Я пыталась выжить новую невестку из квартиры, но она оказалась крепким орешком

Из гостиной доносился ровный, спокойный голос моей невестки. Он действовал на нервы.

— Не выношу больше этого! — вырвалось у меня, и я шлепнулась на табурет, глядя на сына. — Твоя избранница просто невыносима! Юля была куда проще!

Артем отложил телефон.

— Мам, ты сама же твердила, что она абсолютно непрактичная плакса! Вы ссорились постоянно! Из-за этого мы и брак расторгли!

— В том-то и дело! — попыталась я объяснить. — Мы ругались, кипятились, а потом шли пить чай! Воздух очищался! А эта твоя Светлана… На нее не воздействуешь! Говорю ей что-нибудь колкое, а она смотрит на меня, будто я экспонат в музее.

С Юлей все было ясно. С первой же встречи мы не сошлись характерами. Она была эмоциональной, вспыльчивой — идеальная мишень. Три года их брака я получала истинное наслаждение, доводя ее до слез. В конце концов она не выдержала.

— Все, Тема, хватит! — заявила она как-то, собрав вещи. — Жить с твоей матерью выше моих сил. У меня от ее постоянных нападок здоровье пошатнулось. Лучше разойдемся.

Сын понимал ее. Он и меня пытался вразумить:

— Мама, оставь ее, ну пожалуйста! Зачем ты постоянно придираешься?

— Я не придираюсь, а делюсь опытом! — огрызалась я. — Она же ничего в жизни не смыслит!

После развода Артем долго был один. А потом привел Свету. Ее тихая уверенность пугала меня. Предупреждал же он:

— Мам, она… другая. Тебе с ней будет сложно.

— Разберемся, — улыбнулась я тогда.

Я приготовилась к бою, нацепив самое дорогое платье.

— Здравствуйте, Светлана. Прямо с огорода? — я окинула ее простой наряд уничижительным взглядом.

— Нет, я работаю из дома. Переводчик.

— Ага, понятно… — я протянула фразу. — У нас на ужин утка. Вы, наверное, предпочитаете бургеры?

— Утка — прекрасно, — согласилась она. — Только, пожалуйста, без горчичного соуса. Он перебивает вкус.

Я была разбита. Ее невозмутимость была крепчайшим щитом. Они поженились и поселились у меня. Я изводила ее по любому поводу: беспорядок, внешний вид, карьера. Все было тщетно. Она кивала, соглашалась или мягко парировала, оставляя меня в состоянии кипящей ярости. Я чувствовала себя беспомощной.

И вот сейчас, глядя на сына, я осознала свое поражение.

— Может, тебе в интернете кого-нибудь поискать? — вдруг предложил Артем. — Там полно сообществ, где можно поругаться вволю.

Идея показалась мне абсурдной, но отчаянной. Я завела аккаунт и погрузилась в пучину сетевых баталий. Я критиковала рецепты и рассказы, ругала советы по воспитанию, высмеивала чужой вкус . И вот в одной из таких перепалок мне ответил он — Виктор. Его комментарии дышали такой же едкой искренностью, что и мои. Мы сцепились, словно два бульдога. С каждым днем наши виртуальные стычки становились все азартнее, пока не переросли в странную переписку, а затем и в телефонные разговоры. Он оказался таким же одиноким скандалистом, как и я.

Через пару месяцев мы встретились в парке.

— Ну что, пошли, моя гроза? — он протянул руку.

Сын был в шоке, когда я объявила о своем решении.

— Мама, ты уверена? Вы же только в сети общались!

— Абсолютно, — ответила я. — Наконец-то я нашла человека, с которым можно по-настоящему ругаться. А потом мириться.

Теперь мы живем с Виктором. Мы бьем чашки, кричим из-за пустяков и хлопаем дверьми. А потом вместе варим борщ. И я по-настоящему счастлива.