- У каждой бабы есть срок годности! – заявил пьяный мужик, тыча пальцем в Киру.
- Загнул ты, брат! Моей Галине под пятьдесят, а фору даст любой молодухе.
- Я не спорю, бывают исключения, но очень редко. Посмотри вон на ту, - он снова указал на Киру, - Ночь на дворе, а она одна в автобусе куда-то едет. Если б был у неё муж, разве отпустил одну? Нет. А всё почему? А потому, что старая кляча никому не нужна.
Подвыпившие мужики заржали.
Кира поёжилась от страха, натянула на глаза капюшон и вжалась в сиденье. Их разделял только узкий проход, ей бы встать и пройти вперёд, но ноги предательски тряслись. Заступиться за неё некому. Автобус был пустой. Она и двое приятелей навеселе. И не удивительно, в такой поздний час все давно были дома. Если б не сковывающий её страх, то она, наверное, заревела бы.
Отвернувшись к окну, Кира прижалась к холодному запотевшему стеклу, отсчитывая минуты до своей остановки.
Кира запнулась на цифре шестьдесят семь, и автобус резко дёрнулся. С противным скрежетом двери открылись, пулей она сорвалась с места и выскочила в осеннюю ночь.
Не чувствуя пронизывающего ветра она побежала домой. Ноги как механические ходули преодолевали метр за метром, а ей казалось, что она стоит на месте. Дыхание сбилось, сердце бешено молотило в груди, поднимая пульс до критической отметки. Она не остановилась, и только когда впереди показалась знакомая дверь, стала как вкопанная и согнувшись резко выдохнула.
Лучше бы она не останавливалась, ноги налились и стали тяжёлыми как пудовые гири. Ей потребовались все её силы, чтобы дойти до подъезда, а когда она поднималась на третий этаж, слёзы вдруг брызнули из глаз. Так обидно и жалко стало себя.
Дом спал, никто не слышал её, никто не видел, как опустившись на грязную ступеньку, она рыдала от отчаяния и собственного бессилия. И только когда слёз не стало, а из груди вырывались глухие звуки, Кира смогла подняться. Осторожно на цыпочках она зашла в тёмный коридор. И тут же услышала, – Кииииирааааа,ааа….
- Мамочка, - скинув на пол пуховик, она бросилась в маленькую комнату.
В свете ночника можно было разглядеть старую кровать, маленький столик, заставленный пузырьками и таблетками, инвалидное кресло с перемотанными синей изолентой подлокотниками.
- Мамочка, ты почему не спишь? - Кира включила светильник над изголовьем кровати, - Я уже дома, всё хорошо. Просто задержали на работе.
Пожилая женщина с абсолютно седыми короткими волосами, протянула руку к её щеке, вложив в неё все силы, на которые только была способна, погладила дочь. Немой вопрос застыл на её лице.
- Со мной всё в порядке. Просто устала что-то.
И снова нежное прикосновение матери.
- Давай спать. Я очень устала.
Подоткнув одеяло, Кира склонилась над матерью и, задержавшись на ней взглядом, выключила свет.
- Господи, неужели это никогда не кончится? – беззвучно шевельнулись её губы, - Сначала муж с дочкой погибли в аварии, потом инсульт у мамы, что ещё? Что я сделала тебе такого, что ты так жестоко обошёлся со мной???
На ум пришли слова мужика из автобуса. Вглядываясь в своё отражение в маленькое зеркало в ванной, она находила всё больше и больше морщин, чёрные круги под глазами –результат недосыпа и постоянной усталости, редеющие волосы с седой полоской у корней, - она давно не красилась, обвисшие щёки, бескровные губы с двумя бороздами по краям, сползающие вниз, выцветшие серые глаза.
- Наверное, истёк срок моей годности, ну да ладно…
Она встала под душ и долго не двигалась под горячими струями.
Сквозь шум воды к ней вдруг прорвался какой-то звук. Резким движением Кира закрыла кран, прислушалась. Звук явно шёл из кухни. С замиранием сердца она вышла в коридор и под стук своего сердца заглянула на кухню.
Холодный ветер врывался в открытое настежь окно, рискуя сорвать коротенькие занавески.
- Кто здесь? –выкрикнула Кира и испугалась звука собственного голоса, - Кто здесь???
Как будто ей в ответ протяжно завыл ветер.
Кира оцепенела. Страшные догадки ворвались в голову.
В квартире кроме неё и мамы кто-то был. Но кто и зачем???
Продолжение следует…