Было время, когда он вывалился из загаженного гнезда, шмякнулся о зеленую траву и под жуткие мамины крики, сделал первый шаг.
С риском для жизни мать гоняла от него бродячих собак и подвальных кошек, не забывая иногда, прямо из горла, кормить своего сына, разной парашей от "добрых" людей из панельных пятиэтажек.
Однажды мать бросила его, так он решил, но это рубанула суровая природа вороньего закона – ищи! Что найдешь твое! Не нашел? Отними у того, кто нашел!
Должник припер с юга целую головку сыра. Проверил качество на своем псе – собака есть не стала! Попробовал сам – правильно сделала!
Втискал на полку холодильника, глянул в окно, там Карл, тот самый вороненок. Душа у меня добрая, эх думаю – сделаю ему басню Крылова!
Нож из дамасской стали легко отхватил пару ломтей.
Положил оба куска сыра на крышку люка, где обычно кормят подвальных кошек местные кошатники, им же своих блох мало?
Карл сидел на соседнем дереве и не опускался до басни, щелкая клювом.
И прощелкал свой сыр!
В это время, из подвала, вышла молодая кошечка в нем и рожденная, и проживающая. Магко на лапках подошла к сыру, аккуратненько зубками взяла один кусочек – с коровий носочек, отнесла его в сторонку, давая возможность подлететь Карлу за вторым кусочком, и стала завтракать.
Карл, видя начавшуюся трапезу, заорал или "запел"! Песенку "с утра ничего не евшего", но на кошечку это совсем не подействовало.
Кошечка тоже была голодна и быстро управлялась со своим куском сыра.
Скоро сыр у кошечки кончился.
Кошечка подошла к лавке, на которой я сидел, и мурлыча потерлась о мои ноги, благодаря за угощение.
Я, боясь ее блох, уступил ей место и она запрыгнув, стала умываться.
Пока я фотографировал эту мяу-модель, Карл беззвучно спикировал на второй кусок сыра и унес его на крейсерской скорости, а за ним гналась, возможно, его мать, пытаясь отнять добычу у своего же сына.
Думаете они поделятся? Даже если мать скажет ему нужные слова?
И что мне сделать с остальным сыром?
Он занял слишком много места!