Тверской суд Москвы 11 сентября вынес приговор бизнесмену Константину Пономареву по делу о мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и отмывание средств (ст. 174.1 УК). Пономарев признан виновным, ему назначено наказание в виде 14 лет лишения свободы.
Векселя на миллиард
Судья Ольга Семина начала оглашение приговора Пономареву и двум другим фигурантам дела — экс-председателю правления «Лесбанка» Сергею Никитину и бывшему главбуху кредитной организации Ирине Скоробогатовой в 16 часов. Все они были признаны виновными в мошенничестве, а Пономарев — еще и в отмывании денег.
Согласно приговору суда, Пономарев свой срок будет отбывать в колонии общего режима. Никитина и Скоробогатова получили условные сроки — пять лет и четыре года соответственно.
По данным RTVI, защита Пономарева намерена обжаловать приговор.
Уголовное дело против Константина Пономарева и двух других фигурантов было возбуждено в 2018 году. Потом следствие прерывалось и было возобновлено лишь в 2022-м. Против бизнесмена были выдвинуты обвинения в том, что он вместе с Никитиным и Скоробогатовой похитил 38 простых векселей различных банков, включая «Сбербанк», ВТБ и Альфа-банк.
По версии следствия, в 2015 году незадолго до отзыва у «Лесбанка» лицензии Пономарев убедил его руководство в том, что он планирует купить этот банк. После чего бумаги на покупку векселей были оформлены задним числом. Документы, по данным расследования, сфальсифицировали Никитин и Скоробогатова. Затем векселя передали Пономареву, а тот отмыл их через ООО «Тандем Центр». Общая сумма похищенного, подсчитали следователи, составила более 1 млрд рублей.
Адвокат Пономарева Анна Ставицкая ранее заявляла, что ее подзащитный настаивал в суде на своей полной невиновности. По ее словам, это подтверждается «оригиналами приходных ордеров на сотни миллионов рублей с подписью и печатью сотрудников банка» и другими документами, свидетельствующими о реальной покупке векселей. «Миллиарды господина Пономарева просто не дают покоя правоохранителям»,— говорила Ставицкая.
Суды с ИКЕА, арест и первые приговоры
Константин Пономарев получил широкую известность благодаря многочисленными судебными тяжбами с ИКЕА. В 2010 году он выиграл суд у компании по иску о задолженности за аренду электрогенераторов, установленных в помещениях магазинов. Тогда Пономарев отсудил у ИКЕА 25 млрд рублей.
В последующем он пытался взыскать с компании сначала 33 млрд рублей, потом еще 507 млн рублей, а также добиться ареста принадлежащих ей 9,3 млрд рублей. Однако во всех трех случаях бизнесмену не удалось доказать свою правоту в суде.
В 2017 году Пономарев впервые был арестован, а в 2019 году осужден по делу о заведомо ложном доносе. Суд установил, что Пономарев, адвокат Максим Загорский и несколько подставных лиц подавали друг на друга в суд заявления о клевете. Людям, которые участвовали в этих тяжбах, бизнесмен платил, как утверждало обвинение, по 20-70 тыс. долларов. Целью тяжб было добиться приобщения к материалам дела, а затем отображениях в решениях суда определенных документов. Впоследствии эти решения Пономарев использовал в судебных спорах с ИКЕА и другими крупными компаниями для личного обогащения: документы давали ему «незаконное преимущество» в судебных процессах, утверждало следствие.
На приговор по первому уголовному делу, как писал РБК, Пономарев явился в футболке с надписью «ФСБ + IKEA = 8 лет», а после оглашения решения поднялся на скамейку и написал на стене судебной клетки: «Хватит кошмарить бизнес».
В 2020 году суд приговорил Пономарева к 10,2 годам лишения свободы по делу об уклонении от уплаты налогов на 9,8 млрд рублей и покушении на хищение 5,5 млрд рублей у «Кубаньэнерго» за якобы неоплаченную поставку генераторов во время энергетической блокады Крымского полуострова. Также суд удовлетворил иск налоговиков на 12,5 млрд рублей. Сами генераторы суд конфисковал. «Мы обескуражены тем, что суд взыскал генераторы в доход государства, — комментировала этот приговор адвокат Ставицкая. Сам Пономарев, спустя некоторое время после приговора, объявил в СИЗО голодовку и попросил госпитализировать его в специализированный стационар.
Александр Мищенко