Какой же восхитительный спектакль разворачивается на наших глазах! Дама средних лет или чуть больше чем средних лет торжественно именует себя «Императрицей Всероссийской Марией I», водружает на голову кокошник из соболя и с важным видом рассуждает о судьбах несуществующей уже более века империи.
Не правда ли, картина маслом? Причем маслом весьма густым.
Героиня нашей истории Мария Владимировна Романова (или все-таки Гогенцоллерн? — об этом чуть позже), которая с завидным упорством борется за внимание публики, объявляя себя главой «Российского Императорского Дома». Дама явно не страдает от излишней скромности, что впрочем, можно понять , в наше время тихих не слышно, а уж претендентов на давно упраздненные престолы и подавно.
Но позвольте, дорогие читатели, давайте-ка разберемся в этой генеалогической головоломке поподробнее. Наша героиня состояла в браке с прусским принцем Францем Вильгельмом Виктором Кристофом Стефаном Гогенцоллерном.
Имечко, надо сказать, впечатляющее и видимо родители не могли определиться с выбором и решили взять всё и сразу.
Но вот незадача: их сын почему-то носит фамилию Романов, а не Гогенцоллерн.
Не кажется ли вам это странным?
Ведь по логике вещей, ребенок должен носить фамилию отца. Получается интересная арифметика: Романова плюс Гогенцоллерн равняется... снова Романов? Математика, прямо скажем, своеобразная. Хотя, справедливости ради, в российской истории подобные фокусы уже случались , вспомнить хотя бы герцога Карла Петера Ульриха Голштейн-Готторпского, ставшего императором Петром III. Видимо, традиция такая приехать в Россию под одной фамилией, а править под другой.
А теперь — внимание! самое интересное.
Провозглашая себя «де-юре Императрицей», Мария Владимировна лихо попирает основные законы престолонаследия Российской империи, установленные еще Павлом I и дополненные Александром III. И дело не только в том, что императором по этим законам мог стать исключительно представитель сильного пола. Хотя уже одно это обстоятельство ставит жирную точку в претензиях нашей героини.
Но подождите, это еще не всё!
Мария Владимировна рождена в морганатическом браке, что по имперским законам автоматически исключало возможность наследования престола.
Её мать, Леонида Георгиевна Багратион-Мухранская (кстати, род тоже не совсем равный Романовым), до брака с великим князем Владимиром Кирилловичем уже была замужем за американцем Самнером Мур Кёрби. Видимо, демократические ценности привлекали даже тогда.
Семейная история становится еще пикантнее, если покопаться в прошлом.
Дедушка Марии Владимировны, великий князь Кирилл Владимирович, тоже отличился на любовном фронте, женившись на двоюродной сестре Виктории Мелите. Православная церковь такие браки категорически не одобряла, Николай II разгневался, и дедушке пришлось временно покинуть Россию. Правда, потом царь его простил, но осадочек, как говорится, остался.
Получается забавная картина: и дедушка, и отец нашей «императрицы» систематически нарушали законы Российской империи, что напрочь закрывало им дорогу к трону. А внучка теперь пытается собрать осколки разбитых династических мечтаний и склеить из них корону.
Но знаете, что больше всего поражает в этой истории? Не сами претензии — их можно понять, в конце концов, каждый имеет право на мечту, а способ их предъявления. Можно ведь было делать это как-то более деликатно, что ли.
С полутонами, намеками, изящными недомолвками. Но нет! Соболиный кокошник на голову — и вперед, как танк по Тверской!
Хотя, с другой стороны, времена нынче такие, что тонкость и деликатность мало кто оценит. Публике подавай яркое шоу, громкие заявления и побольше блеска. И в этом смысле наша героиня абсолютно в тренде. Зачем скромничать, когда можно заявить о себе во всю мощь легких?
В итоге мы имеем удивительную историю о том, как желание блистать на исторической сцене может заставить человека забыть о таких мелочах, как законность собственных притязаний. Ведь что такое какие-то там династические законы по сравнению с горячим желанием носить корону?