Найти в Дзене
Книжная околица

Очень сильное впечатление на меня произвело это эссе Андреа Дворкин о домашнем насилии

Очень сильное впечатление на меня произвело это эссе Андреа Дворкин о домашнем насилии. Про Дворкин в своей книге писала Лэнг, исследуя её биографию и феминистские взгляды, которые оказали сильное влияние на фем сообщество 20 века. Очень важно для контекста, что Дворкин сама пережила страшное насилие в браке, будучи запертой в чужой стране для неё - Нидерландах без возможности покинуть её. Ты разучиваешься говорить, потому что речь перестает что-либо значить. Если ты произносишь слова и рассказываешь, что тебя истязают, и кто, и демонстрируешь явные следы мучений, и с тобой обращаются как будто ты это выдумала или как будто это неважно или как будто это твоя вина или как будто ты дура, которая ничего не стоит, тебе становится страшно пытаться сказать хоть что-то. Ты больше не можешь ни с кем говорить, потому что тебе не помогут, и, если ты будешь рассказывать, это человек, который избивает тебя, будет мучить тебя сильней. Когда уходит речь, твоя изоляция становится абсолютной. В мире

Очень сильное впечатление на меня произвело это эссе Андреа Дворкин о домашнем насилии. Про Дворкин в своей книге писала Лэнг, исследуя её биографию и феминистские взгляды, которые оказали сильное влияние на фем сообщество 20 века. Очень важно для контекста, что Дворкин сама пережила страшное насилие в браке, будучи запертой в чужой стране для неё - Нидерландах без возможности покинуть её.

Ты разучиваешься говорить, потому что речь перестает что-либо значить. Если ты произносишь слова и рассказываешь, что тебя истязают, и кто, и демонстрируешь явные следы мучений, и с тобой обращаются как будто ты это выдумала или как будто это неважно или как будто это твоя вина или как будто ты дура, которая ничего не стоит, тебе становится страшно пытаться сказать хоть что-то. Ты больше не можешь ни с кем говорить, потому что тебе не помогут, и, если ты будешь рассказывать, это человек, который избивает тебя, будет мучить тебя сильней. Когда уходит речь, твоя изоляция становится абсолютной.

В мире бесконечных цитат я постаралась выбрать лучшую цитату, иллюстрирующую отчаяние Дворкин. О чём-то подобном писала Оксана Тимофеева в своём вступительном эссе к книге «Мальчики, вы звери»: жертва насилия молчит не только потому, что боится преследований, но еще и потому, что боль, которую она испытала, превратила ее речь в неартикулированный животный крик или вовсе лишила речи.