Забудьте всё, что вы знали о русском роке. До них он был другим: серьёзным, задумчивым, бронзовым от пыли питерских подвалов и московского курева. Он говорил о свободе шепотом и мерял боль метрами текстов. А потом пришли ОНИ. С гитарным войом, скрипом виселицы и пляской скелетов. Они не пришли — ворвались, сокрушая устои. Их звали «Король и Шут». И они навсегда изменили звучание целой страны.
Не рок, а театр ужасов: Рождение нового языка
До КиШ бунт был философским. Цой пел про перемены, Шевчук — про любовь и волю. Но Михаил Горшенёв и Андрей Князев нашли другой ключ к сердцам — готический. Они взяли за основу не Битлз или Цоя, а сказки братьев Гримм, фильмы ужасов и панк-рок.
Их хитами стали не песни о любви, а баллады о ****:
· Вампирах-неудачниках («Проклятый старый дом»);
· Маньяках-гобоях («Кукла колдуна»);
· Восставших мертвецах («Лесник»);
· Прокаженных и душегубах («Прыгну со скалы»).
Это был шок. Это было неприлично, странно и до невозможного затягивающе. Они доказали, что можно быть глубоким, не теряя хулиганской ухмылки, и пугать, оставаясь по-настоящему лиричным.
Не песни, а сериалы: Как КиШ воспитали целое поколение
Они были не просто группой. Они стали ****:
· Первым русским хип-хопом для панков: их сложнейшие, рифмованные истории заучивались наизусть и пересказывались на переменках. Тексты Князева — это готовые сценарии для фильмов, до которых не додумался бы ни один голливудский сценарист.
· Главными мотиваторами для гитаристов: их риффы, отточенные до идеала гитаристом Яковым Цвиркуновым, стали гимнами для миллионов, впервые взявших в руки инструмент. Это был не блюз, не классический рок — это был чистый, заряженный адреналином панк-н-ролл с солью славянского мистицизма.
· Театром одного актера: Концерт КиШ — это было не выступление, а шабаш. Горшок не пел — он проживал каждую песню, кривляясь, падая, сводя с ума публику. Он был тем самым Шутом, который смеялся над смертью прямо ей в лицо.
Они вытащили русский рок из подвалов на самые большие стадионы, не предав его духа. Они сделали альтернативу — мейнстримом.
Наследие монстров: Что осталось после бала
Их больше нет. Трагичный уход Горшка в 2013 году поставил точку в истории. Но их тень до сих пор накрывает всю российскую музыку.
Они породили волну: Посмотрите на современную сцену!Без КиШ не было бы:
· «Ленинграда» с его эпатажем и народной эстетикой.
· «Арии» и «Кипелова», которые стали смелее экспериментировать с концепциями.
· Скримо- и панк-сцены, которая перестала бояться быть яркой и концептуальной.
· Десятков групп, от «Анимации» до «Дикой Мяты», которые продолжают традицию storytelling’а в музыке.
Они доказали, что можно быть успешным, не играя по правилам. Что можно петь о самом тёмном и быть при этом невероятно популярным. Что наша культура — это не только тоска и степь, но и богатейший пласт мифов и страхов, из которого можно делать взрывную, современную музыку.
Они не просто изменили музыку. Они подарили целому поколению билет на свой личный Хэллоуин. Где можно прыгать по сцене, орать про упырей, и в этом будет больше правды и жизни, чем в самых пафосных балладах.
Включайте «Ели мясо мужики». Сами всё поймёте. До сих пор звучит как манифест.