⏮️ Часть первую истории читать здесь:
Часть 2: «Треугольник»
Весной в Воронцовку приехала Галина с дочкой. Поселилась у старой учительницы Марии Сергеевны.
— Приехала твоя разлучница! — всполошилась Степанида, прибежав к Клаве. — С девчонкой!
Клава кормила трёхмесячного Саньку грудью.
— И что?
— Как что? Явилась тут!
Клавдия вышла на крыльцо с сыном на руках. По улице шла молодая женщина — высокая, тонкая, с короткой стрижкой. На руках — девочка лет полутора.
— Красивая, — констатировала Клава.
— Да что в ней красивого? Кожа да кости!
— Мама Стёпа, хватит. Война всех перепутала. У меня муж дома, сын растёт. Чего мне ещё надо?
* * *
Галина родилась в Киеве, в семье врачей. Когда началась война, ей было девятнадцать. Сбежала на фронт против воли родителей, стала медсестрой.
Первый бой — это был кошмар. Кровь, крики, оторванные конечности. Она металась между ранеными, руки тряслись.
— Сестричка! Помоги! — кричали со всех сторон.
Николая привезли с осколочным ранением. Выхаживала месяц. Влюбилась.
— После войны заживём! — говорил он. — Будут у нас дети, дом...
Она знала про жену. Но война делала всё призрачным — кроме сегодняшнего дня.
Когда родилась Лиза — радовалась. Хоть что-то живое, если Николай погибнет.
Но он не погиб. И не остался. Когда вернулся от матери, сказал:
— Прости, Галя. Жена там ждёт. Помогать тебе буду, но жить — дома.
Родители погибли при бомбёжке. Возвращаться некуда. Когда Николай предложил переехать поближе — согласилась. Хотел видеть дочку.
* * *
— Тётя Галя! — в дверь постучали. — Мария Сергеевна зовёт чай пить!
Галина открыла. На пороге стояла соседская девочка.
— Сейчас приду, Нюра. А Лизу можно с собой?
— Конечно! Мария Сергеевна пирог испекла.
За чаем Мария Сергеевна вдруг сказала:
— В школе учительница нужна. Начальные классы. Справишься?
— Я же педучилище не закончила...
— Научишься. Я помогу.
* * *
В деревне Галину не приняли. «Разлучница», «походная жена» — шептались бабы.
Степанида проходу не давала:
— Не от моего Кольки эта девчонка! Нагуляла с кем-то!
Но однажды увидела, как Лизка смеётся — точь-в-точь как Николай в детстве.
— Лизонька! — позвала. — Иди к бабушке, внученька!
С тех пор таскала ей гостинцы, забирала к себе.
Клавдия всё видела. И молчала. У неё своих забот хватало — Санька рос болезненным, часто температурил.
* * *
Николай начал пить всё больше. Метался между двумя семьями. К Клаве приходил виноватый, к Галине — с деньгами для дочки.
— Коля, определись уже! — кричала Клава. — Или живи здесь, или уходи!
— Не могу я Лизку бросить...
— А нас с Санькой можешь?!
— Вы — семья моя. А она... дочка же. Как не помогать?
Весной сорок восьмого совсем запил. Работу потерял. Степанида ругалась, Клавдия плакала, Галина молчала.
* * *
Апрельским утром Клава проснулась от дурного предчувствия. Николай три дня не ночевал дома.
— Санечка, сынок, посиди с бабушкой. Мама скоро.
Побежала к реке. Разлив был сильный, вода бурлила. У старой бани, которую Николай сам строил до войны, увидела что-то в воде.
— Коля! Коля!
Вытащить не смогла — течение сильное. Побежала за помощью.
⏭️ Часть третью истории читать здесь:
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или
копировании данного материала обязательно указание авторства и
размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное
использование публикации будет преследоваться в соответствии с
действующим законодательством.