Вот это поворот! Кажется, история с продажей «Росгосстраха» обретает новый, неожиданный виток. Я, если честно, думал, что покупателем выступит какой-нибудь крупный банк или стратегический инвестор. Но нет — на сцене появляется «Балтийский лизинг».
И сразу же — стоп. Сделка, по словам самого Германа Грефа, «шла-шла-шла, но сейчас стопарнулась». Почему? Всё упирается в деньги. А точнее, в то, откуда эти деньги берутся. Давайте разбираться, что происходит и почему ЦБ вдруг начал задавать неудобные вопросы.
Кто покупатель? «Балтийский лизинг» — тихий гигант на рынке лизинга
Для начала поймем, кто вообще этот игрок. «Балтийский лизинг» — не какая-то контора с улицы. Это компания, входящая в топ-5 российского рынка лизинга. У нее серьезные обороты, крупные клиенты (часто — госсектор), и она принадлежит Промсвязьбанку (ПСБ). То есть, по сути, это часть большой государственной финансовой группы.
Казалось бы, идеальный кандидат? Стабильный, подконтрольный, с деньгами. Но не всё так просто.
В чем загвоздка? Вопрос ЦБ: «А свои ли деньги вы платите?»
По данным источников РБК, вся проблема в финансировании сделки. «Балтийский лизинг» хочет купить «Росгосстрах» не за свои сбережения, а взяв кредит. И это сразу же зажгло красную лампочку у регулятора.
Почему это плохо? Давайте на пальцах.
Представьте, что вы покупаете квартиру. Вы можете заплатить своими накоплениями — это безопасно и для вас, и для продавца. А можете взять огромный кредит под залог… самой этой квартиры. Рискованно? Еще как!
Так и здесь. Покупатель хочет купить страховую компанию на заемные средства. Это создает колоссальные риски:
- Риск для самого «Росгосстраха»: Новый владелец будет обременен долгами. Чтобы их обслуживать, ему может потребоваться выжимать из страховщика максимум дивидендов, урезая расходы на развитие или формирование надежных резервов. Проще говоря, компанию могут начать «доить», что скажется на ее финансовой устойчивости.
- Риск для клиентов: «Росгосстрах» — системообразующая компания с миллионами клиентов. Ее стабильность — вопрос национальной безопасности. Регулятор просто не может допустить, чтобы ее купили в долг.
- Риск концентрации: ПСБ (владелец «Балтийского лизинга») уже является залогодержателем 100% компании. Получается сложная конструкция с перекрестным владением и залогами, что регуляторы всегда проверяют с особой тщательностью.
ЦБ в этой ситуации — как строгий отец, который спрашивает у жениха дочери: «А на какие деньги ты собираешься покупать ей кольцо?». И ответ «возьму в долг под проценты» его явно не устраивает.
Почему ВТБ так хочет продать? И почему именно сейчас?
Со стороны ВТБ тоже есть своя логика. Банк активно избавляется от непрофильных активов, чтобы сфокусироваться на основной деятельности — кредитовании. Страховой бизнес, особенно такой большой, требует много внимания и капитала.
Кроме того, первый зампред ВТБ Дмитрий Пьянов четко обозначил дедлайн: сделка либо будет закрыта в сентябре, либо не состоится вообще. Это говорит о том, что банк не хочет затягивать этот процесс и, видимо, рассматривает другие варианты, если этот провалится.
ЦБ абсолютно прав. Это вопрос принципа
Лично я полностью на стороне Центробанка в этой истории. Его задача — обеспечивать стабильность финансового рынка, а не помогать банкам закрывать сделки любой ценой.
Допустить выкуп крупнейшего страховщика за счет кредита — значит создать опасный прецедент. Завтра так же могут попытаться купить банк или другую системную компанию. Это размывает реальную стоимость активов и создает пузыри.
«Балтийскому лизингу» либо нужно найти партнеров и собственные средства, либо deal с большой вероятностью не пройдет. И это будет правильным решением.
Резюме: Что будет дальше?
Вариантов несколько:
- «Балтийский лизинг» найдет собственное финансирование или партнера для сделки (маловероятно, но возможно).
- Сделка сорвется, и ВТБ будет искать нового покупателя, который устроит регулятор своей платежеспособностью.
- Переговоры затянутся, и сентябрьский дедлайн будет перенесен.
Стоит понимать, что ЦБ не против самой сделки. Он против рисковой схемы ее финансирования. Как только появится архитектура сделки, которая гарантирует устойчивость «Росгосстраха» после продажи, регулятор даст добро.