– Дом построен на мои деньги, так что собирай вещи! – Надежда Петровна стояла посреди кухни, уперев руки в бока. Её тонкие губы были сжаты в нитку, а глаза метали молнии.
Ирина замерла с чашкой в руках. Горячий чай обжег пальцы, но она даже не почувствовала боли. Женщина медленно поставила чашку на стол и подняла взгляд на свекровь.
– Что вы такое говорите, Надежда Петровна? – её голос дрогнул, но она справилась с собой. – Мы с Сергеем живем здесь уже семь лет.
– И что с того? – отрезала свекровь. – Деньги на этот дом дала я. Мои сбережения, моя пенсия, моя квартира, которую я продала. А сейчас я хочу, чтобы ты ушла.
Ирина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Дом был двухэтажным, просторным, с большим участком на окраине города. Они с Сергеем переехали сюда сразу после свадьбы. Ирина помнила, как красила стены в спальне, как сажала цветы во дворе, как расставляла книги на полках в гостиной.
– Вы не можете просто взять и выгнать меня, – Ирина покачала головой. – Где Сергей? Мне нужно с ним поговорить.
– Сережа уехал к Виктору на дачу, – ответила Надежда Петровна, отводя взгляд. – Вернется к вечеру. Но это ничего не меняет. Я уже все решила.
Ирина посмотрела на часы – было только одиннадцать утра. У неё было время подумать, собраться с мыслями. Она встала из-за стола.
– Я пойду в спальню, – сказала она тихо. – Мне нужно побыть одной.
Надежда Петровна не ответила, лишь кивнула и отвернулась к окну. Её плечи были напряжены, спина прямая, словно палка. Ирина вдруг вспомнила, как та обнимала её на свадьбе, как помогала с ремонтом, как учила печь пироги с яблоками. Что же произошло?
В спальне Ирина опустилась на кровать и закрыла лицо руками. Они с Сергеем были вместе десять лет, из них семь в браке. Детей у них не было – сначала хотели пожить для себя, потом никак не получалось. Последние два года Ирина ходила по врачам, глотала гормоны, делала уколы. Свекровь поддерживала, возила её на процедуры, когда Сергей был в командировках.
Телефон на тумбочке завибрировал. Сообщение от мужа: «Буду поздно, не жди меня к ужину». Ирина хотела позвонить ему, рассказать о произошедшем, но что-то остановило её. Она чувствовала, что Сергей знает о планах матери. Почему именно сегодня он уехал так рано и вернется так поздно?
В дверь постучали. Ирина вытерла слезы и выпрямилась.
– Войдите.
На пороге стояла Надежда Петровна. Её лицо было уже не таким решительным, как на кухне. Она держала в руках старую коробку из-под обуви.
– Я принесла кое-что, – свекровь протянула коробку Ирине. – Посмотри.
Ирина открыла крышку. Внутри лежали документы: договор купли-продажи дома, банковские выписки, расписки. На всех бумагах стояло имя Надежды Петровны.
– Видишь? – сказала свекровь. – Дом оформлен на меня. Сергей не вложил ни копейки. Ты тоже.
Ирина листала документы, пытаясь понять. Все эти годы она думала, что они с мужем выплачивают ипотеку. Каждый месяц Сергей откладывал деньги, говорил, что это на дом. Ирина отдавала половину своей зарплаты, экономила на одежде, отказывала себе в мелких радостях.
– Но мы с Сергеем... мы же платили, – Ирина подняла глаза на свекровь. – Я отдавала деньги каждый месяц.
Надежда Петровна поджала губы.
– Не знаю, куда шли твои деньги. Может, Сережа копил на машину или на отпуск. Дом полностью оплачен мной.
Ирина почувствовала, как внутри всё сжимается от боли и обиды. Десять лет рядом с человеком, которого считала родным, а оказалось – чужой, совершенно чужой.
– Почему сейчас? – спросила она. – Почему вы решили выгнать меня именно сейчас?
Надежда Петровна отвела взгляд. В её глазах мелькнуло что-то похожее на вину.
– У Сережи появилась другая женщина, – сказала она тихо. – Он хочет развестись с тобой. Я подумала, что лучше сказать тебе сразу, не тянуть кота за хвост.
Ирина сидела, не шевелясь. Слова свекрови звучали где-то далеко, словно из-под воды. Другая женщина. Развод. Выселение из дома. Как такое возможно? Ещё вчера вечером они с Сергеем ужинали вместе, смотрели фильм, обсуждали планы на выходные.
– Кто она? – спросила Ирина.
– Маргарита Кравцова, – ответила Надежда Петровна. – Сережа познакомился с ней на работе. Она юрист, красивая, умная. И у неё будет ребенок. От Сережи.
Каждое слово било как пощечина. Ирина почувствовала тошноту. Она встала и прошла к окну, глотая свежий воздух. За окном был сад, который она так любила. Яблони, посаженные три года назад, только начали плодоносить. Розы, за которыми она ухаживала с такой любовью, расцвели пышным цветом.
– У неё будет ребенок, – повторила Ирина. – А у меня никогда не получалось.
Надежда Петровна вздохнула.
– Я думала, что ты станешь матерью моим внукам, – сказала она. – Но годы шли, а детей не было. Сережа хочет семью, настоящую семью. Ты же понимаешь?
Ирина резко повернулась к свекрови.
– Нет, не понимаю! – её голос дрожал от ярости. – Я ходила по врачам, пила лекарства, делала все, что могла! А Сергей? Он хоть раз сдал анализы? Хоть раз пошел к врачу? Нет! Он считал, что проблема во мне!
Надежда Петровна отступила на шаг, испуганная внезапной вспышкой невестки.
– Ирочка, успокойся...
– Не смейте называть меня Ирочкой! – закричала Ирина. – Семь лет я была вам дочерью! Семь лет я готовила, убирала, ухаживала за этим домом! А теперь вы выбрасываете меня, как ненужную вещь!
Она схватила фотографию в рамке, стоявшую на комоде – они с Сергеем в день свадьбы, счастливые, улыбающиеся. Хотела разбить её о стену, но в последний момент просто положила лицом вниз.
– Я соберу вещи, – сказала Ирина уже спокойнее. – Ухожу сегодня же. Не хочу видеть ни вас, ни Сергея.
Надежда Петровна молча кивнула и вышла из комнаты. Ирина достала из шкафа чемодан и начала складывать одежду. Руки двигались механически, а в голове была пустота. Она не плакала – слез просто не осталось.
Когда с вещами было покончено, Ирина спустилась на кухню. Надежда Петровна сидела за столом, перебирая какие-то бумаги. Увидев невестку с чемоданом, она встала.
– Я вызвала тебе такси, – сказала свекровь. – Приедет через пятнадцать минут.
Ирина кивнула. Смотреть на Надежду Петровну не хотелось. Семь лет рядом с этой женщиной, семь лет пытаться стать для неё родной. И всё впустую.
– У тебя есть куда пойти? – спросила вдруг Надежда Петровна.
– Есть, – солгала Ирина. Её родители жили в другом городе, а подруги... За годы брака она растеряла почти всех подруг. Сергей не любил, когда она куда-то ходила без него.
– Вот, – Надежда Петровна протянула конверт. – Тут деньги. Немного, но на первое время хватит.
Ирина посмотрела на конверт, но не взяла его.
– Оставьте себе. Или отдайте Маргарите на коляску для ребенка.
Входная дверь распахнулась, и на пороге появился Сергей. Он замер, увидев жену с чемоданом.
– Ира? Ты куда-то собралась?
Ирина молча смотрела на мужа. Высокий, красивый, с легкой сединой на висках. Когда-то она любила запускать пальцы в его волосы, любила целовать морщинки в уголках глаз. Сейчас она не чувствовала ничего, кроме пустоты.
– Твоя мама всё рассказала, – ответила Ирина. – Про Маргариту, про ребенка, про то, что дом принадлежит ей. Я ухожу.
Сергей побледнел и бросил взгляд на мать.
– Мам, мы же договорились...
– О чем? – перебила его Ирина. – О том, что ты трусливо сбежишь, а грязную работу сделает твоя мама? Что ж, у вас почти получилось.
Сергей шагнул к ней, протянул руку.
– Ира, давай поговорим. Я всё объясню.
Ирина отшатнулась от него, как от прокаженного.
– Не трогай меня. Мне противно.
Надежда Петровна встала между ними.
– Сережа, не надо. Пусть уходит. Так будет лучше для всех.
Сергей смотрел то на мать, то на жену, не зная, что делать. В этот момент телефон Ирины завибрировал – приехало такси.
– Прощайте, – сказала она, направляясь к выходу.
– Ира, стой! – Сергей схватил её за руку. – Давай всё обсудим, как взрослые люди. Я не хотел, чтобы ты узнала всё вот так.
Ирина высвободила руку.
– А как ты хотел? За праздничным ужином? Или прислал бы уведомление по почте? – она горько усмехнулась. – Знаешь, я даже рада, что всё вышло именно так. По крайней мере, я увидела твое истинное лицо. И лицо твоей матери.
Надежда Петровна вздрогнула, словно от удара.
– Не смей так говорить! Я всегда хорошо к тебе относилась!
– Да неужели? – Ирина повернулась к свекрови. – Вы выгоняете меня из дома, забираете всё, что у меня было, и еще хотите, чтобы я была благодарна?
– Ты ничего не потеряла, – возразила Надежда Петровна. – Дом никогда не был твоим. И Сережа... он заслуживает счастья.
Ирина покачала головой.
– А я? Я не заслуживаю?
В наступившей тишине было слышно, как тикают часы на стене. Сергей опустил глаза, не в силах выдержать взгляд жены. Надежда Петровна сжала губы в тонкую линию.
– Все мы делаем выбор, – сказала она наконец. – Сережа сделал свой.
Ирина посмотрела на мужа, ожидая, что он скажет хоть что-то в её защиту. Но Сергей молчал, опустив голову, как нашкодивший школьник.
– Прощай, Сергей, – сказала Ирина и вышла из дома, не оглядываясь.
Таксист помог ей погрузить чемодан в багажник.
– Куда едем? – спросил он, открывая дверь.
Ирина замешкалась. Она не знала, куда ей ехать. Родители далеко, подруг нет, денег на гостиницу – только на пару дней.
– В гостиницу "Заря", – решила она наконец. – Это на проспекте Ленина.
Таксист кивнул и завел мотор. Ирина смотрела в окно на удаляющийся дом, на сад, на клумбы с цветами. Семь лет жизни оставались позади.
В гостинице Ирина сняла номер на три дня – больше не могла себе позволить. Поднялась в маленькую комнатку с видом на стену соседнего здания, бросила чемодан на пол и рухнула на кровать. Только сейчас, в одиночестве, она позволила себе заплакать.
Телефон звонил несколько раз – Сергей. Ирина не отвечала. Что она могла ему сказать? Что простила? Нет. Что ненавидит? Тоже нет. Она чувствовала только бесконечную усталость и пустоту.
Вечером в дверь постучали. Ирина открыла – на пороге стояла администратор.
– К вам посетитель, – сказала она. – Мужчина. Говорит, что ваш муж.
Ирина покачала головой.
– Я не хочу его видеть. Скажите, что меня нет.
Администратор с пониманием кивнула и ушла. Через полчаса в дверь снова постучали. На этот раз за ней стояла пожилая женщина с седыми волосами, собранными в пучок.
– Ирина Андреевна? – спросила она. – Я Вера Николаевна, мать Надежды Петровны. Можно войти?
Ирина в изумлении отступила, пропуская старушку. Она никогда раньше не видела мать свекрови – та жила в деревне и в город приезжала редко.
– Простите за вторжение, – сказала Вера Николаевна, присаживаясь на стул. – Надя позвонила мне, рассказала всё. Я сразу приехала.
Ирина молчала, не зная, что сказать. Зачем эта женщина пришла? Убедиться, что бывшая невестка действительно ушла?
– Я принесла вам кое-что, – Вера Николаевна достала из сумки пачку документов. – Это бумаги на дом. Надя купила его не на свои деньги, а на мои. Я продала квартиру в центре, которая досталась мне от родителей. Деньги отдала дочери на покупку дома для вас с Сергеем.
Ирина непонимающе смотрела на старушку.
– Но зачем вы мне это рассказываете?
Вера Николаевна вздохнула.
– Потому что дом, по сути, мой. И я не позволю выгнать вас из него. Надя обманула меня, сказала, что вы сами хотите уйти. А потом соседка позвонила, рассказала, что видела вас с чемоданом. Я сразу всё поняла.
Ирина покачала головой.
– Это не имеет значения. Сергей всё равно хочет развестись. У него другая женщина, она ждет ребенка.
Вера Николаевна поджала губы, совсем как её дочь.
– Это Надя всё устроила. Нашла эту Маргариту, познакомила с Сережей. Она всегда была против вашего брака, считала, что вы не пара. А когда детей не было, совсем озлобилась. Всё думала, что невестка не может дать внуков.
Ирина слушала, и внутри всё холодело. Неужели Надежда Петровна спланировала всё заранее? Нашла другую женщину для сына, настроила его против жены?
– Сергей знал? – спросила она тихо.
Вера Николаевна пожала плечами.
– Кто его знает. Надя умеет убеждать. Наверное, внушила ему, что так будет лучше для всех.
Ирина подошла к окну. В стекле отражалось её лицо – бледное, с покрасневшими от слез глазами.
– Что вы предлагаете? – спросила она, не оборачиваясь.
– Вернитесь в дом, – сказала Вера Николаевна. – Я поговорю с Надей. Она не посмеет вас выгнать, когда узнает, что я на вашей стороне.
Ирина покачала головой.
– Нет. Я не вернусь. Не могу жить с человеком, который так поступил со мной.
Вера Николаевна понимающе кивнула.
– Тогда я помогу вам начать новую жизнь. У меня есть квартира в соседнем городе, небольшая, но чистая. Можете жить там, сколько захотите. А с Надей и Сережей я разберусь сама.
Ирина повернулась к старушке.
– Почему вы это делаете? Вы меня совсем не знаете.
Вера Николаевна улыбнулась грустно.
– Знаю. Надя столько о вас рассказывала, что я словно сама с вами жила. И я вижу, что вы хороший человек. Не заслуживаете такого обращения.
Они проговорили до поздней ночи. Вера Николаевна рассказала, как тяжело было растить Надю одной, как та выросла упрямой и властной. Как любила сына больше всего на свете и никого не считала достойным его любви.
Утром Ирина собрала вещи и вместе с Верой Николаевной поехала в соседний город. Новая квартира оказалась маленькой, но уютной. Из окна был виден парк с фонтаном.
– Располагайтесь, – сказала Вера Николаевна, отдавая ключи. – Я навещу вас через неделю. А пока отдохните, придите в себя.
Когда старушка ушла, Ирина села на диван и огляделась. Чужие стены, чужая мебель, чужая жизнь. Но впервые за долгое время она почувствовала что-то похожее на надежду. Может быть, всё будет хорошо? Может быть, она справится?
Телефон завибрировал – пришло сообщение от незнакомого номера: «Ирина, это Надежда Петровна. Мама всё рассказала. Простите меня, я была не права. Сергей тоже хочет поговорить с вами. Пожалуйста, позвоните».
Ирина удалила сообщение, не отвечая. Потом встала, подошла к окну и распахнула его настежь. В комнату ворвался свежий ветер, принося запах сирени из парка. Новый день, новая жизнь. Без Сергея, без Надежды Петровны, без их предательства и лжи.
«Дом построен на мои деньги, так что собирай вещи!» – вспомнила она слова свекрови. Что ж, она собрала. И ушла. Теперь осталось только научиться жить заново.