- По-прежнему ощущаешь себя сибиряком?
- Конечно, хотя я уже 27 лет живу в Калининграде, но первые и самые важные годы моей жизни прошли в Сибири. Здесь я родился, учился, ушел на военную службу и с восторгом вернулся из неё. Здесь, в Сибири я влюбился, женился, здесь родился мой первый ребенок и первые похороны близких людей тоже были здесь. Свои первые спектакли в кемеровском театре «Ложа» я поставил в Сибири. Все важные в жизни первые открытия были тут и это уже не поменяешь.
Ментально я и вся моя семья остаются сибиряками на самом западе страны, в русском эксклаве. Мне даже сын, который вообще-то родился в Калининграде, говорит, что ощущает себя сибиряком, хотя видел Сибирь наездами уже в сознательном возрасте.
Он ощущает эту разность семейных укладов, эту чисто сибирскую способность помогать друг другу, дружить, ортодоксально держать слово, выполнять свои обещания, хотя это часто не стыкуется со здравым смыслом. А самое главное, сын говорит, что видит, как мы, сибиряки, мгновенно принимаем решение и даже если оно неправильное, умудряемся настаивать на нём.
- Мы с тобой находимся в считанных годах от 60-летнего юбилея, который до повышения пенсионного возраста считался важной вехой в жизни русского мужчины. Ты думаешь, как встретишь юбилей, готовишься к нему?
- Нет. Вообще не готовлюсь, не думаю, полное собрание сочинений издавать не собираюсь – пусть этим занимаются другие, после. Я живу, работаю, играю спектакли. Сейчас, правда, мне больше нравится писать пьесы, ощущать себя драматургом и иногда режиссером-постановщиком, если у меня появляется такая возможность и такой театр, который позволяет мне ставить мои пьесы как я хочу.
Одно время мне нравилось сочинять большие романы, но со времени последнего, который называется «Театр отчаяния», прошло 5 лет, и я пока не ощущаю в себе сил и самое главное замысла, чтобы написать новый. Заставлять себя бессмысленно. Опыт показал, что замысел из себя не выдавишь, он должен прийти, как пришел замысел спектакля «Когда я боюсь»
- А как пришел замысел попробовать себя в жанре Жванецкого?
- Во-первых, Михаила Михайловича нет уже 5 лет. Он ушел в 2020-ом, а через год я сделал первую программу монолог-концерт «Порядок слов», потому что жанр, изобретенный Жванецким, писатель с листочком у микрофона, должен жить. Такого больше нигде в мире не делают. Во-вторых, у меня всегда было много маленьких текстов, которые люди не могут прочитать, потому что они слишком коротки. Человек не успевает в них вчитаться, прочувствовать. Поэтому, кстати, великих романов гораздо больше, чем великих рассказов. Я собрал эти короткие тексты в один концерт и понял: работает! В-третьих, Михаил Михайлович всегда говорил: вот я уйду, а Женя будет продолжать работать в моём жанре. И если уж говорить о свершениях к юбилею, то мечтаю выступить в зале Чайковского, любимом зале Жванецкого, куда собиралась на его концерты невероятная, читающая, думающая и при этом хохочущая публика.
- Сейчас говорят, что Жванецкий и Гришковец положили начало эре стендапа в русской культуре.
