Теллурия. Плавание на восток. Море Птерозавров

Первые два дня плавания на восток не принесли ничего нового в характере берега.

На десятки вёрст тянулись и тянулись скалистые обрывы нескончаемых птичьих, вернее птерозавровых базаров.

Неисчислимое множество летающих ящеров размером от ласточки и голубя, до громадных размером с аэроплан, гнездились на скалах и стремительно или неспешно и величаво скользили на синей и зелёной водой. Синей и бирюзовой вдали от берега и зеленеющей в вечной тени обрывов, куда никогда не достигали красноватые лучи низкого Плутона.

В воздухе постоянно было мельтешение летающих ящеров всевозможных размеров и расцветок, белых, черных, серых, голубых, розовых..

Некоторые, как чайки садились на воду и плыли, или как бакланы стремительно падали в воду и взлетали снова в добытой рыбой в зубастом клюве.

Море у обрывистых берегов по-видимому изобиловало водорослями, моллюсками и рыбой служившими пропитанием многих и многих тысяч разнообразные ящеров, летающих и плавающих.

Впрочем, бывало и летающие ящеры, как птицы присевшие на воду служили пропитанием подкравшимся подводным охотникам, рыбам или ластоногим ящерам.

В красноватых лучах низкого Плутона разноцветное оперение и розовые летательные перепонки прозрачных крыльев птерозавров сверкали и сияли, как в волшебном танце фей.

Зрелище это было необыкновенное, никем невиданное на наружной поверхности Земли.

Зоолог Папочкин был в восторге, да и остальные путешественники были очарованы красотой этих мест и их крылатых обитателей.

Крики, свисты и трели крылатых ящеров почти не отличались от птичьих.

Путешественники неспешно плыли ввиду высокого обрывистого берега, представленого скалами всевозможных цветов – серых черных, зелёных, красных.

Иногда высокие скалы отдельными высокими столбами или целыми островка и выдавались в море и путешественники выгребали между ними выбирая путь по чистой и прозрачной зеленоватой воде без опасных камней и скал на ясно видимом дне.

Геолог не всегда на глаз с расстояния не угрожающего напороться на рифы, мог определить природу скал мимо которых проплывали путешественники.

В некоторых местах особенно интересных для геолога, пытались причалить на обед или ужин с ночёвкой.

Не везде это удавалось, но несколько удобных бухточек встретилось с песчаным дном из черного, зелёного и красного песка, образцы которого обрадовали геолога.

В одном месте размывы голубой породы оказавшейся глиной, очень возбудили золотоискателя и Макшеев с торжествующим видом предъявил профессору на ладони россыпь мелких красных кристалликов пиропов, зачерпнутую прямо из песка на пляже.

Каштанов внимательно рассмотрев красные кристаллики среди серой и голубой глины и породы слагающие береговые обрывы согласился с золотоискателем, что перед ними налицо размывы кимберлитов и возможно на дне заливчика имеются и россыпи алмазов.

После обеда и отдыха продолжили плавание вдоль берега названного Бриллиантовым.

К исходу третьего дня проплыли уже с полтораста вёрст и путешественников заинтересовал большой залив среди черных скал с ярко–зелёной водой.

За целый день гребли все уже устали и решительно повернули к берегу, благо между скал виднелись участки песчаного пляжа.

Предположение ботаника Громеко, что цвет воды в заливе вызван водорослями, не оправдалось.

Рассмотрев зачерпнутую воду отдававшую яркой зеленью, Каштанов предположил, что цвет воды вызван минеральными частицами меди или других металлов, и не рекомендовал купаться в этой воде.

За изгибами береговых скал залива к удивлению путешественников открылась речка впадающая в море.

Именно её изумрудно-зелёная вода и окрашивала морскую воду в заливе и окрест.

Наличие многоводной речки удивило и обрадовало путешественников, несмотря на то, что вода из речки не вызывала доверия для питья, она свидетельствовала, что черная пустыня наверху не такая сухая и безжизненная, как доселе казалось.

Речка оказалась очень порожистая, с водопадами и подняться по ней вверх не представлялось возможным ни на лодках, ни вплавь или вброд, края узкого ущелья представляли собой высокие стены обрывистых скал, поэтому переночевав на её берегу и израсходовав последние запасы пресной воды путешественники продолжили плавание.

Каштанов добавил на карту Теллурии, которую составлял всю дорогу новое название – Изумрудную речку.

Профессор провел несложный химический опыт капнув в чашку с зелёной водой несколько капель лечебных настоек заготовленных в дорогу ещё у муравейника Громеко, и с удивлением убедился, что такая необычная окраска воды вызвана соединениями железа.

Геолог сожалел, что не удалось подняться вверх по речке и исследовать породы слагающие её берега и придающие воде такой странный зелёный цвет.

Всё же какие-то водоросли и ракообразные в воде реки и залива водились, но совершенно не вызвали энтузиазма у Папочкина.