Упокой, Господи, души усопших раб Твоих
Возглашение в православной панихиде
.
У русских не было недостатка в храбрости, они держались до конца, но не проявили инициативы и предприимчивости
Элиас Вильсон, английский историк
.
Но если так нужно – возьми наши жизни...
Вперёд!
На погибель!
Вперёд!
Матрос А.Затёртый
Предыдущие части:
часть 1
часть 2
Если не затруднит, просьба к Читающим прочесть самый первый, после эпиграфов, абзац в первой части.
Я достаточно хорошо помню своё детство, в том числе раннее, но не могу вспомнить, когда впервые я узнал о Цусиме. Зато, что очевидно, я помню, как в мои студенческие годы по третьей программе Польского радио совершенно замечательной человек пан Стефан Высоцкий, журналист и яхтсмен, вёл среди прочих циклов своих передач передачу "Дружественная ладонь", Przyjazna dłoń. В конце каждой он давал адреса инвалидов, которые хотели бы переписываться по интересам. Мне было двадцать лет, когда желание установить почтовый контакт высказала пани Данута, интересовавшаяся русской литературой. Я написал. Пани Данута по состоянию здоровья не окончила русскую филологию Люблинского университета, была парализована и жила под Люблином в доме опеки. Я готов был поехать навестить её, но она ответила, что не в том состоянии, чтобы принимать гостей. По переписке я узнал, что её дедушка Павел Кречунеско родился в Гродно, по отцу наполовину молдаванин и в детстве несколько лет жил в Кронштадте. Его отец, прадед пани Дануты, был военным врачом и погиб при Цусиме. В годы нашей переписки интернета не было в помине. Я жил в Варшаве. То не слишком многое, что я знал тогда о Русско-японской войне, я пани Дануте писал. В результате она прочла в польском переводе роман "Цусима" Новикова-Прибоя.
Десятилетия спустя я стал бывать в Центральном военно-морском архиве в Петербурге. Это абсолютный кладезь с исключительно доброжелательными сотрудниками, среди которых с большущей искренней благодарностью я хочу упомянуть прежде всего Елену Викторовну Никандрову, а также Ирину Вячеславовну Осадчую и Раису Яковлевну Павленко. Там, а также в документах Гродненского университета я нашёл прадеда пани Дануты.
Константин Николаевич родился в городке Оргеев, ныне Орхей, Бессарабской губернии, ныне в Молдавии. До окончания Военно-медицинской академии в Петербурге он год служил в Абиссинии, ведшей тогда войну с Италией, и получил ордена абессинский и русский. По возвращении окончил академию и был распределён в пехотный полк в Гродно. Там познакомился и женился на уроженке Гродно, у них родился сын Павел, после чего Константина Николаевича перевели в морское ведомство в Кронштадт. С началом формирования Второй Тихоокеанской эскадры его назначают на броненосец "Наварин". Сцена прощания с ним пятилетнего сына, разрыдавшегося в голос несмотря на ласковые заверения родителей, что папа сплавает и вернётся, осталась в памяти Павла Константиновича на всю жизнь и была рассказана внучке Дануте, родившейся после всех пертурбаций двадцатого века в Польше и решившей изучать русский язык.
Броненосец "Наварин", спущенный на воду в 1891 году, имел главной особенностью то, что его четыре трубы располагались в вершинах воображаемого прямоугольника. Такая конструкция на флотах мира не была в то время чем-то совсем необычным, но в России других похожих кораблей не было.
В Цусимском бою с погибшего "Наварина" в живых остались три матроса.
Окончив Варшавский университет и затем восемь лет поработав журналистом Польского агентства печати, я отбыл в Лондон. Там в течение одного лета я жил, снимая комнату в двухкомнатной квартире, у княжны Наталии Григорьевны Гагариной, ей было под девяносто. Она девочкой уехала с родными из России во время гражданской войны, окончила созданную в Чехословакии русскую гимназию и в 1939 году окончательно обосновалась в Англии. Квартира находилась в свыше часа езды от моего колледжа, где я учился английскому, а преподавал русский и польский, и с началом учебного года мне пришлось переехать, но потом в течение нескольких лет я раз в две недели приходил к Наталии Григорьевне убирать квартиру, она платила мне по существующим расценкам и дополнительно кормила обедом, за которым мы много друг другу рассказывали. Так я узнал о том, что отец Наталии Григорьевны князь Григорий Григорьевич Гагарин погиб при Цусиме со всем экипажем на броненосце "Император Александр III". Наталия Григорьевна родилась после ухода Второй эскадры на Дальний Восток, и она никогда не видела своего отца. Из-за всех исторических перипетий у неё не сохранилось ни одной его фотографии. Спустя десятилетия я увидел его портрет в книге "Цусима. Хроника-реквием".
Прошло ещё двадцать лет. Будучи в Риге, я узнал о самом, с большой вероятностью, старшем участнике Цусимского сражения. Среди участвовавших четырёх русских адмиралов самый старший, контр-адмирал Дмитрий Густавович Фелькерзам, родился в 1846 году. А кондуктóр Иван Фёдорович Гуров в 1842-м. Кондуктóр – самое высокое унтер-офицерское звание на Российском Императорском флоте, кондуктóры носили мундиры офицерского кроя. Иван Фёдорович родился в Севастополе и в возрасте двенадцати и тринадцати лет принимал участие в его обороне во время Крымской войны. По-видимому он в составе Второй Тихоокеанской эскадры единственный участник той севастопольской обороны. Во взрослом возрасте стал военным моряком. Когда на рубеже 1904 и 1905 годов в Кронштадте формировался Отдельный отряд (Третья Тихоокевнская эскадра) для отправки под командованием контр-адмирала Небогатова вдогон в помощь Второй эскадре, Иван Фёдорович был призван в звании кондуктóра из запаса и назначен на буксирный пароход "Свирь". К большому сожалению, фотографий Ивана Фёдоровича я не нашёл.
У "Свири" долгая и богатая жизнь. Пароход родился в Голландии в 1891 году и получил название "Zwarte Zee" – "Чёрное море". Через одиннадцать лет поменял флаг на немецкий, а ещё через два, в 1904 году, был куплен Россией для включения в отряд адмирала Небогатова, как буксирное и посыльное судно. При Цусиме спасал, поднимая из воды, моряков затонувших кораблей и, уцелев, ушёл в нейтральный Шанхай. По окончании войны служил на Дальнем Востоке, потом, когда в России угасала гражданская война, ушёл с последним отрядом кораблей под Андреевским флагом в филиппинскую Манилу, там был продан, сменил следующие три флага, и в 1947 году ещё служил портовым судном в Гонконге. Дальнейшая его судьба требует новых поисков.
На "Свири" Иван Фёдорович в числе тридцати пяти членов экипажа был после командира и старшего офицера третьим по старшинству. Его вспоминает с большущей симпатией служивший с ним на "Свири" старшим офицером кресовянин Антон Станиславович Кашкель, после революции живший в Латвии.
И ещё один человек, по следам которого я ходил в сто двадцатую годовщину Цусимы, – в 2019 году я узнал, что в дошкольном возрасте не раз видел участника сражения и даже немного с ним разговаривал. Это рядовой матрос с броненосца "Ослябя", спустя одиннадцать лет кондуктóр, а в годы Великой Отечественной войны герой Ладожской флотилии Василий Александрович Никитин. О нём рассказано в моей предыдущей записи, она была ко Дню Победы.
~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Тот, кто жив, жив по-прежнему участник Цусимы это бронепалубный крейсер первого ранга "Аврора". Он родился – сошёл на воду – одиннадцатого, по новому стилю двадцать четвёртого мая 1900 года. По классу бронепалубных крейсеров это не был очень большой корабль. В Цусимском сражении на пределе возможностей участвовал в бою первого дня, затем с двумя другими крейсерами сумел уйти на Филиппины. В бою погиб замечательный командир крейсера капитан первого ранга Евгений Романович Егорьев.
27 мая, в день годовщины первого дня сражения, я отправляюсь в Кронштадт. Так выглядит моё вооружение:
Храм очень большой. Внутри по периметру за исключением алтарной части установлены доски с именами всех погибших офицеров Русского флота с момента его создания государем Петром. В частности –
Соответственно –
А на канун три свечи – за всех павших цусимцев, их 5016, и всех русских моряков унесенных Русско-японскою войною, их около семи тысяч:
ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ
Морской собор Святителя Николая Чудотворца главным фасадом выходит на Якорную площадь. На ней памятник командующему Тихоокеанским флотом, выдающемуся военно-морскому теоретику и научному исследователю вице-адмиралу Степану Осиповичу Макарову, погибшему на флагманском броненосце "Петропавловск" во время обороны Порт-Артура. Соответственно –
АДМИРАЛУ
Степану Осиповичу
МАКАРОВУ
Въ 1911 году камень этотъ по Высочайшему
повѣлению поднятъ изъ воды въ настоящемъ видѣ
на рейдѣ Штандартъ и переданъ для сего памятника
– × –
Памятникъ освященъ 24 iюля 1913 года въ
присутствiи Его Императорскаго Величества
Государя Николая II
„ПОМНИ ВОЙНУ“
Ять – ѣ – читается, как "е". Помни войну – фраза самого адмирала.
Дальше – в парк Петра Великого. Там на набережной тоже памятник – морякам Русско-японской войны. Дополнительное моё вооружение это в сумке лампады.
На памятнике две доски. Одна в старой русской орфографии, слабовато разбираемая, у меня заняло около минуты, чтобы прочесть: "Верхняя часть камня, поднятаго изъ воды по Высочайшему повѣлению на рейдѣ Штандартъ въ 1911 году. Нижняя часть находится подъ памятникомъ адмиралу Макарову". После Великой Отечественной войны добавлена другая доска:
Памятник смотрит на набережную южной кронштадтской гавани:
В конце августа 1904 года здесь стояли собирающиеся в дальний путь корабли Второй Тихоокеанской эскадры. Здесь же, вернувшись, в последние годы жизни любил гулять старейший участник Цусимского сражения, мальчиком участник обороны Севастополя в 1854-1855 годах, кондуктóр с буксироного парохода "Свирь" Иван Фёдорович Гуров. Его годы жизни – 1842-1911. Его младший по возрасту бывший сослуживец, старший офицер на "Свири", вспоминает, как в 1911 году они вместе смотрели на вошедший в гавань только что построенный новейший броненосец "Император Павел I". Сейчас, на фотографии, в гавани виден силуэт учебного корабля Балтийского флота Новой России "Смольный".
На следующий день, годовщина второго дня сражения, отправляюсь в Александро-Невскую лавру. На её территории на Тихвинском кладбище три года назад после архивных поисков было определено место могилы, уничтоженной в годы богоборчества. Не сохранилось изображений её первоначального вида. Ныне там деревянный православный крест. И цветы с лампадами.
Слишком адмирала хаяли в советское время. Для интересующихся – очень интересная статья Андрея Колобова о действиях адмирала во главе Второй Тихоокеанской эскадры здесь. А вся биография – в прекрасно написанной книге:
Аналогично кронштадтскому Никольскому морскому собору в Петербурге находится –
В прилегающем к собору сквере 14 (27) мая 1908 года, в третью годовщину битвы, был открыт обелиск в память о погибшем со всем экипажем, 967 человек, броненосце Гвардейского экипажа "Император Александр III". Одною из присутствующих на открытии была вдова младшего инженер-механика, поручика по морской части князя Григория Григорьевича Гагарина княгиня Анна Николаевна Гагарина урожденная Львова, мама Наталии Григорьевны, с которой я был хорошо знаком и одно лето у неё жил в Лондоне.
Через три года после открытия обелиска, 14 (27) мая 1911 года, в шестую годовщину, в месте, где Ново-Адмиралтейский канал подходит к Большой Неве, была освящена и открыта церковь Гефсиманского борения Христа Спасителя, популярно называемая храмом Спаса на Водах, и посвященная погибшим при Цусиме.
В 1932 году храм был разрушен. Сегодня там небольшая часовня Спаса на Водах. Существуют планы воссоздания храма, действует общество, объединенное этой идеей, его возглавляет невероятный энтузиаст Владимир Александрович Богданов.
28 мая 2025 года – суббота. В ярком солнце на территории, окружающей часовню, проходит торжественный сбор парадных колонн двух петербургских высших мореходных училищ, военного и гражданского, с подъёмом флага и военно-морским оркестром.
Потом строй курсантов проходит маршем под оркестр. Далее, в частности, –
В заключение в находящемся рядом (виден на фотографии с оркестром) доме Комитета восстановления храма Спаса на Водах проходит для почётных гостей небольшой приём.
Там же, в главном помещении, находятся совершенно удивительные вещи. После разрушения храма место это вошло в состав территории завода, рядом с которым храм был возведён. В Новой России, когда строилась ныне стоящая часовня, в земле были обнаружены уцелевшие элементы убранства, в том числе практически не поврежденный лик Спасителя. Вот он:
~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Одним из самых чтимых в Польше событий в её истории и наиболее важных факторов, из которых вырастает польский патриотизм, является Варшавское восстание: 1 августа – 2 октября 1944 года. На обелиске, где каждый год первого августа ложится неисчислимое количество цветов и венков, высечена латинская фраза: GLORIA VICTIS – слава поверженным. В истории России, к великому счастью, тяжёлых поражений несопоставимо меньше. Цусима – вне всякого сомнения: СЛАВА ПОВЕРЖЕННЫМ.
То, что меня влечёт к этому событию, – прежде всего, героизм и трагизм тех русских моряков; во имя Бога, царя и отечества они приняли всё, им ниспосланное. Героизм и патриотизм вызывают безграничное уважение. С давних пор, когда я начал в мундире польского скаута ходить по историческим местам, во мне сильна мысль: отдающие жизнь за свою страну в последние мгновения вполне могли думать: "Пусть о нас помнят". Цветы, лампады и эта большая статья – помню о вас. Мне очень нравится английское выражение actively remembering, активно помнить. То есть что-то делать во имя памяти; а ТАМ откликнется. В этом нет ничего особенного: море цветов у обелиска GLORIA VICTIS в Варшаве первого августа, у могилы Неизвестного солдата в Москве девятого мая и там же в декабрьский день памяти защитников Москвы, и многое, многое другое – то же самое. В дополнение – эпоха рубежа девятнадцатого и двадцатого столетий меня влечёт сама по себе. В том числе относящиеся к ней военные корабли. В своё время я восхищался, как дети, встречаясь поиграть, смотрят на собираемые карты с изображениями покемонов, это сказочные существа такие, передают их друг другу, и вся игра – смотреть. Аналогично я часами могу рассматривать фотографии, картины и модели кораблей столетней и более давности. Мне интересны их судьбы, как, конечно, в равной степени судьбы тех, кто на них служил, тем более, что судьбы людей обычно богаче.
В связи с этим, испытуя терпение Читающих, статья обретёт ещё одну, четвёртую и последнюю часть – о встрече через века с двумя участниками сражения. Это тоже были поездки.
В память о героях Цусимы.
окончание в части 4