Найти в Дзене
Гера Стрельников

Гончар

В это раннее морозное утро лес стоял на «ушах»: - Ах – ах, Ух – ух, Ай –яй, Уфф – уфф!!! … повторяло утреннее эхо. А затем плачь: - Ой – ой –ей !!! и снова : - Ах – Ух, уф – уф … Середина ноября. Снега еще нет. «Тропа» жесткая. Лист, покрывший землю уже не желтый, а темно-коричневый, подмерзший, покрытый белым инеем утреннего заморозка. Под ногами гремит, как железо, за каждым шагом, не давая двигаться не производя шума. Он стоял на перекрестке дорог в лесу, в одиночестве, без напарника, сжимая в руках ружье, весь превратившись в слух. Сердце его колотилось, как сумасшедшее. От волнения лицо его было пунцовым от прилившей к голове крови. Шапка сползла на набекрень и закрыла левый глаз. Но он этого не замечал. Он весь превратился в слух, он был «там» где все ухало, стонало и рыдало, в этом утреннем лесу, на рассвете, за несколько километров от ближайшего жилья. От автодорог, от города, от цивилизации. Его душа, как много веков назад, витала над этим лесом, над этими лесными дорогами, з

В это раннее морозное утро лес стоял на «ушах»:

- Ах – ах, Ух – ух, Ай –яй, Уфф – уфф!!! … повторяло утреннее эхо. А затем плачь: - Ой – ой –ей !!! и снова : - Ах – Ух, уф – уф …

Середина ноября. Снега еще нет. «Тропа» жесткая. Лист, покрывший землю уже не желтый, а темно-коричневый, подмерзший, покрытый белым инеем утреннего заморозка. Под ногами гремит, как железо, за каждым шагом, не давая двигаться не производя шума.

Он стоял на перекрестке дорог в лесу, в одиночестве, без напарника, сжимая в руках ружье, весь превратившись в слух. Сердце его колотилось, как сумасшедшее. От волнения лицо его было пунцовым от прилившей к голове крови. Шапка сползла на набекрень и закрыла левый глаз. Но он этого не замечал. Он весь превратился в слух, он был «там» где все ухало, стонало и рыдало, в этом утреннем лесу, на рассвете, за несколько километров от ближайшего жилья. От автодорог, от города, от цивилизации. Его душа, как много веков назад, витала над этим лесом, над этими лесными дорогами, зарослями ивняка, малинника, ежевичника, усохшей крапивы и осоки по краю болота.

Гончар разрывался от волнения, которое он получал от запаха следа зверя. Иногда запах становился настолько «густым и жирным, что он буквально рыдал от избытка эмоций…

- Да, зря! Зря я назвал тебя –Гончар! – подумал охотник, утирая слезы с лица, непроизвольно катившиеся из его глаз, по лицу:

- Рыдай! – вот твое имя. Разве можно остаться равнодушным , вслушиваясь в плачь и стоны раздававшиеся во весь лес. Но в маленьком щенке, которого ты несешь домой за « пазухой», после приобретения у «заводчика», угадаешь, какой у него будет голос, азарт, темперамент, заставляющий слезы непроизвольно катиться из глаз от чувств, переполнявших душу охотника, слышавшего все это. Мысли в голове пролетали молнией и снова то возвращались, то убегали, как этот гон, который то приближался, то уходил со слуха, и хотелось бежать куда-то туда, где он затихал. Но определить куда, было невозможно. Голос гонца и эхо звучали со всех сторон, откликаясь и вторя друг другу.

Самое лучшее было стоять на месте. Заяц русак любит бегать по дорогам, особенно когда его крепко преследуют. По ходу движения зверя и собаки за ним можно определить, что это не лиса: – она любит уходить по прямой, не делая скидок , и потому гон по ней ровный. И не «косуля» - гон, по которой тоже ровный и очень быстрый. Нет, сейчас гон с перемолчками, сколами, когда собака теряет след на « двойках», и снова находит, говорит о том, что это заяц. Вот опять собака яростно «залилась» и замолкла. Это – двойка – заяц, прошел вперед, затем вернулся по своему следу назад и спрыгнул в сторону, он сдвоил след и как бы оборвал его. Запах на сдвоенном следу удвоился и оборвался, дальше его нет.

И голос гонца тоже оборвался. Значит – заяц. Лиса так делать не умеет. Самый хитрый зверь в лесу это – заяц. У него много врагов, а друзей совсем нет. Все хотят его съесть. Поэтому хитрость у него уже от рождения передается генетически. Он с рождения уже приспособлен к самостоятельной жизни. Зайчиха гнездо не делает, а только что родившийся зайчонок, покормленный один раз, готов к самостоятельной жизни. А умение прятаться, «сдваивать» след у него предается по наследству, на уровне инстинкта.

Вот гон выровнялся, нарастает идет сюда. В лесу становится светлее. Эхо откликается неохотно, устало, наверное. Мысли в голове отмечают перемены. Он уже давно так в лесу сам с собой разговаривает мысленно, в голове. Наверное, зайцу надоело бегать по кустам и траве и, сделав очередную скидку оборвав след, выйдет на дорогу и по ней будет улепетывать во всю прыть, стараясь уйти подальше от преследовавшего его гонца. К месту лежки, с которой его подняли. И здесь уже пользуясь тем , что тут много его следов, он запутает их еще больше и «западет», затаится и оставит охотников ни с чем…

Вот такой примерно расклад сложился у охотника в голове, пока он стоял на перекрестке, слушая заунывную песню гона, своего гонца, который «рыдал», словно жаловался на неутомимого зайца. И от его песни слезы наворачивались на глаза начинало щипать в душе. А гон все ближе – ближе. Уже можно определить, с какого направления и по какой дороге он приближается.

Опять со спины. Надо повернуться навстречу. Сделать это медленно, не торопясь. Чтоб не треснуло под ногами. И хотя гонец еще довольно далеко. Но заяц может быть уже рядом. Охотник плавно медленно стал поворачиваться, на ту дорогу, по которой он пришел еще в темноте. Где- то здесь собака и подняла зайца. Вот он уже повернулся и начал вглядываться в дорогу, увидев в тумане какую- то кочку по ее середине. Когда шел сюда, ее как будто и не было. Прямо как столбик – Даже в темноте я бы ее заметил! – отметил про себя охотник, вглядываясь в предмет на дороге, при этом не делая более никаких движений. Но кочка вдруг скакнула с дороги в кусты, только ее и видел и скрылась в утреннем тумане. – Вот это да! – произнес охотник : - Ты уже здесь был, как я стал поворачиваться. Ну и хитер!

Через несколько минут с голосом подбежал гонец, проскочив место, откуда заяц сиганул в сторону и ,увидев хозяина, подбежал к нему, тиранулся об одежду, заглянул в глаза охотнику с немым вопросом. Отбежал назад и, усиленно дыша и фыркая, снова подхватил запах следа на месте «скидки». Тявкнул, бросил укоризненный взгляд на охотника и продолжил свою песню. Песню погони, преследования, азарта, жизни и страсти.

Охотник продолжал стоять на перекрестке с опущенным вниз стволами ружьем. Слушая песню своего Гончара, в раннее утро, в небольшой утренний морозец, прихвативший прелые листья. Вставало солнце, огненные лучи которого, словно раскаленные стрелы , пробивались мимо деревьев, попадая на листву, покрытую белым инеем. Отчего он начинал плавиться, и возникал легкий парок, и туман начинал подниматься в низинах и по над самой дорогой. Эхо замолчало совсем, устало, наверное. Воздух стал мягким и влажным, а дыхание легким и свободным. Ароматы смолы, настоянных трав с недалекого болота, мхов и бог знает чего еще, живительным бальзамом потекли в легкие охотника. Он стоял очарованный лесом, слушал голос гона, голос леса. Пил удивительный прекрасный воздух осеннего леса и чувствовал себя единым целым в этом мире кажущимся далеким, заманчивым, фантастическим, таким близким и родным, когда мы находимся в нем…

Г.И Стрельников 2025г