В Таиланде уже неделю продолжаются поиски 34-летней россиянки Эрики Владыко, чье исчезновение обрастает все новыми тревожными подробностями. Материальный мир женщины, работавшей агентом по недвижимости и, по словам окружения, любящей "хорошенько погулять", рухнул, оставив ее четырехлетнюю дочь Нину в детском доме Бангкока – свидетельство глубокой человеческой трагедии.
Последний раз Эрику видели в крайне неблагополучном районе Бангкока, на улице Сукхумвит, где процветают преступность, наркоторговля и проституция. Источники указывают, что это уже третья россиянка, пропавшая из этой локации, известной своими опасностями для туристов. Основная версия – похищение после того, как Эрику могли опоить. Близкие и волонтеры, проживающие в Таиланде, отчаянно надеются, что женщина жива. Поиски ведутся активно, в том числе попытки найти бывшего супруга Эрики, Дениса, в надежде на любую информацию.
Однако ход расследования осложняется чередой странных обстоятельств, вызвавших подозрения со стороны одной из волонтеров, Светланы Шерстобоевой. Она утверждает, что Светлана – организатор поисков и подруга пропавшей – "оттолкнула руку помощи" и не настроена на сотрудничество. Главные претензии Шерстобоевой касаются ошибок в поисковом баннере: неверное написание фамилии (Vladiko вместо Vladyko) и безграмотно составленный текст. Эти, казалось бы, мелкие детали могут стать критическим препятствием для полицейских, которые, вбивая данные в базы, не смогут найти информацию об Эрике. "Темная история. Почему же Светик... не хочет, чтобы нашли подругу?" – задается вопросом Шерстобоева, добавляя, что местонахождение паспорта Нины также неизвестно.
Эта ситуация создала раскол в волонтерском сообществе. В защиту Светланы Артемовой (предположительно, та самая подруга) выступили другие пользователи, описывая ее как "самого отзывчивого, доброго, замечательного человека", проживающего в Таиланде более 20 лет и говорящего по-тайски. Они критикуют Шерстобоеву за излишний негатив, публикацию личных данных без разрешения и "ненависть" к тем, кому она якобы помогает.
На фоне этих внутренних конфликтов, исчезновение Эрики Владыко остается неразгаданной тайной. Судьба ее маленькой дочери, оказавшейся в чужой языковой среде, добавляет драматизма в эту и без того тяжелую историю. Вопросы остаются без ответов: что случилось с Эрикой, почему информация о ее поисках так противоречива, и действительно ли все стороны заинтересованы в ее скорейшем обнаружении?