Многого я от этой поездки не ждал. Фотки, что находил в интернете - рисовали в моём воображении что-то унылое, безликое. Ну раз уж в лесу стоит особняк - смотреть определённо надо. И я определённо не пожалел, ибо сильно ошибался насчёт безликости и унылости этого дома.
Итак, усадьба Niemen Hovi. Или же, как её называют у нас, усадьба Крузеля. Собственно, Ялмар Крузель - говоря современным языком - был топ-менеджером нефтяной компании в конце 19в- начале 20 веков. Ялмар родился в 1856 году в Санкт-Петербурге в семье Густава Крузеля и Анны Линдаль. Вот только настоящим отцом был знаменитый Людвиг Нобель - изобретатель, промышленник, старший брат и партнер основателя Нобелевской премии. Какие времена, такие и нравы. Людвиг своего внебрачного сына не бросил, наоборот после смерти жены взял к себе на воспитание и приобщил к семейному бизнесу. Сказать по правде, я зачитался биографией Крузеля. Его жизнь была похожа на какое-то кино типа "Волка с Уолл-стрит". Короче, всем рекомендую ознакомиться.
Но сейчас речь не о самом Ялмаре... Уже в начале 10х годов он становится более, чем состоятельным человеком-и строит себе виллу к северу от Санкт-Петербурга, поближе к своей исторической родине - Швеции. До 1912 года на месте современного главного дома находилась деревянная усадьба. Яльмар решил вместо старого дома построить новый особняк в стиле северного модерна, и еще никому не известного, конструктивизма.
Материалы подобраны самые передовые, бетонные конструкции с наполнением из бетонных блоков, похожих на современные газобетонные блоки. Перекрытия строились из местного кирпича с клеймом Savikko. Этих кирпичей там и поныне - куча.
О внутренней отделке сложно судить, так как за 100 лет от нее мало что сохранилось. На отдельные элементы, которые каким-то чудом дожили до наших дней, явно намекают, что по внутреннему убранству и красоте отделки усадьба могла поспорить, как говорится, с лучшими домами Лондона и Парижа. Например тяжёлая , приятной фактуры голубая плитка , обломки которой мы нашли на балконе, площадью со школьный коридор с клеймом Villeroy Boch. Это один из старейших производителей керамики, работают ,кстати, до сих пор и имеют штаб-квартиру в Германии. Или же кусок мраморного пола, еле выглядывающий из- под толстенного слоя бетонного крошева и мусора, щедро заполняющим все поверхности старого здания. Огромной высоты потолки.
На втором этаже - шикарный, массивный, огромный по площади балкон. Дырки сквозные в полу кое-где. Колонны и граффити. Сюр... Когда мы забрались на остатки третьего этажа и подошли к краю-закружилась голова. Казалось, Мы стоим на высоте этажа седьмого-восьмого, но никак не третьего. Кстати, обратите внимание на фото, где мой друг Никитос стоит в лесу. Так вот, это не лес. Ныне так выглядит верхний этаж виллы Крузеля. Ей-богу, заблудится можно...
После того Ялмар умер в Хельсинки в 1919 году, наследники продали усадьбу. Новые хозяева превратили её в лечебницу. И так вплоть до 1939 года, когда сюда пришли советские войска, дом так и оставался-медицинским учреждением восстановительного типа. Наши не стали мудрствовать лукаво - и также сделали из бывшей усадьбы дом отдыха "Строитель".
Безусловно, жаль, что именно строитель, а не поэт или художник, ибо именно в этот период шикарному зданию - гармоничному и красивому на какой-то чёрт приделывают уродскую кирпичную пристройку, сильно изменившую фасад и впечатление от дома в целом. А дальше, всё традиционно до зубовного скрежета. Время идёт, пролетарии качественно тусят в шикарном доме отдыха. А потом наступает перестройка. И всё умирает. Предприятия загибаются, путёвки не выдаются, дом остаётся без присмотра. Соответственно, тут же начинается варварская мародёрка. Всё что железное - спиливается, вырывается, отковыривается. Всё остальное - ломается, разрушается и испоганивается. И вот перед нами-лишь труп. Труп шикарного здания. Здания исторического, красивого. Но никому не нужного. Сколько ему осталось? Наверное, немного.
И это именно тот случай, когда так хочется ошибиться. Едем дальше.