За окном лил дождь.
Не просто лил — хлестал, как из прохудившейся бездонной кадки.
Ставко маялся от безделья. Он как раз сегодня вечером намеревался сходить в поле — разобраться с ыркой. Но не по такой слякоти и грязюке тащиться! Да и сама тварь вряд ли станет охотиться в такую погоду. А в буквальном смысле выуживать её из логова... Да ну её на...
Отчëтливое поскрëбывание в дверь заставило ведуна радостно подскочить на лавке.
Оборотень — весь мокрющий, хоть выжимай! — прошлëпал в дом и с недовольным выражением морды сплюнул на лавку комок грязи...
...неожиданно издавший пронзительное требовательное мяуканье.
Ставко едва целебную настойку не выронил.
— Ты где это взял?!
Оборотень качнул головой в сторону двери — там, мол.
— Угу... Так, давай сперва шею свою показывай. Ох, зря ты сегодня пришëл. Лучше бы дома сидел, не мочил её.
Волк то ли фыркнул, то ли чихнул — и указал взглядом на дрожащего, жмущегося к печке котëнка.
— Ну... Вообще ты, конечно, прав, — ведун накинул на оборотня старую простыню, чтобы хоть немного его обсушить. — Но за тебя я беспокоюсь сильнее, чем за него, — кивнул он на зверька, как раз в этот момент снова мяукнувшего — громко и недовольно.
***
Ставко закончил перевязку — и ловко поймал за хвост вознамерившегося было уйти волка.
— Ку-уда?! А ну — сидеть... лежать... В общем, пока дождь не кончится — из дома чтоб ни ногой... ни лапой! Мне тебя от огневицы ещë лечить не хватало!
Оборотень задумчиво посмотрел на дверь, навострил уши, прислушиваясь к шуму ливня за ней... И со вздохом плюхнулся на задницу.
Ведун, не удержавшись, почесал его за ухом, со смешком проигнорировав недовольное ворчание — и пошëл в сени за большим горшком, в котором обычно варил корни репейника.
***
Отмытый котëнок оказался чисто-белым — и до невозможности тощим. И нахальным. Ложку бульона и несколько кусочков зайчатины он проглотил, не жуя. И тут же бесстрашно сунулся мордочкой в порцию оборотня, не обращая ни малейшего внимания на рык — сначала недовольный, а затем переросший в удивлëнно-возмущëнно-гневный.
Ставко с хохотом убрал зверька со стола — но тот моментально вскарабкался обратно.
— Да я тебе ещё дам, — пообещал ведун, давясь смехом. — Потом. А если ты сейчас много съешь — заболеешь.
Но котëнок обращëнные к нему слова то ли не понимал, то ли не желал слышать! Он хотел добраться до большой миски, где... А где?!
Волк сыто облизнулся с довольной ухмылкой.
Котëнок обнюхал дно и, не удовольствовавшись несколькими каплями, требовательно заголосил.
— Вот же какой! — разулыбался Ставко. — Прямо — царевич!
— Мя-а! — подтвердил котëнок, с разбегу запрыгивая на рукав ведуновой рубахи и мигом вскарабкиваясь на плечо.
Теперь расфыркался от смеха оборотень.
— Ты знал — и специально мне его притащил! — обвиняюще наставил на него палец Ставко, морщась от ощущения маленького, но очень шершавого язычка, старательно вылизывающего ему ухо.
Волк изобразил глазами, ушами и вообще всей мордой полнейшую невинность — я, мол, не я, и зверюшка не моя.
Зверюшка, совсем уже освоившись, звонко и громко замурчала и улеглась на плече, крепко вцепившись когтями в рубаху — и частично в ведуна.
— Ну — ë! — осторожно развëл Ставко руками.
***
На следующее утро дождь наконец-то закончился.
Заново перевязанный оборотень размашистыми прыжками умчался прочь, явно пропустив мимо ушей наказ ведуна поберечь лапу и не намочить рану. Котейко, выспавшийся и уже три раза сытно позавтракавший, распушил хвост, встопорщил усы и отправился исследовать свой новый дом.
— Кот! Ну у тебя же когти! И совести нет! — взвыл Ставко, когда мелкий вредина устав передвигаться на своих четырëх и решив прокатиться на человеке, ловко вскарабкался по штанине и рубахе ему на плечо.
Белый пакостник громко замурчал и принялся вылизывать ему щëку.
— Ну... вообще!.. И как это называется?!
Котëнок не ответил, ловко перебравшись на другое плечо, рассевшись там со всеми удобствами и начав что-то или кого-то выкусывать из основания хвоста.
Ведун медленно, с чувством, выдохнул, снял с себя котишку и посадил его на лавку у печи.
Не успев сосчитать до трёх, он снова обнаружил нахальное существо на своëм боку, а затем — на плече.
— Да чтоб тебя! Кот! Эмм... Снежок?
— Мя-А! — громко и возмущëнно завопил котëнок.
— Угу... Похоже, не Снежок. На Пушка ты тоже не похож...
Мелкий подтвердил, что Пушок из него — никакой.
— Тогда, может... Творожок? — Ставко нахмурился, прикидывая, как ещё можно назвать это наглое создание. Кроме Скотины ничего на ум не приходило.
— Мя-А! — ещё громче и противнее мяукнул котëнок, отказывась от аппетитного имени.
— Ну и кто ты тогда? — ведун снял его с плеча и заглянул в голубые, как весеннее небо, глаза. — Вредный ты, капризный зверь! Но — красавчик. Настоящий царевич!
На последнем слове котëнок начал громко мурчать.
— Царевич?! — удивлëнно переспросил Ставко.
Мурлыканье стало удивлëнно-раздражëнным: ну конечно — Царевич! Чего непонятного-то?!
Ведун пожал плечами.
— Ну, как хочешь. Сядь вон там, твоë высочество, и не мешай.
«Вон там», у печи, Царевич сидеть не пожелал. Упрямо забрался обратно на плечо, улëгся там — и снова замурчал. Теперь уже — негромко, довольно.
В очередной раз сгонять вредное животное Ставко поленился. Котëнок ему в целом не мешал, когтями вцеплялся уже не так больно...
Они вдвоëм сварили обед (Царевич то и дело тянул лапу — проверить ингредиенты на свежесть); разложили по баночкам мазь от ожогов, за которой постоянно бегали кузнецовы домочадцы; поставили остывать и настаиваться отвар целебных трав, изгоняющих Лихоманку и её сестричек (ну и гнусные же твари!.. бр-р-р!!)... Убедили бабку Ëршиху, что пролетевшая над её двором галка — никакая не ведьма, а самая обычная птица... Объяснили деду Сбыне, что ни наговора, ни зелья от изнашивания лаптей не существует — так что придëтся ему себе обувку плести... ещё долго.
В общем, кол, заточенный на ырку, так и остался сегодня без дела. Ставко очень понадеялся, что в до сих пор хлюпающее под ногами поле никто сегодня не потащится.
***
Следующее утро началось для ведуна с пронзительного «Мя-а!!!», образовавшегося, кажется, прямо в ухе — и из него проделавшего себе ход прямо в голову.
— А... У... Ë-о!.. Кот... Как тебя там?.. Царевич, скотина!! Ты время видел?!
Котëнок посмотрел на окно, за которым ещё безраздельно царила ночь — и с громким требовательным мурчанием принялся точить коготки об рубаху на груди Ставко.
— Да чтоб тебя... вас обоих!! Вот же удружил, зараза чëрная!.. — простонал ведун, поднимаясь и наощупь отыскивая сперва горшок со вчерашней ухой, затем — котовую миску и под конец — самое важное! — кусок мяса.
Царевич с урчанием и ворчнием принялся за еду, а Ставко... хотел было плюхнуться обратно на лавку — досыпать... Но, подумав, раздул в печи угли, засветил от них лучину и, подсев к столу, запустил ложку в наваристую похлëбку.
***
В следующие несколько дней вдруг навалилась такая прорва мелочей — тем не менее, требующих времени, чтобы разобраться — что про ырку Ставко вспоминал только поздним вечером. Когда совсем уже выматывался и не оставалось сил куда-то идти.
— Ладно, завтра, — в очередной раз бормотал он полусонным голосом, наглаживая сытого, удовлетворëнно мурчащего Царевича.
Котëнок, к слову, оказался невероятно понятливым. Фразы «иди есть» и «сиди тут» он выучил едва ли не за пару суток.
А ещё он так внимательно наблюдал за процессом создания мазей, отваров и настоек, что Ставко невольно стал ему объяснять, что от чего применяется и в какой последовательности куда добавляется.
***
— Хм... Неужели все сглазы с кикиморам закончились? — вслух удивился ведун, глядя в окно и наблюдая за ним лишь белый день — и не единого страждущего.
Царевич неопределённо мяукнул, полизал лапу — и с неимоверно деловым видом направился к приоткрытой двери.
— Далеко не ходи! — напомнил ему Ставко.
Опасного в окрýге, вроде, не имелось но заблудиться-потеряться такой мелкий запросто мог.
Отсутствовал котëнок недолго, ведун даже забеспокоиться не успел.
— Ë! Царевич!! Это что?!
Котëнок удивлëнно мяукнул — сам, что ли, не видишь?
Да в том и дело, что видеть-то Ставко это видел. Только не мог понять две вещи. Откуда возле его дома взялась такая здоровенная жаба — и как с нею справился такой мелкий зверëк??? Да не просто справился, а ещё в дом притащил!
Жаба дрыгнула лапой, замерла... И на глазах у изумлëнного ведуна превратилась в отвратительную старуху в лохмотьях. Мёртвую.
— Вештица! — опознал Ставко с лëгкой дрожью в голосе. — Как же я такую дрянь проглядел-то?!
Царевич муркнул — с непередаваемой смесью утешения (ну ты же не всемогущий) и самодовольства (вот какая от меня польза!).
— Молодец! Умница! Охотник! — похвалил его ведун, подхватывая на руки и принимаясь наглаживать.
Котëнок немедленно замурчал — громко и довольно, стараясь потереться обо всё, до чего сможет дотянуться.
Ставко призадумался: куда ж теперь девать погань? Хоть его дом и стоит далеко на отшибе — всё же не хочется таскаться по округе с дохлой ведьмой на плече. Увидит кто — та-акие слухи пойдут...
К счастью, решение проблемы тут же явилось само — в виде солнечного луча, проскользнувшего сквозь ветви деревьев и лëгшего прямо на тварь.
Тело ведьмы задымилось — и рассыпалось тошнотворно воняющим прахом.
Царевич немедленно расчихался.
Ведун попытался заткнуть себе нос рукавом, но мерзкий запах, кажется, уже вьелся в ткань.
— Вот чтоб ты... Чтоб тебе неладно было!.. — Ставко метнулся к лавке, ссадил на неё котëнка и, схватив веник, принялся торопливо выметать мерзость из дома.
***
— Похоже, ырке сегодня опять повезло, — ведун ещё раз побрызгал настойкой полыни стены и пол, как следует принюхался — и вздохнул с облегчением: вонь удалось наконец перебить.
Царевич потянулся, старательно вонзая когти в ножку стола, подошëл к своей миске, обнюхал её — и требовательно мяукнул, намекая, что герою требуется ещё подкрепиться.
Примечания:
Ырка — полевая упыреподобная нежить, особо активная в августе.
Огневица — одна из разновидностей лихорадки, сильный жар.
Лихоманка — лихорадка. Обычно представлялась в виде уродливой старухи. Часто приходила не одна, а с «сëстрами» — Огневицей (см. выше), Трясеей (человека трясëт), Ледеей (озноб), Гнетеей (давит на грудь, невозможно сделать нормальный вдох) и т.д. Всего лихорадок насчитывалось около 12.
Ухой изначально назывался любой суп.
Вештица — злая ведьма.
Внимание! Все текстовые материалы канала «Helgi Skjöld и его истории» являются объектом авторского права. Копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем ЗАПРЕЩЕНО. Коммерческое использование запрещено.
Не забывайте поставить лайк! Ну, и подписаться неплохо бы.
Желающие поддержать вдохновение автора могут закинуть, сколько не жалко, вот сюда:
2202 2056 4123 0385 (Сбер)