Избрание Михаила Романова на московский престол в 1613 году стало актом национального примирения после долгой Смуты. Но за внешним единством стояла жесткая политическая борьба, и решающую силу в ней составили не бояре или дворяне, а казачьи отряды. Именно их воля во многом предопределила выбор основателя новой династии.
Казаки на Соборе: Вооруженный аргумент
К началу 1613 года казачество было самой организованной и многочисленной военной силой в разрушенной стране. После изгнания поляков из Москвы тысячи казаков остались в столице, и их штыки стали главным аргументом на Земском соборе.
- Массовое представительство: Казаки составляли до 40% участников Собора — беспрецедентный случай для русского сословного строя.
- Военная сила: В Москве и вокруг нее было расквартировано до 10-15 тысяч вооруженных казаков под командованием атамана Ивана Заруцкого и князя Дмитрия Трубецкого. Их присутствие делало любые дискуссии сугубо практическими.
Цели казачества: Вольность и легитимность
Поддержка казаками Михаила Романова не была бескорыстной. Она диктовалась четкими прагматичными целями:
- Легализация статуса. Казаки, многие из которых были беглыми крестьянами или участниками движений самозванцев, стремились получить официальный статус, признание и постоянное жалованье из казны. Они хотели из «воровских шаек» превратиться в служилое сословие.
- Сохранение вольностей. Главной ценностью была автономия и казачье самоуправление. Они надеялись, что юный и «слабый» царь будет вынужден считаться с их правами и привилегиями.
- Амнистия и забвение прошлого. Поддержав Лжедмитрия I и II, казаки оказались на проигравшей стороне. Избрание «своего» кандидата было страховкой от будущих репрессий. Филарет (отец Михаила), бывший тушинский патриарх, воспринимался ими как «свой» человек.
Кульминация: Казачий ультиматум
Заседания Собора зашли в тупик. Боярские группировки продвигали своих кандидатов (Пожарского, Трубецкого, даже шведского принца), но не могли договориться.
Решающий момент наступил 21 февраля 1613 года. По преданию, атаман Заруцкий организовал настоящий силовой нажим. Вооруженные казаки ворвались на заседание Собора и потребовали избрания Михаила Романова, напрямую угрожая расправой тем, кто будет противиться. Этот ультиматум, поддержанный провинциальным дворянством, сломал сопротивление аристократии. Выбор был сделан.
Итоги для казачества: Пиррова победа?
Оправдались ли расчеты казаков? Результат оказался двойственным.
Краткосрочные выгоды:
- Новое правительство было вынуждено признать заслуги казачества. Они получили щедрое жалованье (деньгами и хлебом), официальное помилование и признание их роли в освобождении России.
- Их влияние на момент избрания было максимальным.
Долгосрочные последствия:
- Обманутые ожидания. Как только власть Михаила Романова укрепилась, а из польского плена вернулся его властный отец патриарх Филарет, курс правительства изменился. Центр начал планомерное наступление на казачьи вольности, стремясь поставить вольницу под контроль и сделать ее послушным служилым сословием.
- Расправа с лидерами. Атаман Иван Заруцкий, почувствовав, что его личные амбиции не оправдались, поднял мятеж под знаменем сына Марины Мнишек. Его восстание было жестоко подавлено, а сам он казнен в 1614 году. Это был четкий сигнал: эпоха казачьих самозванцев и попыток диктовать условия Москве закончилась.
- Инструментализация. В дальнейшем казачество стало верным инструментом имперской экспансии на юг и восток (в Сибирь), но всегда оставалось под подозрением в Москве. Власть ценила его военную мощь, но постоянно стремилась ограничить его политическую самостоятельность.
Заключение
Казаки сыграли решающую, но недолговечную роль в воцарении Михаила Романова. Их военная сила навязала элите компромиссную кандидатуру, что позволило прекратить Смуту. Однако их цель — создать автономное «государство в государстве» — провалилась. Вместо этого они стали частью формирующейся российской имперской системы: привилегированной, но подконтрольной военной силой, чья былая политическая независимость осталась в легендах и песнях. Их победа в 1613 году стала началом конца их вольности.