Знаешь, что общего у страхов и холодильника ночью? Они оба внезапно открываются, и ты смотришь внутрь — а там ничего хорошего. Только тухлые «а что если», вчерашние «вдруг я не справлюсь» и трёхлитровая банка тревоги. Давай-ка я выдам тебе аптечку, которая работает именно в эти три часа ночи, когда мир кажется пустым, муж храпит, кот под боком хрустит кормом, а твой мозг ведёт заседание Совета Катастроф. Проснулась и думаешь: «Завтра всё рухнет». Берёшь этот внутренний голос и превращаешь его в рыночную тётю: — Ой, милая, рухнет у тебя только резинка в трусах, если ещё шоколадку сожрёшь! Понимаешь? Когда страх звучит смешно, он перестаёт пугать. Лежишь, сердце колотится. Вставай! Нет, не в марафон — пару приседаний, отжиманий от стены или танец «кто я и что я делаю в три ночи». Тело получает сигнал: ага, мы живы, мы двигаемся. Мозг такой: «Эм… ладно, тревога отменяется». Берёшь бумажку, пишешь: — Что случится завтра? И отвечаешь максимально тупо: — Я съем бутерброд. — Придумаю ещё одну