таксиста.
Сердце Кирилла ушло в пятки. Он схватил телефон, лихорадочно пролистывая контакты.
— Куда ты? — удивился Семен.
— В больницу. Сиди здесь, координируй поиск минивэна и этого Дмитриева. Подними всё по нему! И по заводу «Фармапол»!
Больница встретила его дневной суетой. Запах еды из раздаточных, гул голосов, санитары с каталками. После ночной тишины это был другой мир.
Мира как раз заканчивала обход. Увидев его, она на мгновение замерла, затем что-то сказала интерну и направилась к нему. Она выглядела… по-другому. Не так измотанно. Свежий халат, волосы убраны, во взгляде появилась та самая профессиональная уверенность, которую он видел в кризисный момент.
— Она жива, — сразу сказала Мира, без приветствий. — Дышит сама. Мы вывели ее из коматозного состояния. Сознание спутанное, она не ориентируется, но это нормально. Говорить не может — аппарат ИВЛ пока не снимали, трубка в трахее. Но она может слышать. И понимать.
— Мне нужно увидеть ее, — сказал Кирилл. — И… мне нужна ваша помощь.
Мира внимательно посмотрела на него, заметив его странное, возбужденное состояние.
— Что случилось?
— Я, кажется, понял, кто стоит за этим. И, возможно, почему. Это связано со старым делом. С ее матерью.
Он коротко изложил историю Анны Соколовой. Мира слушала, не перебивая, ее лицо становилось все серьезнее.
— Вы думаете, она… Надя… могла узнать что-то о исчезновении матери своей подруги? И это ее погубило?
— Я не знаю. Но совпадение слишком очевидное. Мать пропала, работая на фармацевтическом производстве. Дочь и ее подругу убивают с помощью химического вещества, которое кто-то умеет готовить. И человек, похожий на бывшего начальника матери, появляется в ночь покушения. Это не цепь. Это уже паутина.
Мира кивнула.
— Хорошо. Пойдемте к ней. Но предупреждаю, никакого давления. Никаких резких движений. Только спокойные, простые вопросы. Она очень слаба.
Палата была залита дневным светом. Надя лежала, присоединенная к мониторам, которые теперь пикали ровно и обнадеживающе. Ее глаза были открыты. Они были пустыми, полными наркотического тумана и непонимания.
Мира подошла к койке, коснулась ее руки.
— Надя, ты меня слышишь? Я доктор Мира. Ты в безопасности.
Глаза девушки медленно сфокусировались на ней. В них мелькнул проблеск осознания.
— Ко мне пришел коллега. Кирилл. Он хочет тебе помочь. Он хочет найти тех, кто это сделал. Ты можешь кивнуть, если понимаешь.
Прошла вечность. Затем Надя медленно, едва заметно кивнула.
Кирилл подошел ближе, стараясь казаться максимально не угрожающим. — Надя, — сказал он тихо. — Ты пыталась сказать мне что-то про Катю. Про то, что она не упала.
На ее глазах выступили слезы. Она снова кивнула.
— Это связано с ее мамой? С Анной?
Реакция была мгновенной. Глаза ее расширились от дикого ужаса. Она попыталась закашляться, захлебнулась трубкой, мониторы запищали тревожно. Мира бросилась ее успокаивать.
— Все, хватит! — резко сказала она Кириллу, нажимая на кнопку вызова медсестры. — Вы ее до паники доведете!
Но Кирилл уже увидел всё, что ему было нужно. Ужас в ее глазах был ответом. Он отступил к стене, дав место медикам, чувствуя, как холодная уверенность заполняет его. Он был на правильном пути.
Через несколько минут Мира подошла к нему, ее лицо было строгим.
— Я сказала, никакого давления. — Вы видели ее реакцию? Она подтвердила мою догадку. — Она подтвердила, что боится! Вы могли спровоцировать рецидив!
Они стояли друг напротив друга в светлом больничном коридоре — детектив, жаждущий правды, и врач, защищающая своего пациента. Между ними вспыхнуло напряжение.
— Мне нужно найти убийцу, пока он не убил снова, — сказал Кирилл, сдерживаясь.
— А мне нужно, чтобы моя пациентка выжила! Она не улика, Кирилл, она человек!
Их взгляды скрестились. Гнев, разочарование, но и понимание позиции друг друга. Вдруг пейджер у Миры издал резкий звук. Она взглянула на экран, и ее лицо изменилось.
— Что? — насторожился Кирилл. — Анализы… — прошептала она, поднимая на него испуганные глаза. — Тот самый модифицированный тетродотоксин. В нем найдены следы уникального катализатора. Его патентовали семь лет назад для ускорения синтеза на… — она сделала паузу, — …на фармацевтическом заводе «Фармапол».
Слова повисли в воздухе. Теория из старой папки обретала жуткую, неоспоримую плоть.
Они молча смотрели друг на друга, и впервые за этот день в страхе Миры он увидел не упрек, а полное понимание масштаба кошмара. Они оба поняли. Это только начало.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))