Сапоги стучали по брусчатке Везувианской улицы. В следующее мгновение он лежал на странном асфальте под мерцающими окнами высоток. Воздух звенел чуждыми звуками. Голову сдавило стуком пульса. "Рим", – прохрипел он, глядя на спешащих в парящие залы людей в серебре. Они не замечали его, как камень под ногами. Лишь детский возглас. Дрожащей ладонью он сдвинул шлем, глянул вверх. Там, где ждал стяг легиона, реяло беззвучное табло с рунами. У щербатых сапожных дыб пробивались два желтых одуванчика. Как долго длится вечность между ударами сердца.