В день свадьбы, когда Лера и Миша шли рука об руку к столу, зал искрился светом и радостью. Под возгласы «Горько!» невесте стало не по себе: она заметила злобный взгляд Сарры Гавриловны. Казалось, глаза свекрови прожигали ее насквозь. Лера поежилась, ее ликование угасло.
Еще при знакомстве свекровь дала понять: «Ты не ровня моему сыну». Властная и надменная, она считала, что Миша заслуживает более состоятельную партию, нежели девушка из обычной семьи. Но Миша был ослеплен любовью и настоял на свадьбе.
Во время вручения подарков в зале воцарилась суета. Ведущий, шутя и улыбаясь, собирал конверты. Внезапно голос Сарры Гавриловны эхом разнесся по залу:
— Мы дарим молодым квартиру! — она триумфально подняла связку ключей.
Наступила тишина, гости удивленно переглядывались. Миша бросился обнимать родителей. Леру же пронзило неприятное предчувствие: ее родители знали о финансовой скромности свекрови.
— Может, они и правда добрые, — произнесла мать Леры , желая ее успокоить.
В этот момент Лера позволила себе поверить в лучшее, не подозревая, что дар обернется западней.
После торжества молодожены поселились в «подаренной» однокомнатной квартире на окраине. В новом, но совершенно пустом доме они вместе создавали уют. Лера сияла от счастья: готовила завтраки, гуляла с мужем по вечерам.
Она ждала ребенка, надеясь, что материнство укрепит их союз.
Однажды утром, когда Миша был на работе, Лера услышала подозрительный шум. В тишине квартиры чужой звук вызвал тревогу. Открыв дверь, она застыла: Сарра Гавриловна перебирала ее вещи в шкафу.
— Что вы делаете? — спросила Лера дрожащим голосом.
— А что такого? Это моя квартира. Имею право заходить, когда захочу, — ответила свекровь, не поворачиваясь.
Лера почувствовала, как мир рушится. Вечером она поделилась с Михаилом, но он лишь молча выслушал, поужинал и ушел в душ, никак не отреагировав.
Появление сына стало для Леры словно лучом надежды. Даниил, так они назвали мальчика, стал центром ее вселенной. Однако счастье быстро померкло.
Миша перестал приносить деньги в дом. На любые вопросы отвечал с раздражением, заявляя, что все средства передает матери.
Лера пыталась объяснить, что ребенку необходимы вещи, питание и медицинский уход. Но муж все чаще возвращался поздно, уставшим и отчужденным.
Однажды, зевая, он предложил Лера выйти на работу. Она возразила, что Даниилу всего месяц и она не может оставить его без присмотра. В ответ услышала предложение зарабатывать из дома, ведь он, видите ли, целыми днями трудится.
В отчаянии Лера спросила, зачем тогда нужен такой муж, который ничем не помогает.
Миша взорвался, заявив, что с ней невозможно находиться по вечерам, и пригрозил переехать к родителям, если она не успокоится. Лера убежала в ванную, где, зажимая рот полотенцем, рыдала, чтобы не разбудить сына.
Прошло три месяца. Денег не осталось совсем. Лера питалась скудными остатками, а ребенка пеленала в самодельные марлевые пеленки. Гордость не позволяла ей обратиться за помощью к родителям.
Вскоре выяснилось, что муж проигрывает деньги в карты и погряз в долгах. Сжав волю в кулак, она отправилась к свекрови просить о помощи.
Уже с порога Лера сказала, что они с Даниилом голодают.
В ответ Сарра обвинила ее во всех бедах, заявив, что знает о том, как Лера тратит заработок мужа на своих родителей, которых недавно видели в новой машине.
Лера возразила, что это ложь, и родители все еще ездят на своей старой «Мазде».
Свекровь повысила голос, обвинив невестку во лжи, такой же, как и ее мать. На мольбы о внуке Сарра заявила, что Миша женился на Лере беременной и никто не знает, его ли это ребенок, ведь на ее сына он совсем не похож. Закончила она словами, что не рассчитывает на ее жалость.
Эти слова ранили Леру в самое сердце. Она прижала к себе малыша и, не сказав ни слова, ушла в ночь.
Дома она собрала вещи и уехала к матери, которая встретила ее с распростертыми объятиями, сказав, что с самого начала чувствовала, что эта семья не принесет ей счастья, и они проживут и без них.
Утром позвонил Миша и дрожащим голосом спросил, где она. Лера ответила, что ушла и подает на развод, на что Миша воскликнул, что это ее благодарность и она бросила пепел ему на сердце.
— Поступай как знаешь. Но это твой ребенок, и ты не можешь оставаться в стороне.
Миша так и не отдал ни копейки. Меньше чем через год его не стало – его сломали долги и пристрастие к алкоголю.
Прошло много лет, Данил уже учился в школе, когда Лера увидела возле калитки сгорбленную старуху в старом пальто. С трудом она узнала в ней Сарру Гавриловну.
— Покажи мне внука, – пробормотала та, утирая слезу. – Он вылитый Михаил…
Лера инстинктивно прикрыла сына собой.
— Кто это, мама? – спросил Данил.
— Просто незнакомая бабушка ошиблась, – ласково ответила она и повела ребенка в дом.
Она не желала возвращаться в прошлое.