- Сёмыч, - позвал шипящим голосом своего товарища Алексей, выглядывая из-за сарая.
- Вот так встреча, - Семён от удивления поднял руку, указывая на гостя в своём дворе, затем засмеялся, - откуда ты тут? Жена твоя уже сообщила, что у тебя любовь там в городе, сбежал ты, говорит.
- Не кричи, ну чего ты на публику тут выступать взялся, - недовольно проворчал Алексей, - тише будь, эта история не для ушей местных жителей.
- Конечно, счастье любит тишину, - пошутил над товарищем Семён, прекрасно уже понимая, что у того все планы развалились в пух и прах.
- Давай, давай, смейся над несчастным, у меня может быть неприятности, а ты… - Алексей махнул рукой, выражая свою обиду и отвернулся.
- Ну ладно ты, пошли в хату, не обижайся.
- Стой, я быстро пробегу, чтобы никто не заметил, а то же донесут этой стерве, - Алексей выставил вперёд свою ладонь, указывая на то, чтобы Семён остался стоять там, где был, а сам быстрым шагом, слегка сгорбившись, забежал на крыльцо и зашёл внутрь.
- Привет, сын, у нас тут гости, не один я, - сообщил Семён Роберту, входя в дом.
- Здравствуйте, дядя Лёша. Видел я уже вас в окно за нашим домом, возле ограды дежурили уже минут тридцать. И вчера я вас видел.
- Да, твоего отца тут пока дождёшься, - недовольно отозвался Алексей, снимая куртку и вешая её на крючок у входа, - я в машине две ночи уже ночую, а этот вот не отвечает на телефонные звонки.
- А, прости, друг, занят был, - улыбнулся Семён, - голодный поди? Давай может яйца пожарим?
- Там Василина картошку тушила с мясом, поешьте, - сообщил Роберт.
- Василина? А чего это она у вас тут обосновалась? – Алексей приподнял брови и посмотрел на своего друга.
- Не знаю, на меня не смотри, меня не было дома почти две недели.
- А где ты был, кстати? Я тебе звонил.
- Да так, душу лечил, у Санька гостил.
- Мда, вот она взрослая жизнь, один в запое, другой по бабам шарохается. Вот молодцы, настоящие взрослые люди, ничего не скажешь, - из дальней комнаты вышел Захар Селиванович, - так и должен поступать каждый уважающий себя мужик.
- Ой, бать, спасибо за то, что за Робертом присмотрел.
- Здравствуйте, Захар Селиванович, вам уже тоже про мои похождения известно? – Алексей виновато посмотрел на хозяина дома.
- Да ну вас, под сорок лет обоим, а ума ни одного, ни у другого, - Захар махнул на мужчин рукой, поворачиваясь к Роберту, - я к Маргарите, надо ей помочь картошку спустить в погреб.
- Давай, бать, налаживай личную жизнь, - одобрил Семён, доставая кастрюлю из холодильника, чтобы разогреть еду, - а мы пообедаем, я голоден, как волк. С такой грымзой разговаривал сегодня, вы бы её видели.
- Бать, а ласточка где твоя? Ты пешком, что ли? – уточнил сын, заглядывая в окно, в котором можно было увидеть двор.
- Сломалась моя ласточка, не выдержала такие изменения в жизни, не была готова к переезду в город. Оставил во дворе у Санька, нужно будет её тащит сюда.
- Притащим, - тут же отозвался Алексей.
- А ваша где машина, дядя Лёша?
- Моя в лесу, то есть не совсем в лесу, там, - Алексей указал пальцем в сторону заднего двора, - я её спрятал, чтобы Светка не заподозрила, что я вернулся.
- Так ты от жены скрываешься? – ехидно спросил Семён.
- Конечно, этой стерве только дай такую зацепку, она меня со свету сживёт, шкуру спустит и живьём в костёр окунёт.
- Вот ты страсти рассказывать горазд, давай, колись, что случилось-то? – Семён уже брал тарелки из шкафчика, чтобы в них положить разогретый обед.
- Сложно всё, Сёмыч, - Алексей махнул рукой и присел за стол.
- Ушёл же я от Светки, захотелось мне хорошей жизни, нормальной какой-то, человеческой. Накопил чуток денег, явился к этой Юльке. Знал бы, что она окажется ещё хуже, чем жена, ни на миг бы не задумался об уходе из дома.
- Что такое? – Семён уже ставил тарелки на стол, доставая после хлеб, - Роберт, пошли есть, я разогрел всё.
- Не, я сейчас ухожу, мы с Васей кататься поедем на мотоцикле.
- Ну хорошо, осторожнее будьте.
На какое-то время в доме воцарилась суета, кто-то уходил, кто-то приходил, в связи с чем Семён был вовлечён в семейные заботы. Лишь, когда они с Алексеем остались наедине, начался между друзьями разговор, где можно было поделиться наболевшим.
- Достала она меня, устал я так жить, Сём. Ну куда это годится? Мне под сорок, а меня постоянно какая-то баба понукает, да стыдит, словно бы я дитё малое и неразумное.
- Не какая-то, а жена родная, - заметил Семён.
- А я ей собачонка для битья что ли?
- И ты решил податься в бега?
- Да, - Алексей махнул головой, - я же чуток денег накопил, думал, что всё хорошо у меня получится на новом месте. Ребёнок у Юльки только один, работу в городе легко найти, квартиру она сняла, а значит есть где жить. Я же ей денег кидал на карту, чтобы она оплатила аренду.
- Продумал всё, значит, - подытожил Семён, - а что не так-то?
- Всё, - Алексей вздохнул, - не одна Юлька живёт, представляешь? Мужик у неё там, в трусах. Какие же бабы хитрые, у меня деньги брала, плакалась, что жить было негде, а сама…
- Так она тебя звала жить вместе?
- Нет, я думал сюрприз сделать. Хотел приехать с цветами и подарками, чтобы, как в кино, да сообщить ей, что навсегда. Представляешь, ради неё от жены ушёл, вот так раз и принял решение.
- Ну ты даёшь, тяжела жизнь ловеласа, - Семён усмехнулся.
- Тебе бы всё вот насмехаться надо мной, а мне что делать?
- Домой возвращаться, больше ничего. Так и скажи жене, что поход налево оказался неудачным. Она тебя тут же пожалеет и простит, - Семён засмеялся от придуманной им стратегии по возвращению домой.
- Дурной ты вот, Семён, смешно тебе, а у меня горе. Если просто так появлюсь, она же меня живьём сожрёт, будет унижать и оскорблять на всю деревню. Знаешь же, какая Светка артистка.
- Так, подожди, ты говорил жене, что к другой уходишь? Или она сама решила?
- Просто написал записку, что мне надоела эта деревенская рутина, не писал я про другую ничего.
- Ну так ты в шоколаде, - Семён многозначительно указал на товарища рукой, затем приподнял брови и добавил, - учись у Светки своей, создай интригу. Скажи, что обиделся на что-то, вот и ушёл. Жди, чтобы она сама домой позвала.
- Ну не знаю, думаешь, так и будет?
- Почему-то мне кажется, что скучно без тебя Светке твоей будет, кому же она станет скандалы закатывать?
- Ну тебя, - сообщил Алексей, задумавшись при этом, - слушай, может и правда попроситься у Филипповых в той кондейке ночевать? Устал я уже в машине, да холода скоро пойдут, я там совсем окочурюсь.
- Сходи к Филиппову, заодно про меня скажи, что я тоже вернулся.
Отобедав оба мужчины отправились по делам. Один пошёл на ферму, чтобы узнавать по поводу работы и место для ночлега, другой же пошёл к своей бабушке. Нужен был Семёну совет со стороны, вот и выбрал он для этого взрослого, уже пожившего хорошо человека.
- Бабуль, представляешь, у Володьки же сын был, - сообщил за столом у Ольги Николаевны Семён, - я почти на его след напал, но не получилось с ним увидится. Пацану примерно 11 лет, малец совсем. В детский дом парнишка попал, мать у него выпивала, а его самого отчим избил, представляешь? Пришёл я в детский дом, а его уже забрали, директриса сообщила, будто бы его уже усыновили. Что делать?
- Зачем тебе он? – лицо у Ольги Николаевны изменилось и стало серьёзным.
- Ну как же, забрать хочу.
- Ты с ума сошёл? Для чего тебе этот выродок нужен? Ты сам подумай, Полинка эта была ненормальной, Володька вон тоже больной родился, может и пацан тот психически больной.
- А батя говорил, что Полина была не такой, как все, но не замечал он в ней чего-то совсем ненормального. Я с Володькой разговаривал, вполне адекватный, обычный человек. Может наговаривали на неё в деревне? Никто же ничего не знает толком.
- А тебе-то чего от этого? Не твои это заботы, - сердито ответила Ольга Николаевна, - не касается тебя этот мальчишка.
- Бабуль, как же не касается? Племянник он мне. Я может быть даже согласен не забирать его, если ему там хорошо, но сообщить обязан, что мы его не бросали, нельзя так. Важно восстановить и исправить все ошибки, а то Володька жил с ощущением, что его бросили, ещё один мальчишка так будет думать. А ведь это не так.
- Как же мне эта Полинка надоела, какая же она мерзкая, нет её давно уже, а жизнь людям портит. Зря она тогда не сбежала, как хотела.
- Ты про что, бабуль?
- Это я к ней ходила, - со злостью в голосе сообщила Ольга Николаевна, - её и пугать не нужно было. Я лишь ей сказала, что сообщила про её новорождённого, что скоро явятся и заберут её в дурдом, а его в детский дом. Она кричать начала, мне прям страшно стало, ты бы видел её взгляд, она точно ненормальная была и сынок её такой же, вот и помер так рано. Бесстыжая девка, как она посмела дорогу моей Лидочке перейти? Ненавижу её.
- Это ты её напугала тогда?
- Я, а кто же ещё? Кто-то должен был мою дочь защитить, если этот Захар всё никак нагуляться не мог.
- Бабуль, но это же жестоко. Володька же из-за тебя мать потерял, вырос не в семье при живом отце.
- А мне-то что? Я не должна была думать о них, у меня своя дочь имелась.
- Разве же так можно? – Семён был в шоке от услышанного.
- Нужно и не вздумай того балбеса искать, не будет толку ничего и от того мальчишки. Семья их вся проклятая.
- Кем? Такими вот жестокими людьми в Зябликово, как ты?