Здравствуйте, милые!
Спешим поделиться с вами радостью - Павловопосадская мануфактура выпустила шерстяной платок "Юбилейный". Что же расскажет нам новинка?
Узор платка Юбилейный создан в 70-х годах прошлого века художником Екатериной Петровной Регуновой.
Екатерина Петровна Регунова родилась в 1926 г. в Павловском Посаде. В 1945 г. окончила Ивановский химико-технологический техникум, поступила работать на фабрику им. 10-летия Красной Армии. Член Союза художников СССР, заслуженный художник России, лауреат Государственной премии им. Репина, автор более 900 рисунков платков и тканей.
Екатерина Петровна создавала узоры платков вдохновенно и страстно, она привнесла в школу павловопосадского платка, особенное - регуновское звучание. Она неустанно искала и экспериментировала, не боялась ошибиться, писала и переделывала почти законченные рисунки. Свой трудовой путь Е.П. Регунова начала в тамбурно-вышивальном цехе. Ей тогда поручили делать рисунки для вышивок. Первый свой платок - маки и ромашки - характеризовала как написанный неуверенной рукой, несовершенный. Много времени прошло, когда она создала свои знаменитые шали. "Моя художественная биография - в моих платках", - говорила Екатерина Петровна. Она считала розовый цвет главным в павловопосадских платках. Она утверждала, что нужно оставаться верным традициям, не изменять им, а также самому себе.
Мы выбрали платок Юбилейный в размере 148 и колорите 6.
Восхитительное произведение мастера Е.П. Регуновой в оптимистичных оттенках красного. Красный цвет - это связующее звено в традициях русского костюма. Он всегда был любимым и считался праздничным. Именно красный впервые научились изготавливать, разделять на оттенки, сначала в живописи, затем в красильном деле. Красный - красивый, дорогой, почетный. Одежда красного цвета с древнейших времен показывала принадлежность состоятельных лиц и духовенства, и не только в России. Это цвет огромной силы, эмоций и глубины.
Платок Юбилейный с черной каймой и рисунком в красных тонах. Он в традиционной классической манере - розовые цветы, табачные листья, мелкие цветы фиолетового оттенка, довольно крупный орнамент. Цветочные и растительные мотивы вписаны в фигурные медальоны с обрамлением в виде корон, завитков. Черный грунт контрастирует с основным цветом и подчеркивает торжественность узора.
Платок Юбилейный как песня со своей чудесной темой, исполненной в павловской аранжировке с уникальной мелодией. Волшебство, внутреннее очарование идет от него. Платок с характером, создает настроение праздника.
Художники обладают удивительной наблюдательностью и памятью. Произведения Екатерины Петровны Регуновой близки нам из-за их сильного эмоционального содержания, они не просто красивые платочные композиции, а разнообразные по темпераменту шедевры.
Мы выбрали красный цвет, он будет основным цветом весны 2026, как представляют первые показы на неделе моды в Нью Йорке.
Наш друг А.И. вдохновился павловопосадским платком и написал рассказ.
В шкатулке из старого сандалового дерева лежал платок. Не простой, а юбилейный. Его привезла когда-то прабабушка Катерина из самого Павловского Посада на свой пятидесятый день рождения, сказав: «Каждый юбилей должен иметь свое лицо, а не только запись в метрике».
Платок был немым свидетелем целой жизни. Его набросила на плечи бабушка Зоя в день своей серебряной свадьбы. Белоснежная бахрома смешалась тогда с первой проседью в ее волосах, а яркие алые розы на темно-бордовом фоне казались еще ярче от ее счастливого румянца. Платок хранил в своих шерстяных складках звуки вальса и звон хрустальных бокалов.
Потом его надела моя мама, когда провожала отца в его первую длительную командировку. Она стояла на перроне, кутаясь в теплый, невесомый узор, и прятала в его уголки сбежавшие слезы. В тот день платок впитал в себя не праздничное шампанское, а тихую грусть и верность.
Мне его вручили в день моего шестнадцатилетия. Мама открыла шкатулку и сказала: «Он юбилейный. И для тебя сегодня тоже юбилей – твоего взросления». Я тогда не поняла всей глубины этих слов. Просто развернула легкую ткань и ахнула. Искусство. Крупные, сочные розы, увитые нежными незабудками и листьями, окаймленные сложным восточным орнаментом. Каждый цветок был выткан с такой любовью, что казалось, вот-вот почувствуешь его аромат.
Изнанка была идеальной, без единого узелка, – признак высшего мастерства.
Я носила его с гордостью, получая комплименты. Но однажды, на одной из вечеринок, подруга, увидев платок, воскликнула: «Ой, какая красивая винтажная вещь! Сейчас такие в моде!» И мне вдруг стало не по себе. Для нее это был просто винтажный аксессуар, бездушный тренд. А для меня – живая история. Я поймала себя на мысли, что боюсь его уронить, испачкать, потерять. Я боялась быть недостойной его возраста.
И тогда я пришла к бабушке. Она посмотрела на меня своими мудрыми, выцветшими глазами, потрогала платок и улыбнулась. "Он не для того, чтобы пылиться, – сказала она. – Он для того, чтобы жить. В каждом стежке этого узора – чья-то радость, чья-то печаль, чья-то любовь. Он впитывал наше тепло, чтобы согревать тебя. Ты не носишь историю, ты её продолжаешь."
Я надела платок на юбилей деда. Он сидел в кресле, такой седой и важный, и когда увидел меня, глаза его блеснули. "Зоин платок, – прошептал он. – В нем твоя бабушка была королевой. И ты… ты в нем точно такая же."
В тот вечер я наконец-то почувствовала не груз лет, а их легкую, невесомую силу. Я ощутила связь с теми женщинами, чья кровь течет во мне. Их смелость, их нежность, их неизменная вера в любовь и семью.
Теперь платок лежит в моей шкатулке. Я надеваю его не часто, но всегда – в особенные моменты. Он больше не музейный экспонат. Он – молчаливый хранитель и добрый советчик. Он напоминает мне, что жизнь – это не череда случайных дней, а ткань, которую мы ткем сами. И самые яркие, самые прочные нити в ней – это нити памяти, семьи и любви. И у каждого из нас есть свой узор, свой юбилей, который стоит отметить, обернувшись в тепло прошедших лет.