Глава 33. Опасная близость
После второго «случайного» столкновения Вика впервые ощутила не только радость, но и тревогу.
Он запомнил её. Сказал «опять вы». Но что, если это заметят и другие?
Через несколько дней она снова пошла в центр. Сердце гнало её к книжному, хотя разум шептал: «Не надо». Она вошла и сделала вид, что листает альбомы по живописи.
В этот момент дверь открылась. Он появился. На этот раз не один — с той самой женщиной в кожаных брюках, которую Вика видела на площади.
Они прошли мимо неё. Женщина бросила взгляд — короткий, но прожигающий. Будто сразу поняла: Вика здесь не случайно.
— Ты опять смотришь в сторону, — сказала она Ложкину, громко, словно специально. — Думаешь, я не замечаю?
Он не ответил. Только взял у продавца книгу, кивнул и направился к выходу. Женщина — за ним, но глаза всё ещё держали Вику.
В этот момент Вика почувствовала, что у неё дрожат руки. Книга в пальцах тяжела, как камень.
Вечером она написала ему:
— Иногда кажется, что чужие глаза могут читать мои мысли.
Ответ пришёл быстро:
— Тогда лучше учиться держать их в себе.
Фраза звучала как совет и предупреждение одновременно.
На следующий день в университете Вика не могла сосредоточиться. В голове крутились слова женщины: «Ты опять смотришь в сторону». Значит, она заметила. Значит, Ложкин не так равнодушен, как кажется.
И если она продолжит, это уже не будет тайной игрой. Это станет борьбой.
Поздним вечером она снова вышла в город. На площади Ленина горели гирлянды — готовились к празднику. Люди ходили, фотографировались. Вика стояла в тени, слушала шаги прохожих, запах жареного хлеба с ларька. В груди было чувство: она идёт всё ближе к чужой жизни, которую должна была бы обходить стороной.
Она знала: слишком близко. Ещё шаг — и его женщины начнут видеть в ней соперницу.
Но разве не этого она хотела?
У зеркала в общаге она долго смотрела на своё отражение. Глаза горели, губы были поджаты.
— Теперь я в игре, — сказала она себе. — Даже если они тоже заметили.
И впервые за долгое время она не испугалась этой мысли.