– Наследство мое! И точка! – уверенно сказал Михаил. – Я единственный материн сын, единственный наследник! Кому еще она могла оставить все, как не мне?!
– Ну… как сказать… – задумчиво проговорил дядя Коля, родной брат покойной Анны Петровны.
Михаил выпрямился, его глаза блеснули.
– Да что тут говорить, дядь Коль? Я сын! Единственный! Мне все и достанется! По закону так, понимаете?
– По закону-то, может быть, и так, – кивнул дядя Коля, – только вот Анна, сестра моя, женщина была с характером. Мало ли что она там придумала.
– Ой, да ладно вам. Что она там могла придумать? – раздраженно бросил Михаил. – Завещание? Не было никакого завещания!
– Уверен? – спросил дядя.
– Да на все сто! Не было никакого завещания! Иначе я бы знал.
Под наследством понималась в первую очередь квартира. Немаленькая, три комнаты в сталинке, потолки под три метра, кухня – хоть танцуй. А еще дача, пусть старенькая, зато участок десять соток. Да и счет, говорят, у Анны Петровны был.
Михаил поднялся и сказал:
– Ну… Э… Ладно! Помянем маму! Царствие ей небесное, пусть земля будет пухом.
Выпили молча, потом закусили.
– Хорошая была женщина, – вздохнула соседка Валентина. – Справедливая. И невестку свою любила, прямо как родную дочку.
Михаил хмыкнул, но промолчал, а Дарья опустила глаза. Правда ведь, свекровь любила ее. Особенно тепло она к ней относилась в последние месяцы, когда узнала про то, что Михаил изменяет ей. Как-то по-особенному смотреть стала на Дарью, с жалостью, что ли. И все говорила:
– Ты сильная, Дашенька. Гораздо сильнее, чем думаешь.
Странные это были разговоры. Анна Петровна все про свою молодость вспоминала, про мужа покойного.
– Знаешь, – говорила она, – я ведь тоже через это прошла. Когда Мише пять было, я узнала, что Петр мой с бухгалтершей крутит. Ох, как больно было! Но я молчала. Ради приличий, ради сына… Что люди скажут, вот что меня волновало. А теперь думаю, зря я молчала. Может, если бы ушла тогда, Миша другим бы вырос.
Посмотрев на невестку долгим взглядом, она покачала головой.
– Не повторяй моих ошибок, Дашенька. Петенька не должен вырасти таким же.
Петенька – это их с Михаилом сын, восемь лет парню. Бабушку мальчишка обожал, да и она в нем души не чаяла. Очень любила с ним возиться, книжки читала, в парк водила, нередко и уроки у него проверяла. А вот Михаилу все некогда было. То работа, то встречи, то еще что-нибудь…
Впрочем, уже скоро Дарья узнала, что это были за встречи… Елена ее звали, молоденькая такая, в его конторе бухгалтером работает. Двадцать пять всего ей...
Узнала Дарья об этом случайно, телефон его тренькнул, когда он в душе был. И пришло сообщение: «Превед, Медвед! Скучаю, жду тебя вечером». И сердечки эти дурацкие…
Сердце тогда оборвалось, в глазах потемнело. Мужу Дарья ничего не сказала, но поделилась своей бедой со свекровью. А та и сказала ей то, что сказала...
***
В дверь позвонили, и Дарья пошла открывать. На пороге стояла незнакомая женщина.
– Добрый день, – сказала она, – я нотариус. И нахожусь здесь по просьбе Анны Петровны и по приглашению одного из присутствующих.
Повисло напряженное молчание.
– Нотариус? – нахмурился Михаил. – Какой еще нотариус? Что это за цирк?
– Никакого цирка, – спокойно ответила нотариус. – У меня завещание вашей матери. Она составила его три месяца назад.
– Не может быть! – Михаил взволнованно поднялся с места, но тут же сел снова. – Какое еще завещание? Что вы мне голову морочите?! Она ничего об этом не говорила!
– Миша, помолчи! – строго сказал дядя Коля. – И дай человеку сказать.
Михаил мрачно посмотрел на дядю, нахмурился, но возразить не посмел. Нотариус тем временем достала папку и раскрыла ее.
– Итак, последняя воля Анны Петровны... – зачитала она. – «Я, К..ва Анна Петровна, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю все свое имущество...»
Нотариус сделала паузу.
– «Моей невестке, Дарье Сергеевне К-вой».
Михаил обомлел. Кое-кто из гостей ахнул, дядя Коля присвистнул.
– Что? – прохрипел Михаил. – Как… это… так? Это какая-то ошибка! Не может такого быть!
– Никакой ошибки, – спокойно возразила нотариус.
И продолжила читать:
– «Квартиру по адресу такому-то, дачу в поселке таком-то, а также все денежные средства на своем счете завещаю Дарье Сергеевне К-вой за преданность семье».
Лицо Михаила вдруг стало серым, на лбу выступили капельки пота.
– Это подделка! – заорал он. – Мать была больна, она не понимала, что делает!
– У меня есть медицинское заключение о дееспособности Анны Петровны на момент составления завещания, – спокойно ответила нотариус. – А также видеозапись процедуры. Если хотите, можем посмотреть.
– Ты! – Михаил повернулся к Дарье и посмотрел на нее едва ли не с ненавистью. – Ты втерлась к ней в доверие! Заморочила ей голову!
Дарья молчала. Упреки мужа были безосновательными, она ничего не знала, ни о чем не догадывалась.
– Твоя мама была в своем уме, – тихо сказала она, – и она имела полное право распорядиться своим имуществом.
– Да что ты понимаешь?! – рявкнул Михаил. – Это моя мать! И мое наследство! А ты…
– Миша, успокойся, – попыталась вмешаться его сестра Елена.
Но его было не остановить. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА🔔