( продолжение, начало в статье « Оазис счастья и процветания»)
В самом начале нашей эры Куча, небольшое королевство, оазис, расположенный на кусочке плодородной почвы, вдоль «Шелкового пути», со всех сторон окруженный непроходимыми горами и мертвой пустыней, стало сияющей звездой восходящей буддийской веры.
Представьте только, в этой стране, где жило около 80 тысяч жителей, было более ста буддистских монастырей с более чем 5000 монахов, и около тысячи буддийских ступ и храмов!
Храмы и ступы Кучи были богато украшены золотом и сияли на солнце. Золотое сияние это издалека было видно восхищенному путнику, входящему в этот оазис веры и благоденствия. Сам королевский дворец , по свидетельству современников, напоминал буддийский монастырь с резными каменными статуями Будды.
При входе в главный город королевства, у западных ворот, справа и слева от дороги также стояли две гигантские статуи Будды. Во время своего путешествия в Кучу в 630 году н. э. знаменитый китайский паломник Сюаньцзан писал:
«Столица имеет в окружности около семнадцати или восемнадцати ли. По обеим сторонам дороги за западными воротами столицы стоят две статуи Будды высотой более девяноста футов. Именно в этом месте перед статуями проводятся большие собрания, которые проходят раз в пять лет.
. Буддизм появился в Куче еще до конца I века н.э, однако только в IV веке это царство стало крупным религиозным центром. Куча оставалась важным буддийским центром с античных времён до позднего Средневековья.
Монастыри и храмы Кучи стали значимыми учебными и переводческими заведениями.
Дело в том , что соседний Китай был крайне увлечен новой верой. Его правители не останавливались ни перед чем, чтобы заиметь себе ко двору опытных буддийских монахов. Особо ценились, конечно, те, кто способен был озвучить новую веру на китайском. Требовались особые специалисты для перевода огромной массы буддийских текстов . Куча взрастила удивительных ученых-монахов, способных трактовать буддизм, как на санскрите, родном тохарском, так и на китайском языке. Задача не простая!
Самым известным переводчиком буддистских текстов стал уроженец Кучи Кумараджива .
Его отцом был индийский монах по имени Кумараяна из Кашмира.
Однажды Кумараяна решил отправиться в Китай, чтобы распространять там буддийское учение. Пересекая Памирские горы, он остановился в Куче, где его пригласил погостить сам царь. Идеи Кумараяны настолько впечатлили царя Кучи, что он предложил ему жениться на его младшей сестре Дживе, кучинской принцессе и ревностной буддистке. Когда их сыну Кумарадживе было десять лет, его мать ушла в монастырь. Подростя, Кумараджива стал известным ученым и просветителем.
Много лет заложником проведя в китайском плену, он произвёл революцию в китайском буддизме, его стиль перевода известен своей ясностью, самобытностью и плавностью которые отражали его стремление передать смысл, а не дословно перевести текст. Из-за этого его интерпретации основополагающих текстов Махаяны часто оказывались более популярными, чем более поздние и дословные переводы. Кумараджива имел более трех тысяч учеников. С помощью 800 учеников он перевёл на китайский язык 35 буддийских текстов, в том числе основополагающие памятники махаяны.
По словам китайских последователей, переводы Кумарадживы «не имеют себе равных ни с точки зрения техники перевода, ни с точки зрения степени достоверности».
Так маленькая Куча заложила крепкую основу буддизма в Китайской империи.
Неподалеку от королевства Куча, в горах был расположен большой буддистский пещерный комплекс с удивительными фресками. Это так называемые Кизильские пещеры или пещеры тысячи Будд
Здесь насчитывается 236 пещерных храмов, высеченных в скале с востока на запад на протяжении двух километров. К сожалению, большинство настенных изображений было уничтожено европейскими экспедициями в начале ХХ века и растаскано по музеям Германии, США, Кореи и Японии.
Трудно представить себе, как увлеченность жителей Кучи буддизмом сочеталась с их любовью ко всякого рода удовольствиям и развлечениям. Даже на фресках в буддийских пещерах можно увидеть выступления кучинских музыкантов и танцоров. Особый стиль кучинской музыки был очень популярен на всем протяжении "Шелкового пути".
Сюаньцзан, китайский буддийский монах, учёный, философ, путешественник и переводчик писал: "Прекрасные дамы и благодетельницы Кызыла и Кумтуры в своих корсажах с обтягивающей талией и пышных юбках напоминают - несмотря на буддийскую тематику, — что на всех остановках вдоль Шелкового пути, во всех богатых караванных городах Тарима Куча была известна как город удовольствий, и что до самого Китая мужчины говорили о его музыкантах, танцовщицах и куртизанках".
В окончание рассказа про королевство Куча зададим вопрос:
По свидетельству путешественников, останавливающихся в Куче, "на северо-западе в горах был источник, из которого вытекала густая белая жидкость с неприятным запахом. Местные жители использовали её для предотвращения выпадения волос и зубов, в также лечения кровавого поноса".
Возможно, кто-то знает, о чем здесь может идти речь?