Тоска не шумит. Она не приходит с бурей, не разбивает сердце в дребезги. Тоска сидит в тени. Тихо. Она ждет, когда ты останешься один, и тогда – выходит из темноты и садится рядом, не прося разрешения.
Скучать по человеку — это не просто помнить его. Это жить в мире, где его дыхание все еще колышет воздух, но ты не можешь этого почувствовать. Тоска — это предательская рука, которая тянет тебя сквозь расстояния и годы, напоминая, что любовь не измеряется близостью.
Мы привыкли заполнять тишину словами, шумом и чужими жизнями. Но тоска учит молчанию. Она говорит: «Слушай». И если осмелишься слушать, услышишь, что боль — это тоже форма любви. Боль — это ее тень.
Восточные поэты верили, что сердце — это сад, а тоска — дождь. Без дождя не расцветет ни один цветок. Может быть, именно поэтому боль так ценна: она возвращает вкус жизни, омывает ее от пыли суеты.
Я скучаю не просто по человеку.
Я скучаю по миру, который оживает, стоит мне оказаться рядом с этим человеком.
Я скучаю по глазам, в отражении которых я был живее, чем сейчас.
Я скучаю по тишине, в которой наши души говорили друг с другом.
Каждый раз, когда вечер опускается на город, я чувствую легкое жжение на кончике носа — как в старом азербайджанском присловье.
Значит, этот человек подарил нечто большее, чем просто эмоции. Ведь, что такое эмоции? Летний дождь – мягкий и нежный, но совсем непродолжительный.
Этот человек вплел в полотно моей жизни красивейший узор. Нити новых, неизведанных чувств вонзились в мою судьбу, изменив весь вектор жизни.
Но сейчас я собираю пыль былых дней. Бережно храню, словно золото восточных королей. Я одинок, но в одиночестве нашел странное утешение: раз боль так глубока, значит, счастье когда-то было безмерным.
И этот человек — он все еще где-то живет в тебе: в привычке пить горячий чай, обжигая губы, но согревая сердце. В привычке касаться своих запястий, когда увлечен разговором.
Тоска не враг. Она — тонкая струна, протягивающаяся из прошлого, обволакивает тебя, дает надежду. Тоска держит дверь открытой в тот мир, где когда-то было тепло. И, может быть, именно благодаря ей ты все еще умеешь любить — даже если любить теперь некого.