Хотите поржать? Заходим на сайт одесской мэрии в раздел с петициями. «Демонтаж памятника «Якорь-сердце» как символа, созданного пропагандистом страны-агрессора» (авторство студии Артемия Лебедева) — «за» 95 голосов. «Об установке на месте памятника Екатерине II памятника Киану Ривзу» — 11 голосов. «Снести памятник Пушкину» — 113 голосов. «Увековечивание памяти Оззи Осборна в топонимике Одессы» — 35 голосов (Оззи побеждает Киану). Ну, с психическим здоровьем просителей разобрались…
А чтобы челобитная хотя бы попала в папку «Ну, может, рассмотрим, однако проигнорим» — все-таки мэрия, а не дурдом — необходима тысяча голосов.
И вот у нацистов тут лютая истерика — денно и нощно они спамят в соцсетях и шарятся по телеканалам:
«А вы знали, что устав нашего города определяет Одессу городом Русской империи? Устав противоречит конституции, законам и здравому смыслу. Но мы можем это изменить. Уже создана петиция, требующая отмены устава и создания нового, украинского… Проголосуйте за петицию прямо сейчас!», — голосит из всех утюгов глава зондеркоманды «Робимо вам нерви» Катерина Мусиенко.
В эту живодерскую организацию стянулись все недобитые нацисты Одессы — от Фарион на минималках, вроде «мовнознавцив» и «тилигенци», до натуральных боевиков, экс-«правосеков» и прочих мстящих за Ганула.
У них дела, конечно, получше — все-таки «историк» Музычко, грозя отчислением, заставляет голосовать за петицию своих студентов — аж 711 голосов, но все равно не хватает.
Что до устава — нет, это не окаменелость из прошлого, по историческим меркам он был утвержден недавно — в 2011 году.
«Именно в уставе прописано, что День города — 2 сентября. Это сознательное подыгрывание российской пропаганде про основание Одессы Екатериной II, несмотря на существование Коцюбеева еще в 1415 году» — возмущаются авторы петиции.
Также в уставе прописано, что 10 апреля — День освобождения Одессы от немецко-фашистских захватчиков. У нацистов по этому поводу тоже отдельное мнение:
«Кто ж освободил тогда город? На самом деле, никто, потому что один оккупационный режим сменился другим — российским. По-настоящему Одесса стала свободной 24 августа 1991 года, как и вся Украина».
Но есть в уставе и вовсе страшное. Несколько цитат из документа:
«В Одессе закреплен статус русского языка как единого языка межнационального общения».
«Русский язык является неотъемлемой частью культурного наследия городской общины и используется во всех сферах общественной жизни».
«Органы местного самоуправления обязаны обеспечивать развитие русского языка».
«Одесситы гордятся традициями мужества и патриотизма, идущими корнями от подвигов русских военных…».
Ну что говорить — у нацистов конвульсии.
Да, по большому счету вся эта бюрократическая возня — чушь собачья, ибо любой закон в оккупации работает в одностороннем порядке — на благо оккупантов. А уставом — любым — можно только подтереться. Но истерика, как говорится, удовлетворяет. Она просто показывает правду, о которой я уже неоднократно писал — нацисты никогда не могут собрать голоса, потому что у них нет одесской прописки. И даже студенты Музычко не особо спасают, ведь после того, как он стал преподавать на истфаке, одесситы перестали туда поступать, только единично. Однако за явным агрессивным меньшинством — законы, тюрьмы, оружие, самосуд, за который ничего не бывает… Нацизм как он есть.
Автор: Павел Бадаев