Всех сил небесных госпожа, одета
В сияние блистательного света,
Любима богом Аном и богиней
Его избранницей, чьё Анту имя.
Владычица небес, чье ожерелье
Затмило звезды все на небосклоне,
Ты любишь драгоценные каменья,
Они горят огнём в твоей короне –
Уборе головном верховной жрицы,
Что овладела всеми письменами,
Что семь верховных сил себе смириться
Заставила, владея жизнью, снами,
Все эти силы держишь ты в руке,
Все эти силы в сердце ты вложила,
Ты как дракон, рычащий вдалеке,
В чужой стране, яд льющий на могилы.
Подобно громовержцу, ты ревёшь,
Растения склонились пред тобою.
Ты дождь потоком бесконечным льёшь,
Владычица над небом и землёю.
Пылающим огнём на землю сходишь,
На звере скачешь, разъярённой пасти
Хозяйка, ты словами верховодишь,
От бога Ана переняв всевластье.
Великие Инанны ритуалы –
Кто может их постичь, принять, осмыслить?
Чужие земли разрушаешь, алым
Залив всю почву, чтоб себя возвысить.
Любимая Энлиля госпожа,
Ты навеваешь вековечный ужас,
Все слушают тебя боясь, дрожа,
Ты Ана выполняешь службу в стужу
И в лютый зной, твой громогласный крик –
Клич боевой смиряет все народы.
В благоговеньи онемел язык
Ты – буря, блеск, сиянье, несвобода.
И люди все склонились пред тобой,
Тогда ты постигаешь силу самой
Чудовищной из всех возможных форм.
Ворота слёз открылись, люди прямо
Идут к ним, ожидая дом страданий
Великих. И, в разгар ужасной битвы,
Всё рушится. Здесь зубы точат камень,
Сметая всех твоей святой молитвой.
Как буря ты рычишь, вперёд несёшься,
Гремишь с Ишкуром – богом ветра, грома,
Себя ты изнуряешь, но прорвёшься
Вперёд. Под барабанный звук знакомый.
О, госпожа, что как мышей летучих
К руинам гонишь грозных аннунаков,
Ты им мрачнее самой тёмной тучи,
Они боятся этих страшных знаков.
Кто можешь охладить сердечный пыл?
Порадовать ли может кто-то, милых
Нет сердцу, Сина дщерь. Кто позабыл,
Что гнев твой остудить никто не в силах?
Владычица земель чужих, кто может
Отнять что-либо у родного края?
Нахмуришься на горы – буря сгложет
Растительность холмов шутя, играя.
Роскошные дворцы объяло пламя,
А реки стали кровью, пить оттуда
Приходится народам, что не с нами.
Ведут к тебе войска, предвидя чудо,
Сдаваясь, все отборные войска,
Всех молодых людей – здоровых, крепких,
Как пленников к ногам твоим пока,
Дворцы ты бурей обращаешь в щепки.
Твоё святое слово разнеслось
Над городом, что получает сдачу.
«Все земли суть Инанны» – не срослось
Сказать им: «И ее отца в придачу».
Овчарни тех далеких городов
Пустуют. Жёны избегают ласки,
Глубокой ночью, когда муж готов,
Не говорит жена стихи и сказки,
Не открывает сердца своего.
О, дикая свирепая корова,
О, Сина дочь, сильнее самого
Божественного Ану, крепко слово.
Превыше всех, царица из цариц,
Священного ты лона порожденье,
И пред тобою праведники ниц
Падут, ты превосходишь все стремленья,
Могущественней чем твоя же мать,
Ты – мудрая и знающая жрица.
Владеешь Ме-таблицами, спевать
Я буду песнь святую, чтоб упиться
Тобою, настоящая богиня.
Достойная табличек Ме – Инанна!
Владычица земель чужих, чьё имя
Священно, покоряешь судьбы, страны.
Я перечислю Ме твои, царица
О, добрая, глубокая, родная.
С тем сердцем, что так ярко хочет биться
Божественные силы собирая.
Энхедуанна, жрица бога Нанны,
В хранилище священное вступила.
С корзиною, в которой несказанны
Дары, и с песней, придающей силы.
Но вдруг в моей корзине ритуальной
Дары для погребения, как будто
Я не жила здесь. Службой погребальной
Повеяло. Я к свету шла, но жутко
Я обожглась. И, с тёмным мраком рядом
Я встала, но меня накрыла буря.
Медовый рот внезапно стал мой ядом,
Спокойствие моё ушло в сумбуре.
Син, бог Луны, поведай о судьбе
Ты богу Ану, расскажи скорее
О Лугаль-ане, о моей мольбе,
И он меня освободит быстрее.
Пусть смилостивится госпожа над ним,
Ведь под её стопами – наводненья
И чужеземных стран лежат огни
Пускай она пошлёт нам искупленье.
Энхедуанна воздаёт молитву
Тебе, моя священная Инанна!
Поток из слёз течёт подобно пиву,
Приветствуя тебя, течёт спонтанно.
Не беспокойся об Ашимбаббаре.
Отвергнувший святые подношенья
В своём непозволительном ударе
Сместивший Ану из Эанны, мщенья
Заслуживает низкий Лугаль-ане,
Что перед божеством не благовеет.
Разрушил храм бесчисленных преданий
И красоты, теперь там ветер веет.
Божественная дикая корова,
Возьми в полон и прогони безумца!
Лишившего богов земли и крова,
Восставшего на Ану вольнодумца.
Пусть Ану разорит, разрушит город!
Да проклянёт его Энлиль владыка!
Пусть плач дитя звучит, объемлет холод
Когда корабль твоих стенаний, рыка,
И плача от причала их отчалит.
Ужели от своих священных песен
Могу я умереть? Меня печалит,
Что Нанна не помог мне, поднебесен,
Но уничтожил на земле мятежной.
Ашимбаббар мне приговор не вынес.
Что будет, если вынесет? Прилежно
Стою и жду, виня его, кручинясь.
Он вышвырнул из храма триумфально,
Как ласточка я из окна летела.
Все силы исчерпала я. Финально
Колючками измучил это тело.
Заставил через заросли пройти,
Лишил меня короны главной жрицы,
Дал нож мне и кинжал, сказав молиться
Другой же мне короны не найти!
О, драгоценная моя царица,
Возлюбленная ты, богиня, Ану!
Твоё святое сердце пусть склонится
К моей мольбе, что я скрывать е стану.
Ушумгаль-ана верная жена,
Хозяйка горизонта и зенита.
Ты Аннунаками восхищена,
Целующими землю так открыто,
Где ты проходишь, властвуя над ними.
Но я вся в ожиданьи приговора.
Цветы мои не тронуты, а имя
Как жрицы Нанны чисто. Разговора
С Нингаль я никому не раскрывала.
Сиятельная жрица, я всё знаю.
Укрой меня защиты покрывалом,
Возлюбленная Ану, умоляю!
Пусть будет это всем известно, пусть!
Ведь Нанна не изрёк еще итога.
Признался он, что твой! Так прочь же грусть!
Пусть знают все, как ты стоишь высоко!
Пусть знают все, что ты – объемлешь землю,
Пусть знают все – что ты сметаешь в прах
Повстанцев области, мольбам не внемля,
Сжирая трупы и внушая страх.
Пусть будет всем известен ужас взгляда,
Когда ты поднимаешь тихо веки.
В сверкающих глазах так много яда.
Ты непреклонна и крепка навеки!
Всегда ты торжествуешь, госпожа!
Хоть Нанна не изрёк еще итога,
Признался он, что твой, тебя спеша
Возвысить, сделать главной, выше бога.
О, госпожа любимая, Инанна!
Поведаю о всех твоих свершеньях.
В кадило засыпаю уголь, манну,
Э-эшдамкуг ждёт твоего решенья
Святилище, где совершу обряд.
Наполненная чувствами, страданьем.
Великая царица, мой наряд –
Песнь эта – восхваленья, ожиданья.
Пусть песню повторит за мной певец,
Что спето ночью – будет днём открыто.
Супруг пленённый разъярит вконец,
Пленённое дитя – всё вдрызг разбито!
Владычица, в правлении небес
Почётом осиянная, дары
Ты приняла. Весь этот мрак исчез.
Святое сердце осветит миры.
Инанну охватил восторг, экстаз,
Она была наполнена красою,
Луною восходящей видел глаз
Инанну, всю омытою росою.
Бог Нанна вышел, дабы посмотреть,
И мать её, Нингаль, благословила.
Ту, что приносит странам чуждым смерть,
Владеющую Ме – Инанну силы.
ПЕРЕВОД ЕКАТЕРИНЫ ДАЙС