Анна медленно вела машину по знакомой, но давно забытой дороге. Лес вокруг был густым и влажным, а узкая лента асфальта, казалось, уводила её в прошлое. Здесь, среди вековых сосен и елей, прошло её детство. Сюда она возвращалась спустя двадцать лет, хотя клялась самой себе больше никогда не приезжать.
Старая калитка скрипнула так же, как в тот день, когда она уходила из этого дома подростком. Тогда ей казалось, что она сбегает — от тишины, от озера, от бабушки, которая казалась странной и слишком молчаливой. А теперь — возвращение. Бабушки не стало, и дом остался ей по наследству.
Она заглушила двигатель и долго сидела, не решаясь выйти. Дом выглядел так, словно ждал её всё это время. Потемневшие брёвна стен, покосившийся крыльцо, занавески на окнах — всё на месте. Даже старый колодец у ворот будто застыл в ожидании.
Анна глубоко вдохнула. Воздух здесь был другой — влажный, густой, с примесью хвои и чего-то ещё… сладковато-горького, тянущего из озера. Она почувствовала лёгкий озноб, хотя день стоял тёплый.
Поднявшись по ступеням, она вставила ключ в замок. Щёлчок был неожиданно громким. Дверь поддалась, и дом вдохнул её запахами прошлого: сушёные травы, пыльные книги, немного сырости.
Она сделала шаг внутрь.
На столе в гостиной лежала книга. Не просто книга — бабушкин дневник, тот самый, который когда-то был ей запрещён. Анна коснулась обложки, и ей почудилось, будто кто-то тихо вздохнул за спиной.
Она резко обернулась. Пусто. Лишь половицы под её ногами скрипнули, приветствуя хозяйку.
Анна ещё раз посмотрела на дневник. Её руки дрожали. Почему-то именно с него хотелось начать.
Но прежде она подошла к окну и отдёрнула занавеску. Озеро было видно как на ладони. Гладкая, тёмная поверхность лежала неподвижно. И вдруг ей показалось, что в отражении на воде мелькнула чья-то тень.
Анна зажмурилась, мотнула головой и вернулась к столу.
Она откроет дневник завтра. Сегодня слишком много для одного дня.
Но озеро… оно продолжало смотреть на неё.
