Доброе утро, мои родные.
Ну, доброе — это громко сказано. Проснулась я, как и положено героине дня, с молитвы. Да-да, та самая минута тишины, когда ты шепчешь что-то вроде: «Господи, дай мне сил прожить этот день достойно». Это мой ритуал. Духовная опора. Без неё я бы уже давно взяла метлу и улетела на ней в закат.
* * *
Зарядка — быстро, но честно. Потому что если я её не сделаю, то весь день буду чувствовать себя сломанной куклой из детского сада.
Чай с мёдом — обязательный пункт. Как будто он даёт мне право считать, что я забочусь о себе. Хотя на самом деле я просто пью его и одновременно ищу второй ботинок сына.
* * *
А потом — БАЦ! — все планы летят к чертям. Вместо школы — поликлиника. Вся семья в сборе, как на параде. Прививки от гриппа. Я, честно говоря, уже начала воспринимать Сакмарскую ЦРБ как свою вторую семью. Там всё быстро, по-человечески, без истерик и очередей, как будто медсестры знают, что у меня через два часа марафон, а у мужа — тренировка. Спасибо вам, добрые люди. Вы — свет в моём сумасшедшем графике.
* * *
Дорога в Оренбург. Забираем дочь из университета. Она умная, красивая, самостоятельная... и снова вынуждена помогать маме. Я смотрю на неё и думаю: «Вот сейчас она достанет листок, напишет „Манифест угнетённых детей“ и начнёт революцию». Я же, по сути, рабовладелец в свитере с оленями. Но кто же скажет «нет» маме?
* * *
Дома — минтай на сковороде, пюре как у бабушки (ну, почти как у бабушки), салат с помидорами, которые с грядки, домашние и сочные.
* * *
А тут ещё Маська — наша кошка — прибегает вся мокрая, как будто только что переплыла океан. Мои дети поднимают вой: «Надо забрать всех котят и маму домой! Они же замёрзнут!»
Я стою с половником и думаю: Только не это...
Но нет. Трое -за! Мой голос ничего не решил. Потому что иначе будет бунт и, возможно, импичмент.
И вот они все — грязные, мокрые, мяукающие. Греются. Мурчат. А я смотрю на них и понимаю: «Они меня победили. И, Боже мой , я счастлива».
* * *
Потом — тренировка с партнёрами. Обсуждаем график интенсивов. Я сижу и понимаю, что уже путаюсь: вторник или четверг? Утро или вечер? Кто кого куда приглашает? Голова — как перегруженный Wi-Fi. Хочется закрыть глаза и сказать: «Да ну его, пусть само рассосётся».
* * *
Но одна из партнёрш делится своим способом планирования. Я записываю. Мысленно ставлю галочку: «Завтра всё соберу. Иначе выгорю так, что даже пепла не останется».
* * *
А в 20:00 — марафон.
И тут — волшебство.
Камеры включены.Микрофоны открыты.Люди говорят.Смеются.Делятся.Один участник присоединился впервые — и сразу в тему.
Я сижу и чувствую, как внутри разливается что-то тёплое.Не стресс.Не усталость.
А — радость.
Потому что они доверяют.Потому что они делают домашнее задание.Потому что они растут.
И я хочу им крикнуть:
«Вы делаете это не для меня! Вы делаете это для себя! Чтобы через месяц вы не сказали: „Ну, я пыталась, но ничего не вышло“. А чтобы вы сказали: „Я сделала это. Я смогла. Я — другая“».
Эфир закончился в 22:00.
Сын уже спит. Я подхожу к нему, целую в лоб. Он поворачивается, бормочет: «Мам…» — и снова засыпает.
Я ложусь. Уставшая. Перегруженная.
Но — живая.
Целая.
Счастливая.
Девочки, послушайте меня.
Если сегодня у вас тоже был такой день — когда всё пошло наперекосяк, когда вам пришлось быть и мамой, и тренером, и спасателем, и координатором, и психологом, и рабовладельцем, и жертвой кошачьего заговора, —
вы — героини.
Неважно, успели ли вы сделать всё по плану.
Важно, что вы делали.
Что вы держались.
Что вы не сдались, даже когда хотели просто лечь и не вставать.
Я веду этот дневник не для того, чтобы показать идеальную жизнь.
Я веду его, потому что знаю: вы тоже просыпаетесь с мыслью: «Как мне всё это выдержать?»
И я хочу, чтобы вы знали:
Вы уже вытягиваете.
И вы не одни.
Я рядом.
С чаем, с минтаем, с кошками и с планами, которые постоянно рушатся.
Подписывайтесь.
Читайте.
Делитесь.
Потому что вместе мы — не просто женщины.
Мы — движение.
И пока мы дышим, мы растём.
А завтра — суббота.
И там у меня точно будет новый бардак.
Но я уже знаю, что справлюсь.
А вы?