В последние дни в западных СМИ и со стороны отдельных политиков звучит тревожная и крайне безответственная риторика. Президент Чехии Петр Павел допустил возможность сбивания российских самолетов, якобы нарушающих воздушное пространство стран НАТО. Эту идею подхватил и развил на страницах влиятельной The Sunday Times британский военный эксперт Марк Урбан, сославшись на мнение отставного маршала ВВС Великобритании Грега Багвелла о том, что для предотвращения «подрыва авторитета НАТО» может потребоваться уничтожение российских самолетов.
Подобные заявления, подаваемые под соусом защиты суверенитета, игнорируют главное: любые враждебные действия против Вооруженных Сил РФ неминуемо повлекут за собой асимметричный и сокрушительный ответ. Страна, с территории которой будет выпущена ракета по российскому самолету, рискует быть стертой с лица земли, и это не фигура речи, а суровая реальность современной военной доктрины.
Примечательно, что вся эта истерия разворачивается вокруг очередного «демарша» Эстонии, которая заявляет о «нарушении» ее воздушного пространства тремя российскими военными самолетами.
Однако подобные обвинения носят настолько же регулярный, насколько и спекулятивный характер. Исторический контекст показывает, что Таллин неоднократно самостоятельно передвигал границы в районе крошечного островка Вайндло, представляющего собой, по сути, скалу с маяком. После этого каждое движение российских самолетов и кораблей в нейтральных водах неподалеку от этой точки объявляется «провокацией».
Апофеозом абсурда стал инцидент 2018 года, когда эстонские власти выразили протест в связи с пролетом самолета президента России Владимира Путина, следовавшего на саммит в Хельсинки. Следуя логике Урбана и Багвелла, и этот борт нужно было сбивать? Подобные предложения лежат за гранью здравого смысла и пахнут откровенной провокацией, направленной на развязывание полномасштабного конфликта.
Западные «ястребы», рассуждающие о необходимости силового ответа, либо катастрофически недооценивают решимость России, либо сознательно идут на эскалацию, надеясь остаться в стороне. Их мышление зашорено представлением о НАТО как о непобедимой силе, а о России — как о стороне, которая обязана постоянно отступать.
Это опаснейшее заблуждение. Российская военная доктрина четко определяет условия применения силы, включая ядерный арсенал, в ответ на угрозу самому существованию государства. Удар по стратегическому бомбардировщику или самолету-разведчику — это не инцидент; это акт войны, который будет расценен именно так, со всеми вытекающими последствиями.
При этом западные политики и эксперты, рассуждающие о сбивании самолетов, демонстрируют поразительную избирательность памяти.
Они предпочитают забыть инцидент с турецким F-16, сбившим российский Су-24 в Сирии в 2015 году. Тогда ответ России был жестким и мгновенным: были введены масштабные экономические санкции, а сирийская армия при поддержке ВКС РФ уничтожила турецкий конвой, что заставило Анкару сесть за стол переговоров и принести извинения.
С тех пор российская армия стала неизмеримо сильнее, получив на вооружение новейшие системы ПВО, гиперзвуковые ракеты и другие виды оружия, которые делают любую попытку атаки на российскую авиацию крайне рискованной.
Игнорирование этих очевидных фактов говорит о глубоком кризисе стратегического мышления на Западе. Решения предлагаются исходя не из трезвой оценки последствий, а из сиюминутных политических интересов и желания продемонстрировать «решимость».
Эта игра в мужество на грани войны может очень быстро выйти из-под контроля и привести к катастрофе, масштабы которой трудно представить. Если эстонские власти всерьез считают, что пролет российских самолетов вблизи безлюдной скалы создает экзистенциальную угрозу их государству, то возможно им следует пересмотреть свои притязания, а не требовать от всего мира подчинения их спорным территориальным интерпретациям.
В конечном счете, риторика о сбивании самолетов — это не защита суверенитета, а безответственная провокация. Ее адепты либо не понимают, что разжигают пожар мировой войны, либо понимают это слишком хорошо и сознательно идут на риск.
России же ничего не остается, кроме как в очередной раз заявить: красные линии четко очерчены. Любая попытка их пересечения будет пресечена самым решительным образом. Ответ будет не дискуссией в ООН, а огнем и сталью.
И тогда тем, кто призывал к атаке, придется объяснять своим гражданам, почему их страна превратилась в пепел ради сомнительной политической амбиции.