Булгаковский роман задуман и реализован как альтернативный взгляд на историю христианства. При этом, сам Булгаков, будучи сыном преподавателя Богословской академии, этот "альтернативный взгляд" отнюдь не разделял. Это видно из многих деталей. Например, бросается в глаза различие духа романа и Евангелий в отношении женщин
В религиях политеистических было условное равноправие – существовали боги мужчины и их служители – мужчины же. Существовали богини, в храмах которых служили обычно женщины.
При этом, положение женщин в античном обществе трудно счесть равноправным. Греческая женщина была заперта в гинекее – всеми серьёзными делами занимались мужчины. Относительно свободными были только гетеры. А римские матроны, вообще достаточно самостоятельные и оказывающие влияние на политику республики и империи, даже личных имён не имели…
Монотеистические религии же изначально были мужскими и женщины из них как-то выпали.
Иосиф Флавий, в "Иудейских древностях", описывая закон Моисея даёт такую любопытную формулировку: "свидетельство женщин, ввиду их легкомыслия и пристрастия, не должно быть принимаемо во внимание". После чего следует утверждение, что "также не следует допускать к свидетельствованию рабов"… В тексте Флавия обычно делаются ссылки на Второзаконие, но именно этой фразы в Библии нет – судя по всему, автор описал устную раввинистическую традицию.
На этом фоне атмосфера Нового Завета совершенно иная.
С самого начала Иисуса сопровождает множество женщин, многих из которых евангелисты называют по имени. Они присутствуют на Его проповедях (в некоторых случаях специально указывается число слушателей, "не считая женщин и детей"), оказывают Ему знаки внимания (умащение драгоценным миром). Даже в тот момент, когда ближайшие ученики Иисуса разбежались, группа женщин остаётся с Ним до самой Его смерти на кресте.
Самое главное – именно женщины (прославленные в христианстве "жёны-мироносицы"), не смотря на упомянутую традицию исключения из рассмотрения женских свидетельств, вписаны в Новый Завет как те, кто первые свидетельствовали о Воскрешении Иисуса.
Особая, не характерная для иудаизма, роль женщин в христианстве дана в чёткой формулировке послания апостола Павла к Галатам:
"Нет уже Иудея, ни язычника*; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе".
Естественно, практика христианских государств, во многом определяемая традицией, от логики Евангелий сильно отличалась, но факт остаётся фактом – Иисус относился к женщинам точно так же, как и ко всем остальным людям. Скажем так, заложил основы женского равноправия.
Между тем, атмосфера романа "Мастер и Маргарита" в отношении роли женщин совершенно другая.
В ершалаимских главах не видим мы ни Пресвятой Девы Марии, ни Марии Магдалины, ни сестёр Лазаря Марии и Марфы… Вообще ни единой евангельской женщины.
Касается это и жены Понтия Пилата Клавдии Прокулы, которая, по сообщению евангелиста Матфея, просила прокуратора "не делать ничего Праведнику Тому". Булгаков, скорее всего исключил её из рассмотрения, потому что это противоречило его драматургическому замыслу – Пилат у него по-человечески очень одинок и решения принимает самостоятельно.
Нас же заставляет усомниться в сообщении евангелиста принцип научной критики источников – не по чину было бывшему сборщику податей знать секреты прокураторского гинекея, он мог только повторять слухи с иерусалимского Евбаза (версия о том, что информацию ему нашептал Ангел Господень, к сфере источниковедения не относится).
Зато в повествование вводится язычница Низа (язычников в евангелиях почти нет – даже проповедь Иисуса среди самаритян, исповедовавших ту же ветхозаветную религию, подаётся как нечто необычное), чей моральный облик далёк от идеального – замужняя женщина, принимающая ухаживания молодого иудея и, при этом, сотрудничающая с другим мужчиной – главой тайной стражи прокуратора Афранием… Ну и без видимых переживаний подводящая своего любовника под ножи наёмных убийц.
В московских главах женщин гораздо больше, и они не менее эмансипированы, чем Низа. Причём, если самостоятельность Низы носит характер скандальный (наверное – даже в греческой колонии), то в Москве "архитектор Семейкина-Галл" никого особенно не удивляет (хотя во время написания романа это было ещё внове – жёны Булгакова не работали, а у второй и третьей даже домработницы были).
В плане поведения Маргарита ничем не отличается от Низы – тоже замужняя женщина, тоже гуляет (причем, если степень близости Низы и иуды не указана, то мастер прямо называет Маргариту "тайной женой"). Возможно и другие грешки есть – некоторые булгаковеды полагают, что Маргарита может работать на спецслужбы, но тут вилами по воде писано – намёки на такую возможность в тексте слишком расплывчатые.
Как же распорядилась своей свободой главная героиня романа? Она… пошла на службу Воланду. Сначала, как мы подозреваем, бессознательно, потом – вполне сознательно. Она делает неплохую "карьеру" – становится ведьмой, королевой – хозяйкой сатанинского бала, совращает свою домработницу Наташу и, в конце концов, добивается своего – получает назад мастера. При желании это всё, конечно, можно счесть самопожертвованием во имя любви… Но при желании и Воланд – позитивный персонаж.
Ну и закономерный итог "работы" Низы и Маргариты.
Низа, по приказу ученика Иешуа Пилата, способствует убийству Иуды, который, в свою очередь, выполняет миссию вполне демоническую, донося на Иешуа. В его прототип, Иуду Искариота, по оценке евангелиста Луки, вселился дьявол…
Тут, правда, сложный момент. Булгаков версию с вселением дьявола не мог не знать, но он её отвергает. По крайней мере на это намекает раскрытие образа в романе. Натуральный Иуда потом, когда дьявол из него "отселился", раскаялся и, по сообщениям евангелистов, покончил с собой. Иуда книжный ни в чём не раскаивается. Писатель как бы аккуратно подводит нас к мысли, что история Иуды вполне человеческая, а не сатанинская… Сатана своё и так получит, а Иуда просто живёт так.
А чем заканчивается "спасательная операция" Маргариты? Да тем же… Мастер, который первоначально бессознательно работал на Воланда, в конце концов признаёт его власть над собой, погибает и попадет в ад (там речь идёт о его части выглядящей невинно, но описание мы знаем со слов обольстительницы Маргариты, да и в любом случае это владения Князя Тьмы).
Вот и получается, что евангелия свидетельствуют о том, что женщины равноправны мужчинам в служении Господу, а роман Булгакова – об их равенстве (и даже превосходстве) в служении сатане.
Одно только может успокаивать – в "Мастере и Маргарите" описан идеальный мир, в котором нет Бога, а значит – всё позволено. Т.е., мир-то ещё не совсем идеален, некоторые несознательные элементы умеют делать крестное знамение, чем пугают слуг сатана, но он совершенно сознательно стремиться стать идеальным. В таком мире, что у женщин, что у мужчин выбор-то не широк – приходится служить сатане.
* Чаще вспоминается послание к Колоссянам: "тут нет эллина или иудея".