Разгадка портрета: как собирательный образ превратился в изображение конкретного человека

Поводом для сомнений послужила статья автора этих строк «Об атрибуции одного портрета кисти В. А. Тропинина», опубликованная в 2021 году в сборнике научных трудов Санкт-Петербургской академии художеств имени Ильи Репина. На основании архивных материалов в статье было доказано, что картина «Старик-каменщик» — жанровый портрет, к Суханову отношения не имеющий. Музей В. А. Тропинина и московских художников его времени, в котором хранится картина, заинтересовался исследованием, признав представленные доводы убедительными.

Для тех, кому фамилия Суханова ни о чем не говорит, напомню: Самсон Суханов — подрядчик каменных работ, трудившийся в Петербурге в первой трети XIX века. Наряду с другими подрядчиками он участвовал в возведении петербургских зданий.

…Нечасто бывает, чтобы жанровый портрет, представляющий собирательный образ, превращался в изображение конкретного человека. Именно такая портретная мистификация и произошла с картиной В. А. Тропинина.

История ее «переименования» началась в 1968 году. Тогда в шестом номере журнала «Художник» появилась статья Т. Буевской «Новое об одном портрете». Ссылаясь на очерк издателя и журналиста П. П. Свиньина «Приключения Суханова, природного Русского Ваятеля» (1820), ее автор предположила, что на картине Тропинина изображен именно он. Хотя оговаривалось, что документальных подтверждений у гипотезы нет.

В дальнейшем первоначальное название «Старик-каменщик» исчезло, картина стала фигурировать как «Портрет Самсона Ксенофонтовича Суханова». Но и тогда специалисты понимали, что без архивных подтверждений говорить о достоверности атрибуции нельзя. В 1975 году в каталоге музея, составленном его первым директором Г. Д. Кропивницкой, указывалось, что идентификация картины выполнена по литературному источнику.

Тем временем «новый портрет» начал жить своей жизнью. Была сделана его копия для Красноборского музея Архангельской области на родине Суханова, выпущена посвященная ему медаль, появились многочисленные публикации портрета в искусствоведческих статьях, его не раз показывали на конференциях и презентациях.

Сегодня, спустя более чем пол­века, картина делает поворот к восстановлению истины. Вопросительный знак в названии — это первый шаг к возвращению прежнего имени. Оно, именно как «Старик-каменщик», известно с момента создания полотна. По всем признакам, это название авторское.

Между тем публикация Свиньина и связанная с ней атрибуция картины стали основой для мифологизации образа Суханова. На его фоне оказались как будто бы забыты имена многих «каменных дел мастеров», участвовавших в сооружении самых известных петербургских зданий.

Восстановление первоначального названия полотна — это и повод задуматься об увековечении памяти петербургских «каменных дел мастеров». Возможно, в виде установки посвященного им памятного знака — например, в Александровском саду или на Конногвардейском бульваре, в другом пространстве в центре города, камень ведь окружает нас всюду. На этом знаке можно указать их имена, а также здания и сооружения, в возведении которых они участвовали. Не исключено и создание «Сквера каменотесов» в Адмиралтейском или Центральном районах.

Читайте также:

Возрождённая святыня: история церкви Иоанна Предтечи на Малышевой горе

Особняк торговца «тряпьём»: скрытая жемчужина среди рядовой застройки Петербурга