Да, временами - и довольно часто - человек об этом задумывался. По дороге на работу и обратно. На выходных.
- Слушай, а почему у вас, у русских, так много разводов? - спросил его как-то коллега. Из "приезжих".
- Чего тебя так волнуют наши разводы? - человек вдруг почувствовал, что начинает заводиться. - Ты бы лучше про другое думал. Почему вы каждый раз бардак оставляете после себя - плёнку, мусор, картон? Что, трудно дойти до ящиков и всё туда убрать? Вот лучше бы этим ты себе голову занимал. А с нашими разводами мы как-нибудь сами разберёмся.
"А ведь это ты злишься от того, что сам разведённый, - думал человек уже после разговора. - Не в бардаке же дело, просто мизантропия в тебе копится. И чем дальше, тем больше. Вон на другого коллегу сорвался тоже. Хотя он первый всю эту бучу поднял: чего-то, говорит, ты долго с этим порядком возишься; раз-раз - и всё.
Ну, тут у меня шторка и упала. Что, спрашиваю, "раз-раз, и всё"? Это вы только гадить можете быстро, и причём все и помногу. ЗасRали тут всё, и это, по-твоему, за пять минут можно убрать?
Ну, давай, - ноги в руки и вперёд. А я на тебя посмотрю.
- Ты зачем такой злой?
Злой, ага. А почему они говорят о злости только тогда, когда получают отпор в ответ на свою агрессию? Почему своей злости не видят? И начальник туда же: злой ты, говорит, Семёнов, так тебя в коллективе любить никто не будет.
А не надо, говорю, чтобы меня любили. Мне надо, чтобы со мной считались. Чтобы у нас был порядок, и чтобы в душу ко мне не лезли.
Вот! Я же их не ломаю под себя. А по-настоящему, если человек злой - он будет преследовать, долбить, прохода не давать, гадить всячески, нападать. Или же будет улыбаться и как бы дружить - а исподтишка будет интриговать.
А тут ещё кладовщица эта... Ну, не хочу я на неё злиться, она же не фашист какой, человек же. А как по-другому? Если начинаешь рядом с ней вести себя спокойно, ровно, даже доброжелательно - обязательно нападёт. Обесценит твою работу, ковыряешься, скажет, тусишь тут, толку от тебя... Ещё и начальству наступит, что на перекурах я просиживаю по полчаса, а где там полчаса? Максимум пятнадцать минут. И я не просиживаю, я всегда в работе, причём сам за работу берусь, не жду, когда носом ткнут. Только ей это всё равно, она себе вбила в голову, что я плохой работник, и всё тут. И бесполезно стараться, доказывать ей, по-человечески относиться.
Только когда настроишь себя агрессивно, когда ходишь рядом с ней со сжатыми кулаками и оскаленными зубами - да, тогда она не лезет. Молчит, стороной обходит. Но ведь это тоже не дело - так жить. Или это и должно так быть на работе с некоторыми людьми: homo homini lupus est и никак иначе? Иначе просто тебя сожрут и не поперхнутся? Это ты всё мучаешься сомнениями, а эти наверняка ничего, спят спокойно; для них это родная стихия - гавкаться и кусать..."
Обо всём этом Семёнов размышлял по дороге с работы домой. Но вот дорога закончилась. И он так и не смог решить, злой он или нет.
Завтра - новый день, может быть, он что-то прояснит...
_________________________
Автор - Тимофей Михайлов (г. Самара)