ESG-повестка перестала быть приоритетом для российского бизнеса в условиях высоких ставок и изменения глобальной конъюнктуры. К такому выводу пришли эксперты ЦЦИ и Газпромбанка
Вопрос ESG сейчас не является главным для российских нефтяников, заявила гендиректор ЦЦИ Наталья Порохова, комментируя перспективы развития российских сырьевых компаний в условиях растущей роли ESG и перехода к зеленой энергетике.
В рамках онлайн-семинара «Что происходит в экономике России и мира» она напомнила, что еще в 2021 году мировая экономика достигла консенсуса относительно достижения мирового пика потребления нефти в пределах до 2030 года. Тогда же ряд стран поставил перед собой цели по достижению углеродной нейтральности. Однако, по ее словам, в 2022 году повестка изменилась. Эксперт признала, что России необходимо быть в тренде энергоперехода, но в текущих условиях эти вопросы отошли на второй план, и нынешние риски и приоритеты стали другими.
В 2021 году Китай поставил задачу достичь пика по выбросам CO2 к 2030-му и перейти к углеродной нейтральности до 2060-го. Индия планирует достичь углеродной нейтральности к 2070 году, сократив долю «грязных» источников энергии. В список крупнейших эмиттеров парниковых газов сегодня входят Китай, США, Индия, страны Евросоюза и Россия.
В июньском отчете Международное энергетическое агентство подтвердило прогноз о достижении пика глобального спроса на нефть в 2030 году на уровне 105,5 млн барр. в сутки. Достижение пика будет обусловлено экономическим ростом ниже тренда на фоне глобальной торговой напряженности и фискальных дисбалансов, а также ускоряющимся замещением нефти в секторах транспорта и производства электроэнергии.
Начальник Центра рыночных стратегий Газпромбанка Егор Сусин, также участвовавший в семинаре, добавил, что к 2025 году повестка снова изменилась из-за значительного снижения интереса к теме ESG со стороны ключевых стейкхолдеров, в первую очередь США. «Сама тенденция сохранится, просто траектория движения по ней будет немного другой, чем мы ждали в 2020-м, 2022-м и теперь в 2025 году», — уточнил он.
Эксперты отметили, что развитие зеленой энергетики тормозят денежно-кредитная политика и доступность средств для привлечения. «Зеленая энергетика возможна только при низких ставках. А пока в экономике все так, что у нас среди драгоценных цветных металлов номер один по экспорту — золото — это не зеленая энергетика», — констатировала старший аналитик Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Тарасенко.
Металлы энергоперехода используются для производства технологий зеленой энергетики — солнечных панелей, ветряных турбин, аккумуляторов для электромобилей. К ним относятся литий, кобальт, никель, медь, алюминий и ряд редкоземельных металлов.
Золото не считается таковым — его цена и спрос в большей степени зависят от настроений инвесторов и геополитической стабильности, металл признан «защитным» активом в условиях высокой волатильности и дорогих денег.
Ранее РБК проводил опросы среди бизнеса об актуальности ESG-повестки. Согласно последнему опросу среди членов «Опоры России», только 29% респондентов подтвердили актуальность этой темы для их компаний, в то время как 71% ответил отрицательно. Таким образом, за два года интерес к ESG снизился: в 2023 году аналогичный опрос среди членов правления и бюро РСПП показал разделение позиций 50 на 50.
В августе президент России Владимир Путин подписал указ, обязывающий правительство к 2035 году сократить выбросы парниковых газов до 65–67% относительно уровня 1990 года. К 2060 году Россия должна достичь углеродной нейтральности. Решение принято «в целях реализации Парижского соглашения от 12 декабря 2015 года».
В документе также указано, что сокращение выбросов парниковых газов к 2035 году должно происходить с учетом максимально возможной поглощающей способности лесов, иных экологических систем и при условии сбалансированного социально-экономического развития страны, ее «недискриминационного доступа» к необходимым для этого оборудованию и технологиям.
Читайте РБК в Telegram.