Найти в Дзене
Галина Терпицкая

Про маяк

Гера пил. Держался месяц, другой, а потом что-то у него внутри давало сбой и он уходил в запой на несколько дней. Постепенно теряя человеческий облик, исчезал в мутной пелене алкоголя, в которой не было ни времени, ни будущего. Пил не потому, что у него были проблемы в жизни или беды великие на его буйную головушку свалились. Просто нравилось. Нравился вкус спиртного, обжигающего горло и манящее чувство легкости после него. Но каждый раз после эйфории наступала пустота и невыносимый стыд, который хотелось заглушить. И все начиналось по новой. Жена с ребенком ушли первыми. Когда уже не было сил терпеть. Молча собрали вещи и навсегда закрыли дверь в его жизнь. Потом отвернулись друзья. Дольше всех за него боролись родители. Но тоже проиграли битву с алкоголем. Тяга к спиртному оказалась сильнее семейных уз. На работе уже в открытую говорили об его увольнении. А Гера продолжал пить. В его квартире больше не пахло домашней выпечкой и вкусной едой, появился отвратительный запах перегара, де
Иллюстрация создана с помощью нейросети, специально для рассказа "Про маяк" ©Галина Терпицкая, 2025
Иллюстрация создана с помощью нейросети, специально для рассказа "Про маяк" ©Галина Терпицкая, 2025

Про маяк

Гера пил. Держался месяц, другой, а потом что-то у него внутри давало сбой и он уходил в запой на несколько дней. Постепенно теряя человеческий облик, исчезал в мутной пелене алкоголя, в которой не было ни времени, ни будущего.

Пил не потому, что у него были проблемы в жизни или беды великие на его буйную головушку свалились. Просто нравилось. Нравился вкус спиртного, обжигающего горло и манящее чувство легкости после него. Но каждый раз после эйфории наступала пустота и невыносимый стыд, который хотелось заглушить. И все начиналось по новой.

Жена с ребенком ушли первыми. Когда уже не было сил терпеть. Молча собрали вещи и навсегда закрыли дверь в его жизнь. Потом отвернулись друзья.

Дольше всех за него боролись родители. Но тоже проиграли битву с алкоголем. Тяга к спиртному оказалась сильнее семейных уз. На работе уже в открытую говорили об его увольнении.

А Гера продолжал пить. В его квартире больше не пахло домашней выпечкой и вкусной едой, появился отвратительный запах перегара, дешевых сигарет и грязных вещей.

Мутный свет фонарей расплывался в серой пелене осеннего дождя. Ноги в кроссовках давно промокли, тонкая куртка совершенно не спасала от холода, а дорога домой казалась бесконечно длинной. Геру шатало от количества выпитого алкоголя и ноги постепенно становились ватными и слабыми. Пока в какой-то момент окончательно не подкосились, и Гера упал возле старой сломанной лавочки во дворе какой-то пятиэтажки. Сил, чтобы подняться уже не было.

Редкие прохожие равнодушно проходили мимо: кому охота поднимать грязного мужчину с таким «амбрэ», что и на метр подойти противно. Сразу видно—алкаш!

И в какой-то момент Гере вдруг стало страшно. По-настоящему страшно, до липкого холодного пота, в секунду покрывшего все тело, до сотни молоточков бешено колотящих в виски и разрывающих сердце. Дыхание сбилось, И, как вспышка в голове мысль: «А, что, если это конец? А вдруг так и найдут—мертвого, безымянного, всеми забытого и никому не нужного?» Гера хотел крикнуть: «Помогите!», но из губ вырвался только тихий хрип.

И вдруг кто-то наклонился над ним. Чьи-то сильные и теплые руки подняли его, поставили на ноги, бережно поддерживая и не обращая внимание ни на отвратительный запах, исходящий от Геры, ни на его грязную и мокрую одежду. Гера поднял голову и встретился взглядом с незнакомцем, смотревшим на него с невыразимой болью и сочувствием, без единой капли брезгливости. Казалось, что этот человек видит его насквозь.

— Ты всего лишь заблудился, — тихо сказал незнакомец. — Потерял свой ориентир в жизни. Так иногда случается. Но только от тебя зависит какую жизнь ты проживешь: счастливую и светлую, добившись всего самостоятельно или не проживешь, однажды захлебнувшись в собственной рвоте.

Окна домов светились теплом и уютом. Дождь усилился и забарабанил по карнизам, зашумел в листве деревьев и забулькал по лужам.

— Знаешь, —продолжил незнакомец, — у каждого человека есть свой маяк, который ведет к мечте. У одних он горит ярко и освещает широкую и ровную дорогу. По которой человек легко и уверенно идет к своей цели. А у других свет маяка гаснет под ветрами сомнений и лени. Такие люди теряются в темноте и погибают, пускаясь во все тяжкие. Но и таким людям надо дать шанс исправиться. Потому что иногда достаточно одного крошечного огонька, чтобы разогнать тьму и указать верный путь.

Капли дождя ручейками стекали по Гериному лицу, смешиваясь с неожиданно хлынувшими слезами. Гера закрыл лицо ладонями и глухо зарыдал, судорожно вздрагивая всем телом. Еще секунду назад он едва держался на ногах, а сейчас он стоял под дождем, мокрый, дрожащий и протрезвевший. И слезы все текли и текли из глаз принося облегчение его измученной душе. И где-то там, в ее глубине вспыхнул маленький, робкий огонек.

— Как думаешь, он сможет снова зажечь свой маяк? — Монди сидел на парапете крыши, зажмурив глаза и подставив лицо холодным каплям дождя.

Майкл тяжело вздохнул и пожал плечами:

— Все зависит только от него самого. Нам остается только верить и ждать.

©Галина Терпицкая,2025

21.09.2025г.

Все тексты, фото-материалы и рисунки канала "Галина Терпицкая" являются объектом авторского права. Запрещается копирование, распространение или другое использование материалов без предварительного согласования с автором (правообладателем). Любое коммерческое использование запрещено!