Глава 14. Под стеклянным колпаком
Оставшиеся до отъезда дни превратились в подобие странного, замедленного ритуала. Михаил, удовлетворившись ее капитуляцией, стал почти снисходителен. Его тирания сменилась демонстративной опекой, которая была ничуть не лучше. Каждое утро он спрашивал, что она планирует на день, и давал «советы», которые звучали как приказы.
— Заедь в салон, поправь цвет. Тот оттенок у корней уже виден.
— Купи новое вечернее платье. Смотри, чтобы не слишком открытое, но и не монашка.
— Закажи у того кондитера те трюфели, что он ел на ужине у Петровых. Пусть будут в номере к нашему приезду.
Марина молча кивала, записывая все в записи на телефоне. Она играла свою роль идеально: благодарная, немного растерянная от такой заботы жена, поглощенная приятными хлопотами.
Внутри же она вела совсем другую жизнь.
По совету Лены, она купила самый простой кнопочный телефон и предоплаченную сим-карту на случайной заправке на выезде из города, расплатившись наличными, которые всегда носила с собой на мелкие расходы. Устройство было спрятано на дне коробки с зимними шапками и шарфами, в самой дальней секции гардеробной.
Встречи с подругами стали ее кислородной маской. Они виделись в самых неожиданных местах: в прачечной самообслуживания, в огромном торговом центре на окраине, в читальном зале районной библиотеки. Обсуждали планы шепотом, притворяясь чужими людьми.
— Он хочет, чтобы я была его куклой на этом курорте, — рассказывала Марина, листая каталог в лаунж-зоне торгового центра, пока Аня делала вид, что выбирает духи на стенде напротив.
— А ты и будь, — шипела в ответ Аня, брызгая на запястье тестер. — Самая счастливая кукла на свете. Улыбайся, восхищайся видами и жди своего часа.
Лена, тихая и наблюдательная, оказалась стратегом.
— Тебе нужно запомнить все: расписание его встреч, номера машин, если будут, имена людей, с кем он общается. Все, что может пригодиться Дмитрию. Твои глаза и уши — это его главное преимущество.
Мысль о Дмитрие заставляла сердце Марины биться чаще. Он не писал больше, не звонил. Но его молчание было уже не пугающим, а обнадеживающим. Он дал ей пространство для маневра, не подвергая ее лишнему риску. Он готовился. И она должна была быть готова.
Однажды, за два дня до отъезда, Михаил вернулся домой не один. С ним была Настя.
Марина замерла в дверях гостиной, увидев их. Настя сидела на его любимом диване, как хозяйка, поглаживая руку о кожаную обивку. На ее лице играла надменная, победоносная улыбка.
— Марина, мы тут с Настей обсуждаем один совместный проект, — без тени смущения сказал Михаил. — Принеси нам кофе. И то печенье, что ты пекла в прошлый раз.
Это была пытка. Унизительная и расчетливая демонстрация того, кто здесь главный и чьи чувства ничего не значат. Марина почувствовала, как по спине бегут мурашки от ярости и обиды. Но она лишь кивнула.
— Конечно. Сейчас.
В кухне она стояла, сжимая край столешницы так, что пальцы немели. Она слышала их приглушенный смех из гостиной. Слышала его низкий баритон и ее нарочито-сладкий смешок. Она хотела разбить сервиз, врезаться туда и кричать.
Но вместо этого она глубоко вдохнула. Она представила себе Дмитрия. Его спокойные, уверенные глаза. Его слова: «Спокойствие. Я здесь».
Она вспомнила свой план.
Она не просто принесла кофе и печенье. Она поставила поднос с идеальной улыбкой, разлила по чашкам, спросила: «Сахар, Настя?», как будто та была просто гостьей. Она выдержала ее колкий, испытующий взгляд и его довольное лицо.
— Спасибо, дорогая, — снисходительно сказал Михаил. — Мы тут ненадолго.
— Не беспокойтесь, — улыбнулась Марина. — Я как раз пойду собирать чемоданы. Приятного вечера.
Она развернулась и вышла, не оглядываясь. Ее спина была прямой, походка — уверенной. Она не позволила себе ускориться, не позволила плечам ссутулиться, пока не закрыла за собой дверь спальни.
Только тогда она прислонилась к двери, дрожа всем телом. Но это была не дрожь слабости. Это была дрожь от сдержанной силы. Она только что прошла очередной тест. И сдала его на отлично.
Вечером Михаил вошел в спальню, пока она раскладывала вещи по чемодану.
— Настя извиняется за сегодня, — произнес он, смотря, как она аккуратно складывает блузки. — Она была немного нервная. Но она ценный партнер.
Марина не подняла головы.
— Я не против. Важнее, чтобы ваш проект был успешным.
Он подошел сзади, обнял ее за талию и прижал к себе. Его дыхание было горячим у нее на шее.
— Вот и умница. Я люблю, когда ты проявляешь понимание. В Милане нам будет хорошо. Я обещаю.
Его обещание звучало как угроза. Но Марина лишь повернула голову и улыбнулась ему.
— Я знаю. Я жду не дождусь.
Она снова солгала. И в этот раз ложь далась ей легко. Потому что это была ее броня. Ее оружие. И ее билет к свободе.
Чемодан был почти собран. Внутри лежали не только платья и туфли. Внутри лежала ее надежда. И ее молчаливое неповиновение.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))