11 сентября состоялся предпремьерный показ греческой трагедии «Агамемнон» на сцене Театра драмы. Режиссер постановки — грек Василиос Самуркас — поставил спектакль всего лишь за два месяца. По его словам, такая работа у него на родине занимает минимум полгода. Сцена еще до начала спектакля была открыта — зритель видит дозорного на башне, он смотрит в бинокль. Как только действие начинается, выясняется, что сидит он так уже 10 лет. Обычный солдат (Никита Левин) испытывает сомнения — а нужна ли Троянская война, если она так затянулась. Он каждую ночь просит огня и света, который ознаменовал бы конец войны. «Хозяин мне не сон, а страх», — кричит безымянный дозорный в пустоту.
Но потом сигнальные огни загораются — война закончилась. Причем свет слепит не только дозорного, но и зрителя. Чувство горькой победы и десятилетнего ожидания передается в зал за счет световых и звуковых решений. Настоящая помпезность чувствуется на сцене, когда сам царь Агамемнон (Роман Горбачев) спускается сверху на черном параплане. Все его рады видеть, горожане-старики встречают его с трепетом, но страхом; дарят ему желтые цветы. Жена царя Клитемнестра (Мария Звонарева) расстилает пурпур (ковер) перед мужем.
Но тот приехал не только с победой, но и с трофеем. Им оказалась Кассандра (Дарина Строкина) — пленница с даром провидения. Девушка испугала всех своей силой, когда она в припадке озвучивает горожанам пророчество: «От львицы, от двуногой, Что с волком спит, Погибну я» Но Кассандра даже рада концу своих страданий. Она уже увидела, как «убийца» ее родного города Агамемнон умрет от рук жены.
Клитемнестра задумала убийство мужа, как месть за смерть общей дочери. Царь принес ее в жертву богам, чтобы доплыть до Трои. Заговорщики Клитемнестра и ее любовник Эгист (Андрей Блажилин) мстят за семью. Зритель сам должен определиться с ответом на вопрос, кто прав, а кто виноват. Отдельным от актеров существом на сцене стал свет. Он «огнем» слепил зрителя в начале, он же «кровью» окроплял персонажей во время гибелей и убийств. Клитемнестра после убийства мужа выкатывает на сцену холодильник, как из триллера — в таком обычно маньяки хранят трупы. Она обливается литрами фальшивой крови. Ее платье, руки, лицо, стопы — все в крови.
Особенно запомнилось сравнение Агамемнона и Эгиста в сцене, когда они пытались попасть во «дворец». Царь после приезда не мог этого сделать под хор Агросских старцев (они периодически выступают в качестве рассказчиков), и Эгист не смог забраться во дворец после смерти Агамемнона. В нем остается только Клитемнестра. Она стоит, окровавленная, и тянет руку вперед. Горожане-старики в конце действия кончают с жизнью от горя. Но перед смертью они намекают зрителю на то, что цикл мести не завершен, а только начат. У Агамемнона остался сын — Орест. И он вот-вот вернется, чтобы отомстить за отца. У зрителя не остается сомнений, что это произойдет, но очередной виток мести остается за кадром.
Режиссер Василиос Самуркас после спектакля рассказал журналистам, что из оригинального текста он не убирал ничего, что могло бы помешать пониманию событий.
«Моя цель — с уважением создать новый образ вне времени, соединяя русскую и греческую школу. Сейчас чувствую сладкую усталость. В Рязани все цеха, все руководство, артисты очень любят театр. Сложности были, но их всегда быстро решали», — отметил режиссер. Премьерный показ «Агамемнона» для зрителей состоится в пятницу, 12 сентября. 18+ Фото — Евгения Сосулина