Эта тема была обозначена в статье "Одна из самых загадочных статей по Теоретической истории... "Накопление истории". Величие Китая - пустой звук!", опубликованной на этом же Дзен-канале: https://dzen.ru/a/aFYGRidLCSkhvV_b
О чём идет речь?
История - это целенаправленный процесс! Если нет цели, нет направления, то, стало быть, НЕТ И ИСТОРИИ!
Империя - это форсированное развитие государственной идеи, ибо в Империи политика - дело элиты, лучших людей.
Запад - медленное эволюционное развитие, народ-политик, туговат, но надежен и планомерен.
Восток - никакое развитие государственной идеи, ибо политики-изгои не наследуют, и каждое новое политическое устройство - всегда случайность.
***
Никто толком не отреагировал на статью, также как никто не отреагировал на первичную статью "Накопление истории" (октябрь 2015). Меж тем содержание статьи сенсационно, революционно и во многом убийственно...
В тот момент, когда человечество примется строить Русский мир (Государствизм), наличие под боком гигантского государства (псевдогосударства?), не имеющего никакой государственной идеи, может стать грандиознейшей проблемой...
Если у Китая в его многовековой истории не было Имперских циклов, также как не было циклов Запада, то что?
Катастрофа вселенского масштаба, по сравнению с которой крах США - это семечки и требуха...
***
Какие варианты?
1. Имперский цикл в истории Китая всё же отыщется! Например, я преодолею инерцию мышления и найду Маньчжурский цикл - (1617, Цин, Нурхаци и далее)
2. Оценю значимость для государственного китайского строительства посттоталитарного присутствия (Монгольская власть в Китае - Юань)
3. Оценю влияние на судьбу Востока наступающего 9-го возраста человечества
***
Но как бы там ни было, Китайская катастрофа неизбежна, хотя сценарий катастрофы пока не ясен.
Как дополнительная информация для размышления, статья размещенная в журнале "Теоретическая история"
НА КРУГИ СВОЯ
Евгений Торчинов
ТЕОРИЯ НЕБЕСНОГО МАНДАТА
Представления традиционной китайской историографии об историческом процессе были еще в древности выражены фразой: "Принцип чередования расцвета и упадка есть не что иное, как Веление Неба". Та же самая мысль другими словами выражена в первых фразах знаменитого романа Ло Гуаньчжуна (XIV в.) "Троецарствие": "Объединившись, Поднебесная распадается, а после распада вновь воссоединяется". Надо сказать, что здесь китайский исторический циклизм имел прочную эмпирическую основу. Действительно, как правило, после правления в течение 200-300 лет общекитайской династии следовал период "распадения великих сил Поднебесной" (иногда очень длительный, как в III-VI вв., иногда на несколько десятилетий, как в Х в.), после чего страна объединялась под властью новой императорской династии. Даже свержение монархии в Китае в 1911 г. привело к фактическому распаду страны на Север и Юг, причем Север оказался во власти соперничавших и воюющих друг с другом милитаристских группировок, и только в 1927 г. Гоминьдан окончательно установил контроль над всей территорией Китайской Республики.
Две концепции объясняли необходимость смены династий и распада-воссоединения империи – теория "тела династии" (о ней ниже) и конфуцианская концепция Небесного Мандата. Само происхождение термина "Небесный Мандат" связано с одним историческим, но мифологизированным событием древнекитайской истории – походом чжоуского правителя У-вана против своего сюзерена, царя государства Шан-Инь – Чжоу Синя (рубеж XII-XI вв. до н.э.). Чтобы объяснить нарушение принципа преданности и верности (вассал выступил против сюзерена), создали теорию, согласно которой Небо как высшая, но безличная сила Вселенной лишило Чжоу Синя – жестокого и коварного тирана и развратника – права на царствование (своего мандата или веления) и передало его добродетельному чжоускому У-вану. Но если первоначально это изменение воли Неба рассматривалось как единичный факт, маркирующий прасобытие истории чжоуского Китая, позднее конфуцианцы придали ему характер правила.
Впервые теория "изменения Небесного Мандата" была кратко сформулирована крупнейшим конфуцианцем древности Мэн-цзы, получившим в традиции почетный титул – "уступающий только совершенному мудрецу" (имеется в виду Конфуций). Беседуя с правителем одного из китайских царств, Мэн-цзы заявил, что "истинного монарха" нельзя свергнуть и тем более убить. Когда же удивленный правитель начал приводить ему исторические примеры, Мэн-цзы объяснил, что все названные им личности не были подлинными монархами. Они были узурпаторами, незаконно, то есть без санкции Неба, занимавшими престол – "ничтожными людишками", притворившимися царями. Поэтому, заключает Мэн-цзы, Небо может лишить недостойного государя своего мандата, права на царствование и заменить его другим, достойнейшим человеком в Поднебесной, к которому устремится народ, что и будет знаком благоволения к нему Неба (по хорошо известному в Европе принципу "vox populi – vox Dei" – "Глас народа – глас Божий"). Эта передача права на царствование и называется – "смена Мандата".
В течение достаточно длительного времени после Мэн-цзы теория смены Мандата оставалась на относительной периферии политической и исторической мысли, однако во время узурпации государственной власти Ван Маном (7-25 н.э.) она была востребована и с тех пор уже всегда оставалась в центре внимания. Использовалась эта доктрина прежде всего для легитимации прихода к власти новой династии и в качестве основной и опорной идеи официальных династийных историй, авторы которых должны были показать, как постепенно вырождается правящий дом предыдущей династии, теряя Мандат Неба, по заслугам переходящий к "совершенномудрому" основателю новой династии.
ДИНАСТИЙНЫЙ ЦИКЛ И ТЕЛО ДИНАСТИИ
Династийный цикл, по китайским представлениям, подчинялся некоторым закономерностям. Предполагалось, что основателем династии (а следовательно, и обладателем Мандата Неба) мог быть только совершенный мудрец, наделенный всеми мыслимыми добродетелями (соответственно, все династийные истории идеализировали образ основателя). В течение многих поколений его предки занимались стяжанием благой силы-Дэ, некоей маны, благой энергии Неба и Земли, пестующей все сущее. Личность основателя – носитель огромного количества этой маны, что, собственно, и наделяет его возможностью стать обладателем Мандата Неба. Вступив на престол, основатель начинал испускать свою ману-Дэ во все четыре стороны света, выполняя таким образом функцию упорядочивающего Вселенную миродержавного монарха. Одновременно своим запасом маны (силы-Дэ) император-основатель формировал "тело династии".
Мана-Дэ основателя династии формирует ее "тело": династия правит Поднебесной, пока это тело существует, то есть пока династия продолжает обладать маной. А это зависит от поведения преемников основателя, которые добродетельным правлением могут приумножать Дэ, могут поддерживать баланс благой силы, а могут тратить, "проедать" ее, если их поведение недостойно их сана. Таких в конце концов оказывается большинство, в результате мана истощается и последний представитель династии лишается Небесного Мандата – его получает за свои добродетели основатель новой династии. Если такого на данный момент не имеется, "великие силы Поднебесной" распадаются и единая империя заменяется периодом раздробленности на более или менее длительный срок. Авторы династийных историй даже будут заниматься подсчетами, сколько "хороших", "нейтральных" и "плохих" императоров было в предыдущей династии. Такова общая схема цикла. Но ее модель у китайских историографов на самом деле была более сложной. В частности, они ввели в свои историософские построения понятие – "возрождение в середине".
"Возрождение в середине" – это как бы обновление Небесного Мандата, которое может иметь место в период крайнего упадка правления благодаря героическим усилиям по умножению маны-Дэ добродетельным правителем, вступившим на престол. В результате происходит стабилизация династии и продление срока нахождения ее у власти. Интересно, что эта теория основывалась на исторических фактах преодоления династийного кризиса. Такие "возрождения в середине" имели место:
В 27 г. н.э., когда после узурпации власти Ван Маном произошла реставрация династии Хань (Поздняя, или Восточная, Хань, 27-220).
В 755-756 гг., когда танским императорам удалось подавить мятеж полководца Ань Лу-шаня и стабилизировать погружавшуюся в хаос империю, продержавшуюся до 907 г.
В 1127 г., когда благодаря бегству на юг династия Сун сохранила свою власть над Южным Китаем до монгольского завоевания 1279 г. (север был завоеван чжурчжэнями).
В 1861-1875 гг., когда в правление малолетнего императора Тун-чжи Китай смог оправиться от ударов, нанесенных ему Второй Опиумной войной, и от англо-французской оккупации Пекина, а также от последствий охватившей в то же время юг страны крестьянской войны тайпинов; в это же время начинается медленный и противоречивый процесс модернизации и технического перевооружения Китая. Теория "возрождения в середине» придает геометрическому образу династийного цикла как бы некоторую "синусоидальность".
Надо отметить, что начало правления новой династии действительно почти всегда было отмечено экономическим подъемом и расцветом; обычно это можно объяснить эффектом объединения страны и прекращением всевозможных смут и междоусобиц, положивших конец правлению предыдущей династии. Кроме того, политические реформы, проводившиеся новой династией, всегда способствовали повышению эффективности деятельности государственного аппарата и искоренению таких зол конца династийного цикла, как коррупция и произвол чиновников на местах.
ИСТОРИЯ КАК РЕГРЕСС. ИСТОРИОСОФСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ШАО ЮНА
Наряду с концепцией династийных циклов существовала и еще одна, более древняя, модель описания исторического процесса, продолжавшая и позднее сосуществовать с циклической моделью. Эту древнюю модель можно назвать линейно-регрессивной.
Хорошо известно, что большинство китайских философских учений (прежде всего конфуцианство и даосизм) относили эпоху золотого века в некую глубокую древность или прадревность. Но если для даосов это была еще догосударственная эпоха простоты и жизни в полном единении с природой, то для конфуцианцев это было квазиисторическое время правления совершенномудрых государей Яо, Шуня и Юя (последний считается основателем династии Ся, которую современная китайская наука признает исторической – от рубежа III-II тыс. до н.э. до середины II тыс. до н.э.). Близки к стандартам этих совершенномудрых государей и такие идеализированные конфуцианством исторические личности, как чжоуские У-ван и его сын Вэнь-ван (XII-XI вв. до н.э.). Позднее мир постепенно погрузился в смуту и государи утратили понимание великого Дао-Пути совершенномудрых монархов древности. Знатоками этого Дао и считали себя конфуцианцы.
В главе "Ли юнь" конфуцианского канонического текста "Записи о ритуале" описывается порядок деградации человечества: от эпохи Великого Единения люди перешли к эпохе Великого Процветания, затем – Малого Процветания, после чего настало время смуты. Конфуцианские реформаторы – либералы конца XIX в. (прежде всего Кан Ювэй) использовали это учение в рамках новой прогрессистской модели: в результате реформ, говорили они, человечество сможет пройти те же этапы в обратном порядке и вернуться к состоянию Великого Единения (Кан Ювэй считал, что современные ему Европа и Америка уже вступили в эпоху Малого, а то и Великого, Процветания). Но классическое конфуцианство смотрело на такую перспективу достаточно пессимистически. Добавим, что известный историк китайской науки и цивилизации Дж.Нидэм видел в регрессивной модели зачаток представления о линейности времени. Но в любом случае в имперскую эпоху данная регрессивная модель оказалась вписана в циклическую. И самым ярким представителем этого синтеза двух историософских моделей стал сунский конфуцианский мыслитель Шао Юн, оказавший мощное влияние на формирование неоконфуцианской философии.
...Основные этапы "космического года" были соотнесены неоконфуцианцами с сезонами, также обозначенными терминами "И цзина" – юань – начало, хэн – расцвет, ли – польза и чжэн – добродетель. Первый соответствует весне (от формирования мира до появления всех живых существ), а последний, естественно, зиме (пустота, предшествующая формированию нового универсума), за которой следует новая "весна" и, соответственно, новый космический цикл. Этим циклам не было начала и не будет конца.
...двенадцать этих отрезков соответствуют месяцам года. ...Период расцвета и мира в целом, и человечества приходится здесь на шестой, центральный, отрезок, соответствующий, по Шао Юну, периоду правления совершенномудрых государей древности до появления первых династических государств, когда престол передавался не сыну-наследнику, а самому достойному человеку в Поднебесной. Вся последующая известная Шао Юну история человечества (плюс значительный отрезок последующей, включая, по его расчетам, и нашу современность) относится философом к следующему, седьмому, "месяцу" и рассматривается как начало упадка мира и человечества, причем этот упадок прогрессирует (вспомним шутку Вл. Соловьева о "прогрессивности" прогрессивного паралича). За всю историю человечества, утверждает Шао Юн, сменилось четыре ухудшающихся типа правления: правление августейших, владык, царей и гегемонов-тиранов. Каждый из этих типов правления соотносится Шао Юном с одним из сезонов (правление августейших – весна, правление гегемонов – зима).
Правление августейших и владык относится Шао Юном к мифической древности, правление царей – к династиям Ся (полулегендарная династия), Шан-Инь (до начала XI в. до н.э.) и Чжоу (точнее, Западное Чжоу). С упадка государства Чжоу и до эпохи самого Шао Юна (т.е. с VIII-VI вв. до н.э. до XI в. н.э.), как он считал, установилось правление гегемонов-тиранов. При этом династия Хань едва не достигла уровня "правления царей", остальные же династии ей значительно уступали.
Типы правления отличаются друг от друга, считает Шао Юн, средствами, которыми данное правление пользовалось. Так, августейшие правили посредством Дао-Пути, оказывая преображающее влияние на народ. Владыки управляли посредством благой силы дэ и наставляли народ. Цари посредством подвигов упорядочивали Поднебесную и властвовали над народом. И наконец, гегемоны вели народ, применяя силу, ввергая его в войны из-за своей выгоды. Таким образом, практически вся реальная история Китая оценивается Шао Юном крайне пессимистически как царство насилия и борьбы за выгоду, причем исключение им не делается даже для царствовавшей в его время династии Сун.
Таким образом, можно сказать, что модель Шао Юна совместила в себе представление о цикличности времени с представлением о постепенном развитии, расцвете и последующей деградации общества, сняв таким образом наличествовавшее в китайской культуре противоречие между представлением о временных циклах и концепцией постепенной деградации общества после утраты Дао-Пути золотого века древности.
***
Вот и подумайте, какое может быть НАКОПЛЕНИЕ ИСТОРИИ в таком государстве?