Раскопки изматывали, но жажда правды гнала. Под слоями окаменелой лавы явился он: Кристалл Анкаар, живой и пятигранный. Прикосновение к граням одарило теплом, в сознании вспыхнули чужые памяти. Красное солнце, леса с золотой листвой, нежность руки, сжимающей камень. Всепоглощающая любовь, и запечатанный забвением страх разлуки. Теперь я — Хранитель Камня Сердца — у костра транзитной станции. Его пульсация согревает. Он не ключ к власти. Он — мост через эпохи, радио для души. Пропала ли его планета. Кто был тот человек. Ответов нет. Но его последнее чувство — надежда, что кто-то поймет, — пульсирует в моей руке. Миллионы лет спустя, он всё ещё любит. И кто-то его помнит. Какой же глубокий отпечаток оставляем мы.
Раскопки изматывали, но жажда правды гнала. Под слоями окаменелой лавы явился он: Кристалл Анкаар, живой и пятигранный. Прикосновение к граням одарило теплом, в сознании вспыхнули чужые памяти. Красное солнце, леса с золотой листвой, нежность руки, сжимающей камень. Всепоглощающая любовь, и запечатанный забвением страх разлуки. Теперь я — Хранитель Камня Сердца — у костра транзитной станции. Его пульсация согревает. Он не ключ к власти. Он — мост через эпохи, радио для души. Пропала ли его планета. Кто был тот человек. Ответов нет. Но его последнее чувство — надежда, что кто-то поймет, — пульсирует в моей руке. Миллионы лет спустя, он всё ещё любит. И кто-то его помнит. Какой же глубокий отпечаток оставляем мы.
