Васька временно работал в своём посёлке электриком. На время каникул в среднем учебном заведении. 18 лет уже исполнилось, удостоверение по электробезопасности тоже было, так что «Вэлком нах вилладж» (Добро пожаловать в деревню), дорогой друг!
Запонадобился Ваське электрический провод. Не а бы какой, а тот, что используется на ЛЭП (линиях электропередач) малой мощности. На внутри поселковых ЛЭП. Как раз для того, чтобы восстановить участок на ЛЭП, идущей к подсобному хозяйству. Как это ПХ (подсобное хозяйство) двадцать лет до этого обходилось без третьей фазы, совершенно не понятно. Ну ладно, это не важно, что было до работы Васьки электриком, сейчас работать надо. Заприметил наш ново-электрик неиспользуемый участок проводной линии. Не использовался тот по причине отсутствия потребителей электрической энергии – старый дом разрушился и провалился внутрь себя. Участок (огород, по-нашему) зарос бурьяном, сквозь который еле-еле проглядывали кусты смородины, крыжовника и даже малины. Эх, а ведь когда-то в этом доме бурлила жизнь, рождались дети, животные в хлеву блеяли, млеяли и мычали. Куры «паслись» в загороженном загоне, а важный и надутый гордостью петух охранял своих курочек от конкурентов и мальчишек. И этот петух каждое утро звонким кукареканьем возвещал миру, что вот-вот встанет солнце. Как будто без него оно не встанет над лесом. Но петух рассуждал по-своему, по-петушиному: мол, я прокукарекаю, а там хоть не рассветай! Забор вокруг участка почти весь сгнил, и рядом с забором стоял покосившийся от времени столб, с которого Васька и придумал срезать провод. Ну а что, никто не пострадает, а ПХ даже и приобретёт.
Васька обулся в сапоги, а на них «кошки», и ещё надел предохранительный пояс. Напихал в карманы различный инструмент, на всякий пожарный случай. Эх, жалко, что его никто не видит в полной экипировке, ни мать, ни братья, ни даже бывшие одноклассники. Похвастаться не перед кем! А ведь из школьного замухрышки, очкарика и слабака, Васька вырос в настоящего Электрика. Электрик – это звучит гордо! Гораздо гордее, чем сантехник, повар или плотник, например. И сейчас этот электрик в первый раз в жизни поднимется на самую верхушку столба, и откусит нижний нулевой провод! А вы, мои «дорогие» одноклассники, не подниметесь никогда, потому что вы трусы и боитесь электричества. Васька стал подниматься вверх по столбу, и чем выше поднимался, тем более мысленно распалял себя. Гордость и тщеславие буквально распирали его грудь, ну совсем, как у петуха, прохаживающегося между восхищённо взирающих на него кур. На вершине столба Васька ещё раз обозрел окружающее пространство (так ведь никто и не появился в поле зрения, даже собаки), достал плоскогубцы и откусил один из сильно натянутых проводов. Васька не успел проанализировать то, что не сразу бросилось в глаза неопытному электрику. Только вспомнил, как будущих электриков учили, что провода между столбами должны быть с провисом. С небольшим, но провисом. И ещё вспомнил, что столб, на котором он сейчас находится, зачем-то отклонялся от предыдущего столба, а не к нему, и не стоял прямо. Не успел, потому что столб рухнул! Он стал падать вместе с Васькой! В этот момент, когда непоправимое вот-вот случится, вся Васькина жизнь пролетела перед его глазами, как кадры кинохроники. Как будто сидишь в кинозале, где-нибудь в чистилище, рядом с архангелом Михаилом, и заново проживаешь жизнь, глядя на экран. А ничего поправить уже нельзя. И архангел по результатам просмотра решит, куда тебя направить, условно, к девственницам или проституткам. Ну прямо, как терапевт, который перенаправляет тебя к конкретному врачу, вместо того чтобы самостоятельно тебя лечить.
Так что там было, в этой короткой, но насыщенной жизни?
Ещё до школы Васька научился читать и даже понимать время, как по будильнику, так и цифрами. С чего всё началось? С мультиков. Васька безумно любил смотреть мультфильмы. Любые. Он погружался в этот сказочный мир мультипликации - приключений, чудес и невероятных открытий. Это же было что-то невероятное! Персонажи двигались, разговаривали, совершали хорошие и правильные поступки. Не то, что в жизни происходит с людьми. Для Васьки мультики были визуальным воплощением лучшей, желаемой и счастливой жизни. По-нынешнему говоря, Васька с помощью мультиков уходил в мир грёз, подальше от окружающей действительности. Ну и постоянно донимал старшего брата просьбами сказать Ваське, когда и какой мультик можно посмотреть. Когда включать телевизор? Брату быть справочником быстро надоело. Он сказал, что его девки не огулянные ждут, а не это вот всё. _ Давай, Васька, учись читать, и сам по программке в газете будешь узнавать, когда включать телевизор, и какой мультик смотреть. До школы был ещё целый год, но Васька с радостью согласился. Он невероятно быстро освоил алфавит и письмо. И до дыр исследовал программу телепередач, подчеркивая ручкой все мультфильмы. Однако счастье оказалось неполным. В программе передач указывались непонятные для Васьки цифры. И он снова стал приставать к старшему брату, чтобы тот научил Ваську понимать время. Т.е. как цифры совместить с положением стрелок на будильнике. Брат научил Ваську и цифровому счёту, и показаниям будильника. Вот как хорошо иметь старшего брата, который и покажет, и объяснит, и наподдаёт, и по шее даст, если тот, кому объясняют, не въезжает в тему. Учиться, учиться и учиться, как завещал великий Ленин! Ну вот и чем, спрашивается, занимался Васька на уроках первые два класса, если он это всё уже знал и умел? А он с недоумением смотрел на тех одноклассников, которые совершенно не врубались в материал. Ну как можно так тупить? И главное, зачем?
Где-то в пятом классе Васька сидел за партой с одной девчонкой. Почти все ученики сидели попарно, разве что кроме отъявленных хулиганов. Которые сидели на «камчатке» и устраивали во время уроков дичайшие выходки. То иглы, оснащённые оперением, как боевые стрелы, втыкали в спины впереди сидящих. То играли в карты прямо во время урока, а то придушивали друг друга шарфом, пытаясь получить новые неведомые ранее ощущения. На переменах они втыкали в розетки по два гвоздя, и опускали на них новогодние «дождинки». Возникало короткое замыкание, хлопок, искры во все стороны. А то они от розеток заряжали конденсаторы, а разряжали их во время урока о тело впереди сидящих соучеников. Особенно об беззащитного Ваську. Было очень больно и ещё больше очень обидно. И вот эта девчонка, Надя, сделала ему какую-то шкоду. Толи кнопку подложила на сидение, толи пластилин, но Васька на неё сильно обиделся (и она туда же?) и пригрозил ей оторвать у неё яй…, в общем коки. Чтоб в следующий раз неповадно было шкодить. Но Надя сказала,
_ Ничего у тебя не получится.
_ Это ещё почему?
_ А потому что у меня их нет.
_ А куда делись?
_ Так и не было никогда!
Тут Васька понял, что надо срочно прекращать эту скользкую тему, чтобы не прослыть совершеннейшим лохом. Нет, он, конечно, знал, что у девчонок и женщин нет станового стержня, но чтоб и коки отсутствовали. Да как так-то? Это же святое! Он начал лихорадочно вспоминать, как выглядит голая женщина. Он же малышонышем ходил с мамой в общественную баню (только зачем, если и своя баня была?) и помнил, что титьки точно есть, а вот что скрывается под чёрным треугольником, он не то, чтобы не помнил, но совсем не обращал по малолетству никакого внимания. Явный пробел в основополагающем предмете! У одноклассницы он постеснялся уточнить, вдруг пошлёт его, как сейчас выражаются: «вы человек способный, вы далеко пойдёте!». Решил, что после школы он обязательно спросит у более старшего (на два года) и опытного товарища, что там да как. А действительно, как получилось, что одноклассница всё про строение мужиков знала (уж больно нагло и насмешливо она ему отвечала, со знанием дела), а Васька только ушами хлопал себя по щекам и идиотски улыбался? На будущее скажем, что такая манера поведения – идиотски улыбаться и хлопать не только ушами, но и глазами, в дальнейшем помогала Ваське избежать некой ответственности уже за свои шкоды. Короче, под дурачка косил. С дурака какой спрос? Если бы Васька общался по вечерам даже хотя бы с хулиганами-одноклассниками, он бы наверняка был в курсе много чего интересного и животрепещущего. Но хулиганы в этом возрасте уже курили, выпивали и зачем-то дрались друг с другом. Всего этого цирка Ваське и дома хватало. Тем более, что он был одним из самых маленьких и хлипких одноклассников. И даже не выходя из школы получал почти ежедневную порцию тумаков. Из-за чего он потом несколько десятилетий не хотел встречаться с одноклассниками.
Итак, Васька с трудом выцепил старшего товарища в промежутке между играми, и, находясь тет-а-тет, задал ему животрепещущий вопрос:
_ А правда, что у женщин отсутствуют коки?
_ Ну ты, лошара! Конечно отсутствуют. А зачем они бабам? Коки – это (как сейчас выразились бы) опция станового стержня! Без них стержень не становится стержнем. Понял, придурок ты лагерный?
_ Блин, и верю, и не верю одновременно. Мне эту информацию надо переварить (слишком уж она масштабна и неожиданна).
_ Может ты ещё, Васька, не знаешь, откуда дети берутся?
_ Ну, сам процесс зачатия я откуда-то знаю, но откуда вылазят дети из организма женщины, я не в курсе. У неё нет таких огромных отверстий, чтобы голова ребёнка пролезла. Просвети, пожалуйста, если ты в курсе?
_ Ну ты точно лошара! Ну сам посуди, не вскрывают же женщине живот каждый раз, когда она рожает. Если много детей в семье, на животе же живого места не останется. Короче, пацан-штаны-на-лямках, дети вылазят оттуда же, куда их предварительно «загрузили» с помощью секса.
_ Не может быть!
Васька испытал культурологический шок. Он буквально был раздавлен поступившей информацией. Но, отдышавшись от столь неожиданных, но давно назревших новостей, он стал логически рассуждать. А действительно, почему бы и нет? Ведь вылезать из э-э-э.. сзади было бы уж совсем позорно. Да и взрослые мужики и парни, по-пьяни, матерно выражаясь, называли малых деток (да и не только малых) словом, производным от услышанного сейчас места вылезания детей на свет божий. Это же не может быть совпадением. Значит, так оно и есть. Ну что ж, Васька записал это пунктик знаний в свою флэш-память. Вдруг пригодится.
У Васьки с этим старшим товарищем однажды случилась неприятная и опасная история. Товарищ где-то нахватался борцовских или боксёрских приёмов и решил их испробовать на Ваське. Т.е. на сопернике, который был заведомо слабее его самого. Нечестно, правда? И он стал раздражать «подопытного» и обидными словами, и обидными толчками рук и ног. Сволочь. А Васька считал его до этого другом, благо других друзей у него не было. Настолько раздражил Ваську, что тот решился на невиданный доселе шаг – ударить товарища от души. Чтоб отстал или понял, что так с друзьями себя вести не комильфо. Товарищ только этого и хотел. И подзадоривал соперника словами: «ну чо, слабак, ну чо ты мне сделаешь?». А у самого на лице довольная и насмешливая улыбка и осознание полного превосходства. А главное, предвкушения от последующего морального и физического посрамления Васьки. Ах ты ж гад! Васька нанёс решительный удар… Но не в голову, боясь ненароком выбить глаз или попасть в висок с возможностью сделать человека мёртвым инвалидом, а в грудь. И больно, и безопасно, только бы не попасть в солнечное сплетение. Товарищ не знал направление главного удара противника, и решил увернуться от удара – он присел, надеясь, что кулак просвистит над головой, как пуля в фильмах-боевиках. В результате Васька со всей дури попал сопернику кулаком в горло-кадык! Товарищ рухнул, как подкошенный. Стал хвататься за горло, и, как показалось Ваське, в его глазах мелькнул предсмертный ужас. Васька был одновременно немножко рад, что неожиданно победил взрослого и более сильного товарища, и очень сильно не рад, что стал участником нанесения, возможно, непоправимого вреда здоровья этому товарищу. В общем, Васька растерялся и не делал никаких попыток (а что можно и нужно делать в такой ситуации?) помочь товарищу. Прямо, как в сказке про Муху-Цокотуху: пропадай ни за грош, именинница! Товарищ кое-как, охая и крякая, отдышался, оклемался, обозвал Ваську «идиотом», и ушёл домой неровной походкой. К сожалению, а только из сострадания, Васька этот простейший и неожиданно приобретённый лайхфак (прости господи, метод) не взял на вооружение, и больше никогда в жизни его не использовал. За что и был бит неоднократно, просто так, для души.
Кстати, этот старший товарищ иногда был не по возрасту мудр. Например, он как-то завёл разговор о том, почему некоторые женщины бросают своих мужей и уходят к другому мужику. Зачем он завёл это разговор, непонятно. Васька в таком возрасте ни о чём подобном в принципе не задумывался. Главной темой в его жизни были подвижные игры на свежем воздухе и книги. Вернее, сказки и приключения в книгах. Но тема ухода женщин из семьи показалась Ваське интересной.
_ Почему женщина уходит от мужа, который не пьёт, не курит, на сторону не гуляет?
_ Почему?
_ Вовсе не потому, что такой муж в понимании жены является тряпкой, тюфяком и подкаблучником. Вовсе не потому, что ей нужен крепкий защитник, мускулистый любовник и стена, на которую можно опереться в трудную минуту. А потому что большинство женщин – это энергетические вампиры! Но они не кровь у мужа пьют, а питаются его жизненной энергией. И вот когда они высосут энергию мужа до дна, досуха, до последней капли, тогда они и уходят к другому энергетическому донору.
_ К кому, к кому?
_ Донор – это тот, кто отдаёт. Например, донорами называют людей, сдающих кровь на станциях переливания крови.
_ А зачем этим станциям кровь?
_ За тем, что там работают настоящие кровяные вампиры! Шутка, если что.
_ А с брошенным мужем что дальше происходит?
_ Это уже не важно. Важно то, что, когда у него отсасывают жизненную энергию, он не может достичь сколько ни будь значимых успехов в жизни. Ни карьеру сделать (не спрашивай меня, что такое карьера, всё равно пока не поймёшь!), ни добиться высокой квалификации в выбранной профессии, ни стать для жены мускулистым любовником. Сил нет. А нету больше сил – какой-то гад в палатке мне на морду наступил… Шутка, не бери в голову.
_ Дался тебе этот мускулистый любовник. А ты-то откуда всё это знаешь? Ты же ещё сам подросток, женат не был, просто физически не успел приобрести жизненный опыт. Тебе что, мама о семейной жизни рассказывает?
_ Не первый раз живу! Плавали, знаем…
_ В смысле, не первый? А как ты узнал, что ты не первый раз живёшь? По-моему, ты несёшь какой-то бред собачий. И на женщин ты зря наговариваешь. Наверное, мухоморов наелся, и строишь из себя философа.
_ Ладно, Васька, вырастешь – поймёшь. Будет, конечно, уже поздно. Но, лучше поздно, чем никогда. – сказала Анна Каренина, кладя голову на рельсы, и глядя вслед уходящему поезду.
Архангел Михаил при последней фразе довольно улыбнулся и даже хохотнул. Васька себе и представить раньше не мог, что архангелы могут улыбаться и смеяться. Они ж не для этого существуют, если, конечно, существуют. Они должны вести строгий, справедливый и беспристрастный суд. Который в церкви называют Страшным судом. А здесь, в чистилищном кинозале, какие-то хиханьки, да хаханьки. Чудны дела твои, господи, если ты существуешь…
Тем не менее, хроника Васькиной жизни продолжала дальше развиваться на экране. И почему-то не всегда в хронологическом порядке.
Например, неожиданно выплыли воспоминания о пребывании в детском саду. Большинство детей в тихий час никак не хотели засыпать. В таком раннем возрасте не то, что каждый день, а каждый час на счету! Столько нового и интересного надо узнать и попробовать. Как будто потом целой жизни не хватит для познания этого мира. Так воспитательница придумала очень хитрый и эффективный способ решения проблемы не засыпающих. Она объявила детям, что тот, кто первым заснёт, может дальше не спать! Совсем не спать. И даже Васька, с его-то пытливым умишком, постоянно на эту провокацию попадался. Стыдно вспомнить сейчас. Хотя…, чего уж теперь стесняться.
Ещё воспитательница раньше сама читала детям сказки. Но когда узнала, что Васька тоже оказался грамотным, то эта функция читания книг была перепоручена Ваське. А тот только и рад был. Ну где бы он ещё так плотно потренировался в разговорной речи, да ещё на публике? Ему с детства всегда хотелось быть в центре внимания. Чем в это время занималась сама воспитательница, одному богу известно.
А ещё Ваську неожиданно для него самого прорвало на целование девочек. Он зажимал девочек в крепкие объятья так, что те не могли вырваться, и целовал их чуть ли не в губы. Почему-то девочкам это страшно не нравилось. Он стали жаловаться воспитательнице на Васькины приставания. И та не придумала ничего лучшего, как ставить Ваську в угол. Дура! Самая настоящая дура! Все комплексы у человека формируются в детстве. Васька потом полжизни с трудом «приставал» к девушкам, памятуя о последующем стоянии в углу. Ведь знал же, что никто его в угол не поставит, если он просто заговорит с девушкой (многие девушки только и хотят, чтобы парень первым с ними заговорил), но ничего поделать с собой не мог. Прямо какое-то табу на общение с девушками вложила воспитательница в Васькину башку. Таких «воспитательниц», набранных на вокзале, близко к детям подпускать нельзя!
_ Успокойся! Зачем ты из-за пустяков раздражаешься?
_ Товарищ, архангел, теперь-то не всё ли равно, раздражаюсь я или нет?
_ А, ну да, теперь можешь даже плакать.
_ Потерявши голову, по волосам не плачут!
_ Тоже верно…
Однажды зимой дети играли на улице. Блин, игры зимой даже интересней, чем летом. Это и взятие укрепрайона «противника» - забросать снежками. И рытьё лабиринтов в больших и плотных кучах снега. И строительство ледяных горок, и последующее катание с них. И прыганье с конька крыш в снег, проваливаясь по горло так, что самостоятельно невозможно выбраться. Да много чего… И вдруг, в разгар веселья, Ваську находит мама и просит его пойти искать младшего брата.
_ В смысле искать? Зачем его искать? Может всё-таки ты сама его поищешь? Меня же ты нашла.
_ Вася, он в лес ушёл! Встал на лыжи и ушёл в лес. Я искала его в лесу и не нашла! Давай, может ты найдёшь.
И такая боль в глазах, и голос ласковый, и страдание во всё лицо. Васька пошёл домой, надел лыжи, и прямиков в лес, благо лес начинался почти сразу за забором их огорода. С намерением найти брата, и всыпать ему по первое число. Брату было всего 4 года, так что Васька не сомневался, что тот далеко в лес не мог уйти. Но не тут-то было. Лес, как назло, был испещрён лыжнями во все стороны. Ваську зло взяло – ну вот какого хрена? Куда идти, где искать не послушника? Ну он точно получит, запомнит, гад, что так делать нельзя!
А лес зимой кра-а-си-и-вый…Как в сказке. Белым бело, только изредка попадаются следы каких-то зверей и птиц. Кромешная тишина. Только скрип стволов хвойных деревьев при возникающем ветре, и лёгкая позёмка. Из всех следов Васька знал только заячьи и собачьи. В следах птиц вообще не разбирался. Изредка рядом с ним вспархивали какие-то «куропатки» (как Васька их называл), чем пугали и так встревоженного «охотника на братов». А встревожиться было из-за чего. Сколько Васька ни ходил по лесу, сколько ни окрикивал брата, толку не было никакого. Как сквозь землю провалился. Блин, как теперь возвращаться домой одному? Как смотреть в больные глаза матери? Васька устал, и с повинной головой часа через полтора один вернулся домой.
_ Ну что, ты нашёл его? Где он? Я ремнём его отхожу.
_ Не нашёл. Нет его нигде. Я устал и есть хочу.
_ Ладно, поешь и снова иди искать. Что делать-что делать? Людей что ли пойти упрашивать поискать сыночка? Ну подождём ещё немного, и я тоже снова пойду его искать.
Ага, как же, думал про себя Васька, лес бесконечно большой, а брат бесконечно мелкий. Попробуй найди иголку в сене…
«Обед» Васька растягивал как можно дольше. Снова идти в лес на бесплодные поиски младшего брата ему явно не хотелось. Тем более на сытый желудок. Нет, брата было искренне жалко. Вдруг ему повстречались недружелюбные и голодные волки. Или он навернулся с обрыва вниз и лежит-замерзает, а сам себе помочь встать не может, и лыжи сломались. Или…тут Ваське пришло в голову столько возможных неприятных происшествий с братом, что он готов был биться о стену головой, чтобы не накаркать и выбить из своей головы любые мысли. Ну ладно я, думал Васька, как-нибудь переживу, а мать то в истерике будет биться. Всё-таки самый младшенький он у неё сын. Нехотя Васька одел лыжи, повернулся к лесу, а там … брат спокойно возвращается домой. Не спеша, с чувством, толком, расстановкой. Как будто, так и надо, как будто его никто и не ищет.
Слава богу, сам вернулся! Васька хоть и был в школе атеистом, но эту фразу повторял часто. А какая ещё фраза может прийти в башку при виде такого счастливого завершения поисков и трепли нервов? Бить брата никто не стал – живой, и уже хорошо. Брат совсем не чувствовал себя виноватым. Наоборот, довольным и посвежевшим. И очень удивлялся, что его бросились искать. Дескать, другим в лесу гулять можно, а мне почему нельзя? На вопрос, а как он нашёл дорогу обратно, ответил, что ему какой-то дядя показал, куда надо идти, по какой лыжне. Причём дядя сперва поинтересовался, с кем малыш гуляет в лесу, кто его родители. Узнал, что брат гуляет один, но ничто его не смутило, он не бросился проводить малыша домой, он просто указал ребёнку нужную лыжню. Блин, железные нервы/яйца у мужика. Ну, или он просто бессердечный и чёрствый душою человек. Всё равно, спасибо и ему! В общей сложности младший брат гулял в заснеженном лесу чуть больше 3-х часов. Целых 3-х часов! Мать, наверное, дважды поседела за это время.
Всё-таки хорошо в деревне жить. Лес рядом, чистый воздух, люди добрые и участливые. В конюшнях (или хлевах, но это слово явно не прижилось в деревне) - братья наши меньшие. Всегда есть свои молоко, мясо, яйца. Правда способ, каким образом домашние животные превращаются в мясо, Васька воспринимал, как страшный сон. Животных просто убивали и разделывали, доставали кишки. Это просто кошмар был для Васьки. Ведь он, когда был маленьким, чесал поросятам животы и за ушами. Поросята чуть ли не мурлыкали от удовольствия. Он гладил козлят и ягнят по голове и проклёвывавшимся рожкам. Козлята тёрлись об него, прямо как кошки. С ними даже можно было играть. Например, бегать наперегонки, или слегка бодаться. Васька смешно пародировал домашних животных, и мелкие из них подходили к Ваське и заглядывали ему в глаза, тщетно пытаясь понять, что же сказал им этот смешной человечек. Что он предлагает, поиграть или покушать? Кроме петуха остальные животные были у Васьки в друзьях. А поведение петуха было просто асоциально. Он всегда, когда встречал Ваську, с особой жестокостью нападал на ребёнка. Громко кукарекал и очень больно клевался. Васька боялся петуха, как чёрт ладана. Даже из дома не выходил, пока петух был где-то рядом, или только в сопровождении взрослых. Ну ладно, одноклассники побивали Ваську, им простительно – они чужие. А этот-то петух – свой, родной. Васька никогда не обижал и не топтал кур, за что его клевать? Т.к. взрослые не всегда были рядом, Васька стал выходить во двор с палкой. Он бил нападавшего петуха со всей силы, на которую только был способен. Получив жёсткий отпор, петух вроде бы отставал, но только до следующего выхода Васьки в свет. И история повторялась – петух нападал, а Васька отбивался палкой. Ну вот есть у петуха мозги или нет? Человек бы уже давно отстал, а эта скотина ни в какую. Одним словом, куриные мозги у этого петуха. Ну дрался бы с другими петухами, а не с маленьким ребёнком. Такими же ненавистными тварями были соседские гуси. Ладно петух нападал один, но гуси нападали всей стаей! И щипали Ваську за ноги и задницу больнее, чем заклёвывал петух. От стаи палкой не отобьёшься. Васька с громким рёвом, весь в слезах и соплях, бегством спасался от разъярённой стаи пернатых бандитов. Блин, хоть из дома не выходи! По настоятельной просьбе Васьки мать заколола петуха. Васька потом ел варёного петуха с особенным удовольствием. Прямо как в песне Высоцкого «аборигены съели Кука, кто уплетёт его без соли и без лука, тот станет сильным-смелым, навроде Кука». А вот есть своих маленьких друзей (поросят, козлят и ягнят) Васька категорически отказался. Он не ел мяса до 16 лет. Может поэтому до этого возраста Васька был маленьким, худеньким, как велосипед, болезненным ребёнком. Но, как говорится, голод не тётка, и пришлось Ваське, будучи учащимся техникума, а потом и студентом, есть любое мясо. Если была такая возможность…
Когда наш герой пошёл учиться в первый класс, школа показалась ему ну просто огромной! Огромные колонны поддерживали треугольный портик. Снаружи на стенах располагались барельефы с непонятными фигурами: какие-то бородатые мужики, какие-то нимфы, ангелы крылатые, невиданные животные, типа кентавров, очень много розеток с цветами. Над центральным входом был барельеф пятиконечной звезды внутри звезды Давида. Но звезда Давида сливалась с общей побелкой здания, а пятиконечная звезда сияла красной блестящей краской. Она сразу привлекала к себе внимание, и остальные барельефы, тоже побелённые, уже не так уж и бросались в глаза. Если бы ещё добавить (это Васька так себе дофантазировал) стеклянные витражи на окнах, и купола с крестами на крышу, то школа была бы похожа на средневековый храм. А пока это был храм Образования, где учителя пытались культивировать детям разумное, доброе, вечное. С некоторыми детьми такой фокус у учителей проходил, но большая масса детей вырастали в несчастных, замордованных непосильным трудом взрослых, заливающих своё никчёмное существование водкой. К счастью, к моменту превращения учеников во взрослых тружеников, учителя уже покидали стены этой школы и не видели результаты школьного воспитания. Точнее, не видели отсутствие результатов школьного воспитания. Большинство учителей были приезжими из города, и воспринимали работу в поселковой школе, как ссылку, как необходимую отработку после окончания преподавательского учебного заведения. Перед школой было что-то типа летнего сада. Стройными рядами стояли несколько деревьев различной породы. Никакого беспорядка и запустения. Даже клумбы с цветами присутствовали. И огромный плакат с изображением родины-матери и словами: «Ценою слёз и материнской боли война была оплачена сполна. Мы память свято чтим и не позволим, чтоб разразилась новая война!»
Внутри школа была гораздо проще, чем снаружи. Никаких непонятных изысков. Всё чинно и благородно, как в коммунальной квартире. На стенах встречались стенгазеты отдельных классов. Пол, окна, двери, парты – всё было покрашено свежей краской. Детей было видимо-невидимо. Стоял непрерываемый ор. Ученики бегали туда-сюда, некоторые были вовлечены в какие-то игры. Но чистота в школе поддерживалась неукоснительно. Спасибо за это тёте Гале – крепко сложенной женщине, работавшей в школе уборщицей. Она даже проживала в самой школе, что было для Васьки настоящим открытием. Как и почему человек может жить в школе? Уборщица была очень строгой, и не только с учениками. Даже некоторые учителя её слегка побаивались. Тётя Галя покрикивала (негромко) на провинившихся, по её мнению, нерадивых учителей, и даже на директора школы. Но всегда, по справедливости, а не по причине, например, скверного характера. Ну а как не быть скверному характеру, если тётя Галя всю жизнь прожила без мужика! Муж ведь нужен как раз именно для того, чтобы вываливать на него свой скверный характер, а на людях быть милой и обаятельной. Почему известно, что всю жизнь тётя Галя без мужика? Потому что никто в посёлке не помнил времена, когда бы тётя Галя не работала уборщицей в школе. Она всегда была на виду, и знала всех, кто когда-либо учился или преподавал в этой школе. Чересчур расшалившихся или агрессивно ведущих себя учеников уборщица могла сбить с ног броском мокрой тряпки с 30 метров! Она же подавала звонки на перемену и на урок, и никогда не ошибалась по времени. Можно было по её звонкам сверять свои наручные часы учителям.
Учителя хоть и сеяли разумное, доброе, вечное, но встречались ученики, которые доводили учителей до белого каления. Их учителя призывали к соблюдению порядка ударами линеек или указок по голове. А тётя Галя могла и шваброй огреть по хребтине. И никто из нарушителей порядка никогда не жаловался на своих учителей родителям. Потому что родители уважали учителей и могли дома добавить наказания своим детям за непослушание, в самой жёсткой форме. Грубо говоря, родители и учителя выступали единым фронтом за образование детей! В тайне надеясь, что образованные дети взрослыми не будут работать на тяжёлых работах или сидеть по тюрьмам.
Почему по тюрьмам? Да потому что первоначальный контингент жителей посёлка составляли так называемые спецпоселенцы! Спецпоселенцы – это люди, ставшие чем-либо неугодными советской власти. Либо это раскулаченные крестьянские семьи, которых сослали на Урал. Либо уголовники, сосланные в спецпоселение после отбытия срока в лагере. Либо скрывающиеся от советского правосудия потенциальные зэки. Причём ближайшие населённые пункты, градообразующим предприятием которых являлись леспромхозы, в основном тоже являлись бывшими спецпоселениями. Как потом, в далёком будущем, узнал Васька, Урал и Казахстан были самыми насыщенными спецпоселениями территориями Советского Союза.
Ваське безумно нравилось учиться, всё поглощать и поглощать новые знания. Делать для себя всё больше открытий. Учился он настолько хорошо, можно сказать, играючи, что однажды учителя предложили ему пройти ускоренный курс обучения - за год проходить программу сразу двух классов! В его школе уже был подобный опыт, почему бы не повторить? Но сначала Васька должен был сдать экзамен, по результатам которого можно будет судить о готовности Васьки ускоренно обучаться. Толи Ваську учителя чересчур загрузили большой ответственностью за результаты экзамена, толи задачи были слишком сложные, тем более ещё и из не пройденного материала, но Васька позорно экзамен провалил! И хотя учителя успокаивали Ваську как могли, мол ничего страшного, просто для тебя в общем-то ничего не меняется, но Васька сломался. Он готов был провалиться сквозь землю в тартарары. Ему казалось, что теперь не только одноклассники, но и вообще все жители деревни будут показывать на него пальцем, и обидно обзываться. Ничего такого, конечно, не случилось (кто вообще мог знать об этом экзамене?), но Васька после такого обширнейшего (как ему казалось) провала стал учиться спустя рукава. Решил для себя, что выше головы всё равно не прыгнешь, так что нечего жилы рвать. Уже взрослым он оценивал такой экзамен, как глобальную ошибку учителей. Не надо было проводить никакого экзамена! Надо было тихой сапой давать Ваське этот самый ускоренный курс обучения, и он бы справился! Васька нисколько в этом не сомневался. К детям, да и вообще к людям, нужно подходить индивидуально. Учитывать их характер, обстановку в семье и школе, тягу к знаниям, ну и способности, естественно. И ещё обязательно надо учитывать знак Зодиака, под которым человек родился. Иногда от человека втёмную можно добиться гораздо больших результатов, чем если посвящать его во все детали. Жёны так нередко используют своих мужей. И жёнам хорошо, и мужья стараются.
В школе был большой спортзал. Настолько большой, что когда проводили общешкольную линейку, то все классы вместе с учителями помещались в нём. И было всё необходимое оборудование для баскетбола, волейбола и спортивной гимнастики. Т.к. Васька был небольшого роста, то баскетболом он вообще не интересовался. А волейболом перестал интересоваться после одного случая. В волейбол после школьных уроков и рабочей смены на предприятии приходили поиграть как бывшие ученики школы, так и некоторые взрослые жители посёлка. Васька примкнул к одной из команд. А в команде соперников был парень, который очень мощно вводил мяч в игру. Настолько мощно, что не каждый мяч после такого удара можно было принять. Ну и случилось то, что должно было случиться – мяч полетел как раз на Ваську. Ладно бы Васька просто отбил мяч в сторону или в пол, это полбеды, никто бы и не осудил. Но Васька умудрился пропустить мяч между своих рук, и получил бешено летящим мячом удар в лицо, прямо в лоб. Удар был настолько сильным, что Васька получил контузию, да ещё упал, как подкошенный. Дальше Васька долго не приходил в сознание, потому что шлепки ладонью по лицу не приводили к результату, только нашатырный спирт хоть как-то оживил Ваську. Но, по законам жанра, этот самый нашатырный спирт под рукой сразу не оказался, попытки найти его в школе тоже не увенчались успехом. Кто-то сбегал к ближайшему к школе дому, и забрал там нашатырь. Васькина контузия напугала всех до икоты – никогда ещё в истории посёлка игра в волейбол не сопровождалась несчастным случаем. Для себя Васька решил, что игра в волейбол ему, наверное, не подходит.
Почему-то все подвижные игры для Васьки частенько заканчивались плачевно. Например, на развалинах старой школы прыгали сверху вниз, и только Васька умудрился проткнуть себе правую ступню гвоздём на вылет. Бр-р-р! На это даже страшно было со стороны смотреть, а не только чувствовать. Или, качались на качелях. Васька умудрился попасть в зону поражения качелей, получить углом скамейки в лицо, ну и рассечь бровь пополам. Естественно, контузия, относительно быстрая эвакуация в травмопункт, не приходя в сознание (пришлось везти аж в город), ну и больнющее зашивание брови. Спасибо нашим докторам. Васька потом почти всё лето ходил с нехилым фингалом и выглядел как панда на один глаз. Смешной такой…
Васька решил заняться относительно безопасным (как ему в начале показалось) видом спорта – спортивной гимнастикой. Ну прям не настоящей гимнастикой, а просто стал посещал секцию гимнастики при школе. Её вела учительница физкультуры и немецкого языка. В основном это были разминки. Васька тогда был очень гибким – мог «поцеловать» большой палец на ноге, и даже закинуть ногу за голову. Ну и на турнике пытался повторить за учительницей хоть какие-то элементы. Так вот, Васька решил на турнике сделать «солнышко» — это, «сидя» на перекладине, делать обороты вокруг перекладины, удерживаясь руками за перекладину. Ну, или так: «Солнышко» на турнике — упражнение, при выполнении которого спортсмен совершает движения туловищем вперёд. Что может быть проще? Васька на перекладину сел, но не удержал первоначального равновесия и свалился назад, воткнувшись головой в пол (накрытый матом). Это было просто ужасно, это даже хуже контузии. Было не просто больно, а было ощущение, что голова провалилась внутрь тела до самого пупа. Ваську начало тошнить и «ломать». Опять нашатырь, лежание на скамейке, поглаживание головы рукой учительницы, слова сочувствия. Как всегда.
_ Сам до дома дойдёшь?
_ Попробую.
_ Ну давай собирайся, я тебе помогу. И иди домой, там отлежишься.
Зашибись! Ваське было очень плохо. Он мог и не дойти до дома самостоятельно. Но никто не вызвался его сопровождать – пропадай ни за грош, именинница…Отлежался, конечно, но и с гимнастикой пришлось завязать. Создавалось впечатление, что после школы Ваське надо было никуда не идти, а пристегнуть себя ремнями к стене, и ничего не делать!