По Гоголю без слов.
Что
Пьеса Николая Гоголя о сватовстве к купеческой дочери пережила множества версий (была даже с женихами на коньках). Свою весной 2025 года представил Театр Сатиры ― пластический спектакль режиссёра Сергея Землянского. Точнее это версия 2.0. ― протопремьера состоялась в Латвии в 2017 году. В московской версии были изменены музыка (композитор Павел Акимкин) и некоторые сцены, которые придумывались вместе с актёрами. Костюмы (художник Максим Обрезков) остались оригинальные ― как из детских книжек о 19 веке подчёркивают, кто есть кто. Внешность в понимании ролей важна ― в этом спектакле не звучат слова. Сюжет рисуют пантомимой, танцами и клоунскими приёмами.
Режиссёр Землянский специализируется на пластических спектаклях, которые от пантомимы расширяются к танцевальным номерам и визуальным эффектам. В Театре Сатиры, где он штатный хореограф, это его не первая постановка. Предыдущая «Арбенин. Маскарад без слов» получила полярные отзывы от очень хороших до очень плохих. Она сложна для восприятия неискушённого пластическими спектаклями зрителя. Такой зритель, скорее всего, составляет основную аудиторию Театра Сатиры: он приходил на «Маскарад» с участием звезды, Максима Аверина, и не понимал, что происходит. Сложность для восприятия была и после чтения либретто, а без знания сюжета понять было ничего невозможно. Стилистика того спектакля была слишком мрачной, музыка пугающей, а свет давил на зрение. От просмотра можно было быстро устать.
«Женитьба», к счастью, обошлась без звёздных актёров ― это целостный ансамбль ― без мрачности и сложного литературного источника. Сюжет Гоголя можно пересказать за минуту. Уже немолодой, но ещё не старый чиновник Подколесин (артисты в составах Станислав Буров, Григорий Трапезников) должен наконец-то сделать усилие и жениться. Почти перезрелая невеста Агафья Тихоновна (Майя Горбань, Елена Ташаева) со своей тёткой выбирает женихов через сваху как на рынке. Подобранные женихи приходят к ней в дом и оценивают невесту как на рынке. Ситуацию разруливают друг Подколёсина (Антон Буглак, Тимур Тихомиров), который обманывает женихов, как конкурентов на рынке, и подбивает Подколёсина и невесту согласиться на брак. Но, казалось бы, готовое дело срывается в последний момент. В версии Театра Сатиры более значительную роль играет «девочка в доме» Дуняша (Лиана Ермакова, Карина Муса), которую привлёк один из женихов.
Как
Знание сюжета ― ключевой элемент для того, чтобы спектакль для зрителя не превратился в запутанный клубок из-за ярких, смешных, задорных, но непонятных сцен. Зрители с медленной реакцией не успеют за артистами, которые играют слишком быстро для пантомимы. Зрители с рассеянным вниманием пропустят микроэпизоды, после которых будет непонятно продолжение. Персонажи двигаются постоянно, выражают эмоции только через движения, а пауз в спектакле нет ― нужно смотреть внимательно.
Для зрителей Театра Сатиры возникает та же проблема, что с «Маскарадом» ― калейдоскоп сцен и движений выматывает. При медленной пантомиме театр похож на немое кино. При быстрых танцах ― на мюзикл. При клоунаде ― на короткие сценки из цирка. Но в немом кино есть титры, объясняющие происходящее. В мюзикле есть песни или ансамбль, при котором не надо следить за каждой деталью. Клоунада обычно коротка. Здесь всё это перемешано и не даёт расслабиться полтора часа подряд без антракта. Это противоречит желанию зрителей увидеть все детали красивых костюмов и грима, увидеть за ними артистов.
Скорее всего, это системное противоречие с восприятием режиссёра. Хореограф-постановщик физиологически имеет слишком быструю реакцию и насмотренность, он готов держаться часами, для него следить за множеством телодвижений ― это обычное занятие. Для сознания зрителя с улицы, не имеющего отношения к танцам, это превращается в хаус, хотя в самом спектакле хауса нет. От потока действий наступает усталость. Всего лишь из-за отсутствия пауз и слов. Антракт вряд ли поможет. Возможно, спасли бы паузы между эпизодами как в немом кино ― с демонстрацией на сцене «титров», кто, куда и когда приходит. Минутные передышки позволяли бы вниманию зрителей не перегрузиться слишком скоро. Постановка не пострадает ― вряд ли кто-то потребует демонстрировать непрерывность в ущерб лёгкости восприятия.
Нужно отметить, что указанное раньше происходило на «Прогресс сцене» Театра Сатиры. Осенью 2025 года спектакль будет идти на основной сцене театра. Соответственно и восприятие даже без нововведений будет другим. Основная сцена более широкая, есть боковые места. На «Прогресс сцене» пространство сужено. Обидно, что возникала трудность при мизансценах в рамке, в которую садятся персонажи во второй половине спектакля. Эта рамка была задвинута вглубь сцены слишком далеко, особенно для не первых рядов. Если заранее не посмотреть фотографии этой рамки и не соотнести с пьесой (эпизод, когда друг Подколесина принижает качество невесты), то получится пропущенной кусок сюжета. Посмотреть и почитать заранее ― это основная рекомендация перед спектаклем.
Контекст
Что произошло между двумя премьерами ― 2017 и 2025 годами ― в мировых трендах сватовства? Подъём и упадок dating-приложений для знакомств. В 2017 году желание подобрать себе партнёра по параметрам называлось веянием времени, как грустные рассуждения невесты Агафьи Тихоновны: «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому ещё дородности Ивана Павловича ― я бы тогда тотчас же решилась». В 2025 году ориентироваться на анкеты в приложениях ― это примерно как верить в правдивость анкет брачных агентств в начале века. К этому добавляются очевидный гендерный перекос ― на одну женщину в приложениях слишком много мужчин ― накопленный негативный опыт пользователей и вопросы безопасности. Пик оценки dating-приложений на рынке прошёл ― инвесторы унесли деньги в ИИ-разработки, которые тоже бьют по онлайн-общению: уже сложно понять, кто ведёт диалог, живой ли собеседник.
В спектакле «Женитьбе» отсылки к dating-приложениям при желании можно найти: хождение через вертикальные рамки, как будто через экраны смартфонов, приукрашивание женихов костюмами, рисование лиц женихов мелом на чёрных досках (ими же самими), описания свахи через обозначение цены каждого жениха. Клевета на невесту тоже работает. Почему бы не проверить, что купеческая невеста не так хороша, как в анкете ― «и нос длинный, и по-французски не знает» ― все же они врут в этих приложениях. Лучше вообще не жениться ― женишься, а невеста обернётся чёрной воронихой.
Технические детали
Премьера: первая версия ― 2017 год, вторая версия ― март 2025 года.
Цены: 600-5000 рублей (осенью 2025 года).
Возможные раздражители: в спектакле ― много движений без пауз полтора часа, уход части действия в глубину сцены, что мешает при дальних рядах и неидеальном зрении; в зале ― театр не запрещает зрителям пользоваться смартфонами.
Возрастное ограничение: 16+ (если пошловатые сцены).
Зал: с осени 2025 года на основной сцене, партер с небольшим подъёмом, мягкие кресла, обзор на конкретный спектакль с боковых мест и амфитеатра неизвестен.
Чтение литературного источника: обязательно хотя бы в краткой форме.
Продолжительность: 1 час 30 минут.