Упокой, Господи, души усопших раб Твоих
Возглашение в православной панихиде
.
У русских не было недостатка в храбрости, они держались до конца, но не проявили инициативы и предприимчивости
Элиас Вильсон, английский историк
.
Но если так нужно – возьми наши жизни...
Вперёд!
На погибель!
Вперёд!
Матрос А.Затёртый
(начало в части 1)
Распрощавшаяся 2 октября, по новому стилю 15 октября, 1904 года в Либаве с родными берегами Вторая Тихоокеанская эскадра, на тот момент двадцать три единицы, спустя пять дней достигла Северного моря. В этот день командующему эскадрой Зиновию Петровичу Рожественскому пришло известие о произведении его в вице-адмиралы и получении им почётного звания генерал-адъютанта свиты Его Императорского Величества.
В Северном море с эскадрой произошло событие, имевшее самый большой международный резонанс за всё время её перехода на Дальний Восток.
Эскадра шла, разделенная на шесть эшелонов с дистанцией между ними в несколько миль. Имелись сообщения от русской разведки о возможном присутствии в Северном море вражеских миноносцев – за два океана от Японии это казалось невероятным, тем не менее командующий эскадрой объявил повышенную готовность. Вечером 8 (21) октября от следовавшего в последнем эшелоне и отставшего от него парохода-мастерской "Камчатка" пришёл сигнал, что корабль уклоняется от атаки миноносцев. С флагманского броненосца "Князь Суворов" запросили "Камчатку" повторить сигнал, но несмотря на повторные вызовы "Камчатка" на несколько часов замолчала, что дало командующему основание думать о возможной гибели слабо вооруженного парохода. В следующие месяцы похода офицеры с "Камчатки" рассказывали, что тогда, ночью в Северном море, через какое-то время на корабле сориентировались, что это небольшие гражданские суда без каких-либо огней, которые словно специально лезут под нос парохода. Вызовов же с "Суворова" не слышали: на заре системы связи азбукой Морзе она на отставшей и потому находившейся далеко "Камчатке" была далёкой от идеала.
А тогда, в Северной море, в начале первого часа ночи 9 (22) октября с флагманского броненосца "Князь Суворов" и шедшего за ним однотипного "Императора Александра III" заметили небольшие суда без огней. Имея непонятность с "Камчаткой", броненосцы, включив прожекторы, открыли огонь во избежание торпедной атаки, за ними последовали два других броненосца того же эшелона "Бородино" и "Орёл". На "Орле", где собранная действительно наспех команда отличалась низкой подготовкой, стреляли, вообще не видя целей – наобум. Наконец, на "Князе Суворове" увидели, что броненосный эшелон расстреливает группу английских рыболовецких траулеров, занятых ловом, один из которых в свете прожекторов затонул. В это же время поступило сообщение с крейсера "Аврора", шедшего в соседнем эшелоне, о попадании в него двух снарядов, от которых судовому священнику оторвало руку и был ранен один матрос. Стрельбу прекратили. С английской стороны погибло два человека и ранено шестеро. Эскадра – по приказу командующего не останавливаясь для оказания помощи – проследовала далее.
Реакция мировой общественности, прежде всего в Англии, была соответствующей. В английских газетах появились статьи с заголовками об эскадре бешеной собаки, эскадре сумасшедших, печатались требования вооруженно заставить её вернуться и в случае отказа объявить России войну. Инцидент был передан в международный суд в Париже, присудивший выплату компенсации в 65 тысяч фунтов стерлингов, ныне эквивалент 740 миллионов рублей; Россия всё выплатила.
Сейчас в связи со 120-летием Цусимы и на основании событий, опыта и наблюдений последних трёх десятилетий, особенно последних лет, а также найденных архивных данных появились публикации и на тему той ночи с её возможными истинными целями. Но анализ эпизода с такой точки зрения выходит за рамки данной статьи.
Тем временем Вторая Тихоокеанская эскадра следовала дальше. Очевидным маршрутом на Дальний Восток был путь через Средиземное море и Суэцкий канал, глубина которого в то время вызывала опасения относительно безопасного прохода по нему наиболее крупных броненосцев. Также следовало учитывать факт владения Суэцким каналом Англией. И эскадра разделилась. Бóльшая её часть, включая четыре броненосца типа "Бородино" и крупный броненосец "Ослябя", пошли вокруг Африки, другая, с меньшими по размеру и старшими по возрасту броненосцами "Наварин" и "Сисой Великий", через Суэцкий канал. Рандеву назначалось на Мадагаскаре.
19 ноября (2 декабря) идущие вокруг Африки корабли пересекли в Атлантическом океане экватор. Из письма домой младшего минного офицера броненосца "Князь Суворов" Петра Александровича Вырубова:
19-го мы торжественно отпраздновали переход через экватор, по старым морским традициям. На корабль явился Нептун с супругой и огромной свитой всевозможной чертовщины, допросил командира о причине нашего появления на экваторе и собрал дань чарками с господ офицеров. После этого всех, не переходивших экватор, поливали из пожарных шлангов и купали в огромной ванне, сделанной из целого брезента, потом мазали физиономию малярной кистью мылом, разведенным в целой бочке, и брили бритвой длиною в сажень. Артисты были очень хороши, костюмы просто бесподобны. Самого адмирала облили с ног до головы, а прочее офицерство всё перебывало в ванне; командира купали под звуки туша.
Лейтенант Вырубов в возрасте двадцати пяти лет погибнет в Цусимском бою, как почти весь экипаж его корабля.
Письма с эскадры отправлялись из нескольких посещенных африканских портов. Обогнув мыс Доброй Надежды и выйдя в Индийский океан, корабли пережили жесточайший шторм и выдержали его лучше, чем можно было предполагать. В декабре оба отряда соединились на Мадагаскаре, и там узнали о падении Порт-Артура и потере всех находившихся в нем кораблей. Первая Тихоокеанская эскадра перестала существовать.
Идеей отправки Второй Тихоокеанской эскадры было объединение её с Первой и тем самым обеспечение значительного превосходства над Императорским флотом Японии, а затем его разгром в генеральном сражении. Блокада Порт-Артура и битва в Жёлтом море, пресекшая попытку Первой эскадры уйти во Владивосток, потрепала и японские силы. Адмирал Рожественский настаивает в Петербург о немедленном, как только Вторая эскадра приведёт себя в порядок после длительного пути, продолжении движения с целью настичь японский флот, пока тот не отремонтируется и не оправится. В Петербурге же в новой обстановке считают абсолютно необходимым усилить идущую спасать положение Вторую эскадру дополнительным отрядом и велят Рожественскому пока оставаться на Мадагаскаре. Новый отряд, неофициально Третья Тихоокеанская эскадра, возглавляется контр-адмиралом Николаем Ивановичем Небогатовым и уходит из России спустя два месяца.
Тем временем наступил 1905 год. На Мадагаскаре пик тропического лета южного полушария, крайне тягостная погода с невыносимыми жарой и влажностью. Кондиционеров, естественно, нет, и ночью все, включая офицеров, спят в белье на открытой палубе. Падает дисциплина, увольняющиеся на берег моряки предаются разнообразным развлечениям, включая пьянство, карты и женщин, совершается несколько преступлений, за два из которых в военное время полагается смертная казнь. Командующий вынесенные приговоры не утверждает: "Как я могу казнить людей, идущих со мною на смерть?!" От тропических болезней и солнечных ударов умирает свыше двадцати человек. Появляются случаи дезертирства. По сей день в северной части Мадагаскара, где стояла и ждала русская эскадра, живут потомки пожелавших остаться. Доныне даются имена Таня, Надя, Галина. На фотографии –
На бездействующую эскадру приходят известия о дальнейших неудачах русской армии на Дальнем Востоке. Эскадра проводит учения со стрельбами, но кораблям необходимо экономить снаряды. Здоровье начинает изменять и командующему. Он теряет веру в успех и желает замены на своём посту. Его резкость и грубость в отношении подчиненных обостряется.
Наконец, 3 (15) марта эскадра трогается дальше и за двадцать суток пересекает Индийский океан, дойдя до северной оконечности острова Суматра. Далее, не заходя, минует британский Сингапур и пересекает Южно-Китайское море. Учащаются поломки кораблей, случавшиеся практически с самого начала. С эскадрой в немалом количестве идут транспортные суда: европейские державы не слишком расположены к России и не охотно видят гигантскую группировку в своих портах, поэтому необходимо иметь весь тыл и запасы с собою.
26 апреля (9 мая) к эскадре присоединяется посланный в усиление отряд контр-адмирала Небогатова, несущего свой флаг на броненосце "Император Николай I". Рандеву происходит на стоянке у берегов Вьетнама. Несмотря на дождь, экипажи массово стоят на палубах и кричат "ура!".
Объединившиеся силы идут дальше. После падения Порт-Артура и гибели Первой эскадры цель Второй – прийти во Владивосток и действовать оттуда по обстоятельствам. Под командой адмирала Рожественского огромное соединение, целый флот: восемь броненосцев, три броненосца береговой обороны, девять крейсеров, один из них броненосный (ныне мы бы сказали тяжёлый), три вспомогательных крейсера, девять миноносцев и шесть единиц обеспечения (плавучий тыл), в сумме тридцать восемь вымпелов. Этот флот входит в Цусимский пролив. После двухсот двадцати двух, считая от ухода из Либавы, дней пути – до Владивостока остаётся двое суток обычным ходом.
Совершённый переход беспримерен. Тем более по тому времени. Не имея баз, сталкиваясь с трудностями обеспечения (предпринимались попытки бойкота углём), эскадра прошла расстояние, равное восьмидесяти пяти процентам длины экватора, и пришла к месту боя в боевом порядке, хотя исчерпанная физически и морально. Для сравнения – семьдесят семь лет спустя соединение кораблей Королевского военно-морского флота Великобритании из сорока пяти вымпелов, направившись вернуть занятые Аргентиной Фолклендские острова, прошло путь вдвое короче и с остановкой на полпути на принадлежащем Соединенному Королевству острове Вознесения, а дополнительно пользуясь логистической поддержкой Соединенных Штатов. Других сопоставимых военных перемещений флотов история не знает. Переход Второй Тихоокеанской эскадры – подвиг русских моряков.
Ночью с 13 на 14 (с 26 на 27) мая 1905 года Вторая эскадра подошла к Цусимскому проливу. В нескольких часах движения от него стоят наготове на рейде корейского порта Пусан основные силы Императорского флота Японии. Для встречи русских сил выделены четыре броненосца, двадцать три крейсера, из них девять броненосных, семнадцать вспомогательных крейсеров, шестьдесят семь миноносцев, семь канонерских лодок, и разные вспомогательные суда. Адмирал Рожественский надеялся пройти пролив пасмурной ночью незамеченным. Замысел почти удался. Но шедшие на расстоянии следом за эскадрой два госпитальных судна несли согласно международным правилам требуемые опознавательные огни госпитальных судов, которые заметил японский дозор. Дозорный крейсер, направившийся к ним для проверки, приблизившись, обнаружил впереди на горизонте большое количество дымов; поняв, с кем встретился, стал передавать данные по недавно появившемуся радиотелеграфу – писк азбуки Морзе среди ночи. Главные силы немедленно вышли из Пусана наперерез.
Рассвет 14 (27) мая был пасмурным, с полосами тумана. Взошедшее солнце улучшило видимость, на русской эскадре заметили первые дозорные японские корабли, произошла короткая перестрелка. В приподнятом от предстоящего боя настроении команды завтракали, потом повахтенно обедали. Исторический час – 13.49, русская эскадра открывает огонь по подошедшим главным японским силам.
Картина, кроме будучи помещенной но цветном развороте, находится на обложке книги:
Книга готовилась к столетию Цусимы; привлекла меня очень сильным названием. Содержит, помимо прочего, массу писем русских участников. Главная её часть – подробный разбор сражения и описание происходившего с КАЖДЫМ русским кораблём. То, что на этих кораблях происходило, это, когда читаешь, картина кромешного ада. Книга – действительно реквием.
Цусимское сражение продолжалось два дня: основной бой 14 (27) мая и добивание остатков 15-го (28-го). К полудню второго дня из восьми русских броненосцев погибло шесть, включая флагманский "Князь Суворов". С него, тонущего, был снят миноносцем тяжело раненный и периодически теряющий сознание адмирал Рожественский с частью штаба. Ночью с 14-е на 15-е (с 27-го на 28-е) то, что осталось от эскадры, это разрозненно идущие с разной степенью повреждения уцелевшие корабли, держащие курс на Владивосток.
После первого дня самая крупная группа продолжавших идти к Владивостоку кораблей состояла из броненосцев "Император Николай I" и "Орёл", броненосцев береговой обороны "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин" и быстроходного крейсера "Изумруд". "Орёл" был в критическом состоянии, при незначительном крене гарантированно опрокидывался, бóльшая часть его артиллерии не действовала. Четыре других корабля не сильно пострадали. Среди броненосцев эскадры "Император Николай I" был старше всех и по артиллерийской мощи уступал остальным. На нём продолжал держать флаг приведший восемнадцатью днями ранее к эскадре Отдельный отряд (Третью эскадру) контр-адмирал Николай Иванович Небогатов, очень любимый матросами и офицерами. По словам одного из них, прапорщика Михаила Антоновича Шамье, речь идёт о первом дне сражения, "Адмирал Небогатов, всё время бывший на верхнем мостике под огнём неприятеля, личной храбростью давал нам пример редкого мужества. У него на глазах погибали один за другим лучшие, сильнейшие корабли, неприятель теснил нас превосходящими силами, а адмирал продолжал чётко командовать и воодушевлял других".
Тем не менее результаты первого дня боя в большей или меньшей степени деморализовали всех. На следующий день эту идущую группа настигают главные силы японского флота. Начинается пристрелка. Всем очевидно, что русские корабли не просто не имеют шансов с силами, превосходящими их на порядок, но неспособны даже нанести противнику какого-либо вреда. Флагманский "Император Николай I" поднимает сигнал "окружён, сдаюсь", стопорит ход, спускает Андреевский флаг, приказывает сделать то же остальным, а поскольку японский огонь не прекращается, поднимает флаг японский. Построенной команде адмирал объявляет, в частности:
– Я не жалею своего старого тела, мне жалко ваших жизней, у вас впереди долгие годы. Прошу же вас, чтобы вы, претерпев временный стыд, в будущем, когда восстановится родной флот, послужили на пользу Государя и отечества. Вину сдачи я всецело беру на одного себя.
В момент, когда сдававшиеся броненосцы спускали флаги, командир крейсера "Изумруд", одного из двух самых быстроходных крейсеров эскадры, капитан второго ранга Василий Николаевич Ферзен флаг не спустил и дал полный ход, уклоняясь от открытого по нему огня. Начатая погоня не догнала. Крейсер почти дошёл до Владивостока, но наскочил на камни, его остатки там на дне по сей день. Вся команда спаслась на русский берег.
Видя, как "Изумруд" ушёл, контр-адмирал Небогатов в парадной форме отбыл на переговоры на японский флагманский броненосец договариваться об условиях сдачи. По требованию японского командующего адмирала Хэйхатиро Того, будущего японского национального героя, Николай Иванович обязался довести сдавшиеся корабли в Японию без саботажа. Японский адмирал в признание доблести сражавшихся накануне русских моряков оставляет русским офицерам право до прибытия в Японию носить личное оружие и приглашает русского адмирала поднять бокалы за окончание безжалостного боя. Адмиралы чокаются.
Благодаря принятому контр-адмиралом решению в живых осталось немало цусимцев. Спустя девять лет часть из них с честью примет участие в начавшейся Великой (Первой мировой) войне.
Приведенные в Японию русские корабли после ремонта и модернизации получают японские названия и входят в состав Императорского флота Японии.
Сдавшиеся русские корабли под японским флагом и с вооруженными японскими моряками на борту конвоируются в Японию. Не дойдя, на борту "Орла" умирает его тяжело раненый в бою командир капитан первого ранга Николай Викторович Юнг. Происходят морские похороны по православному обряду, выстроенные японские моряки дают залп в воздух, броненосец приспускает морской флаг Восходящего солнца.
Японский плен того времени был очень либеральным. Пленным оказывается вся необходимая медицинская помощь, предоставляются переводчики, разрешены церковные службы и занятия по интересам. В одном из лагерей умеющие ездить на велосипеде участвуют в соревновании.
А в ходе сражения на второй день из-за полученных неисправностей миноносца "Буйный", на который был снят тяжело раненый адмирал Рожественский, адмирала со штабом передали на миноносец "Бедовый". Тот, настигнутый неприятелем, поднял белый флаг. Спустя несколько дней в японском госпитале поверженного командующего навещает победивший командующий адмирал Того.
Из кораблей, не спустивших флаг и погибших, один из самых героических – броненосец береговой обороны "Адмирал Ушаков". В первый день он получил серьёзные повреждения, потерял скорость и за ночь существенно отстал от оставшихся после боя кораблей, продолжавших идти на северо-северо восток к Владивостоку. Перед полуночью собирается совет офицеров, единогласное решение которого, по словам выжившего участника, "драться, пока хватит сил, а потом затопить броненосец; никому не пришла в голову идея избегнуть пагубного боя ценою позора флага".
Три однотипных броненосца береговой обороны "Адмирал Ушаков", "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин" строились для действий в Финском заливе. В условиях острой необходимости усилить Вторую эскадру адмирала Рожественского были отправлены и они, показав очень высокие качества мореходности. По размерам и силе артиллерии значительно уступали эскадренным броненосцам.
Утром 15 (28) мая на "Адмирала Ушакова" вышли два японских броненосных крейсера, каждый превосходивший по огневой мощи маленький броненосец береговой обороны. Видя зарывшийся носом и медленно идущий поврежденный корабль, они подняли по международному коду сигнал: "Рекомендую вам сдасться. Ваш флагман сдался". После разбора первой части сигнала командир броненосца капитан первого ранга Владимир Николаевич Миклуха произнёс: "Дальше нам знать не обязательно", и велел открыть огонь. Тот бой "Адмирала Ушакова" и поведение его командира и экипажа вполне составят отдельный рассказ. Показательно, что все оставшиеся в живых ушаковцы получили после войны георгиевские награды. Среди подобранных японскими крейсерами с тонущего под Андреевским флагом броненосца не было Владимира Николаевича Миклухи.
Владимир Николаевич был младшим родным братом Николая Николаевича Миклухи-Маклая, известного исследователя Юго-Восточной Азии и Океании. Вторая часть фамилии первоначально была его псевдонимом, под которым вышли его первые научные труды, а затем стала частью двойной фамилии.
Из тридцати восьми кораблей Второй Тихоокеанской эскадры, вошедших в Цусимский пролив, во Владивосток пришли три: самый маленький крейсер "Алмаз" и два миноносца "Грозный" и "Бравый". Пять кораблей сдались в плен. Шесть ушли в нейтральные порты, где до конца войны были интернированы. Транспортный пароход "Анадырь" избежал интернирования и вернулся на Балтику, его эпопея – приключенческий рассказ. Оба госпитальных судна с уважением их статуса заняли японцы. Двадцать один, включая ушедший от врага, но разбившийся на камнях "Изумруд", погибли. Человеческие потери составили 5045 человек убитых и 6016 взятых в плен. Японская сторона из свыше ста тридцати вымпелов потеряла три миноносца и погибшими 116 человек, без пленных.
Самое крупное морское сражение в истории России закончилось поражением, ставшим одним из самых катастрофических за всю мировую историю войн на море. Не единожды проводимое в наше время компьютерное моделирование на основе очень широкого спектра вводных данных показывает, что у Второй Тихоокеанской эскадры не было шансов на победу. Вне непосредственных – технических и тактических – причин можно отметить две основополагающие: архаичность и беспечность в организационной составляющей Российского Императорского флота в предшествовавший войне период, а также то, что за Японией и её подготовкой к столкновению с Россией стояла ведущая морская держава мира того времени – Англия.
Через тридцать шесть лет Япония, создав один из сильнейших в мире военных флотов и поверив в свои силы, в декабре 1941 потопит два самых крупных корабля Тихоокеанской эскадры Королевского флота, что приведёт к капитуляции британского Сингапура, и тремя днями ранее покажет миру Перл-Харбор. Завершением же станут четверть миллиона жертв атомных бомб, сброшенных на Хиросиму и Нагасаки, включая умерших от последствий.
Тогда как в 1905 году через два дня после победы при Цусиме, 17 (30) мая, Япония в третий раз в течение войны обратилась к России с предложением о заключении мира. К этому времени времени суммарные человеческие потери Японии на суше и на море превысили в абсолютных цифрах русские примерно на треть. На этот раз Государь принял предложение. В Портсмуте в Соединенных Штатах прошли переговоры, и в августе там же был подписан мир. По его условиям Россия, не удовлетворив требования другой стороны, не платила контрибуций, не уступила Приморский край, не выдала оставшиеся на Тихом океане военные корабли и не отдала весь Сахалин, а только его южную половину. В соответствии с японским требованием был уступлен Порт-Артур и права в Манчжурии, которыми до этого пользовалась Россия, включая управление и получение прибыли с железной дороги, ведущей во Владивосток.
Через сто лет, в сотую годовщину Цусимского сражения, 27 мая 2005 года, по старому стилю 14 мая, в гавань города Цусима на острове Цусима пришёл минный тральщик японских военно-морских сил "Макисима".
На борт поднялись участники предстоящей церемонии, в том числе мэр города и посол России в Японии. "Макисима" вышел в море и в месте, где ушёл на дно русский крейсер "Владимир Мономах", в воду упали японские национальные цветы хризантемы и русский венок – по морской традиции под удары корабельного колокола. Выстроенный экипаж произвёл ружейные залпы в воздух. К месту церемонии также подошли рейсовый японский паром, соединяющий остров Цусиму с городом Фокуока, и около сотни рыболовецких и прогулочных катеров и парусных яхт. После церемонии тральщик вернулся в порт. На берегу, там, где столетием ранее высадились русские моряки с погибшего крейсера, в присутствии мэра, посла, экипажа "Макисимы", представителя Подворья Русской православной церкви в Японии и собравшихся жителей был открыт памятный знак. Батюшка отслужил "Вечную память". Всё мероприятие на море и на суше состоялось по инициативе японской стороны. Памятник финансировала Россия.
"Владимир Мономах" был девять раз атакован миноносцами. Благодаря очень активному артиллерийскому огню миноносцы либо не могли подойти для торпедного залпа, либо залпы проходили мимо. Но одна торпеда попала и нанесла серьёзные повреждения. Командир капитан первого ранга Владимир Александрович Попов, оторвавшись от неприятия, надеялся дойти до Кореи, но в видимости острова Цусима крейсер стал тонуть. С него добрались до острова все члены экипажа кроме двух погибших при взрыве торпеды, ровно пятьсот человек. Спасением они во многом обязаны подошедшему военно-транспортному судну "Мантю Мару", спустившему шлюпки, оказавшему медицинскую помощь нуждавшимся и предоставившему провиант.
В мире живы, по-корабельному, вышедшие на более чем заслуженную корабельную пенсию два участника Цусимского сражения, ныне корабли-музеи: флагманский корабль адмирала Того броненосец "Микаса" и переживший цусимскую гекатомбу крейсер "Аврора". Оба стоят на вечной стоянке у родных берегов.
Когда на стодвадцатилетие Цусимы я приехал в Петербург, первое, куда пошёл, был крейсер "Аврора". Было 24 мая, и оказалось, что это сто двадцать пятая годовщина спуска крейсера на воду – корабельный день рождения. По случаю праздника крейсер стоял с поднятыми флагами расцвечивания – таким я увидел его впервые. Об этом, о цветах, лампадах и встречах, в следующей части.
продолжение в части 3