ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
третий тост уходящего дня
20 лет назад ушел из жизни поэт-фронтовик Григорий Поженян, служивший во время обороны Одессы командиром разведки в Отряде особого назначения. Тяжелораненого капитан-лейтенанта, прорвавшегося из окружения, подобрали со шлюпки в открытом море катерники. Но матери уже успели сообщить, что сын «погиб смертью храбрых, похоронен в Одессе на Сухом Лимане».
На мемориальной доске в доме на улице Пастера, 27, где размещался Отряд, - его фамилия в списке погибших…
Мне посчастливилось увидеть Григория Поженяна в «Комсомолке», куда 9 мая его пригласила коллега по отделу информации, - он был другом ее семьи. Коренастый, пожилой мужчина с хитрющими глазами… Уже много позже узнал от Татьяны Конецкой – ее муж-писатель дружил с поэтом – что Поженяна, закончившего войну в Белграде и награжденного орденом Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны I степени и «Южным бантом» - медалями «За оборону Одессы», «За оборону Севастополя» и «За оборону Кавказа», представляли к званию Героя Советского Союза.
Но награды он не получил, потому что приказал выбросить за борт десантного катера струсившего замполита...
«Он остался самим собой и после войны, - писала Татьяна Конецкая в журнале «Родина», - когда поступил в Литературный институт. Оттуда его выгнали «за пособничество буржуазному формалисту и космополиту Павлу Антокольскому». На собрании студент Поженян заявил: «Я нес книгу этого поэта на груди, когда шел в бой. На фронте погиб сын Антокольского, он не может защитить отца. За него это сделаю я. Я не боюсь. Меня тоже убивали на фронте. Вы хотели, чтобы я осудил своего учителя? Следите за моей рукой!» - и сделал неприличный жест...»
Те, кто сегодня уходит в разведку, подтвердят непростую правду фронтовика Поженяна:
- Вернешься - ты будешь героем,
ты будешь бессмертен, иди! -
И стало тревожно, не скрою,
и что-то кольнуло в груди,
и рухнул весь мир за плечами:
полшага вперед - и в века...
Как это непросто - в молчанье
коснуться рукой козырька…
