В магазине стояла красивая женщина, рассматривала косметику. Правда, красивая. Волосы золотистые, уложены безупречно. Фигура красивая, сапожки элегантные на стройных ногах. И ухоженное лицо, идеальный макияж, над которым на славу потрудились. Женщина стояла как статуя. Как прекрасная статуя красоты.
И зашли две девчонки, смешливые, совсем юные, лет восемнадцати. В бесформенной одежде, в ботинках грубых на платформе. Юркие, стройные, быстрые такие. В юности человек проворный и быстрый... Девочки болтали и выбирали дешевую косметику. Звонкие голоса, хоть и старались тише говорить.
И женщина сразу стала античной статуей. Нет, она не потеряла красоту. Красота осталась, как в древних статуях. Но это была другая красота. И сразу стало ясно, что это немолодая женщина. Хоть и красивая.
И женщина смотрела на девушек печально. Она понимала. Понимала тщетность усилий, - их так много приложено. А красота стареет.
Знаете, красота тоже стареет, как стареют полотна живописцев, теряя краски, покрываясь сеткой трещинок... Как у Мопассана, когда возлюбленная художника надела точно такое платье, как у дочери. И встала рядом двадцатилетней дочерью, - как бы играя; найди отличия!
Он сразу нашел. Одна ослепительно юная. Другая - увядающая... И лучше бы было матери не играть в эту опасную игру. Отличия видно сразу, как только рядом появляется настоящий юный...
Это печально. И гнаться за юностью не надо. Все говорят о "культе молодости", мол, сейчас молодость в моде. Неприлично быть пожилым. Приходится скрывать свой возраст, молодость желанна. Ей поклоняются. Она оттесняет на второй план тех, кто молодость утратил...
Цветаева в начале тридцатых в Париже именно это и писала. Мол, кругом культ молодости. Общество требует быть молодым.
Видите ли, ей просто так казалось. Как и нам. Это она менялась. Как и мы. Это особенность восприятия. Вот и все. Нет никакого культа молодости. Просто наших ровесников становится меньше. А молодых - больше. Просто мы сами были молоды. А теперь - нет. И появилось великое множество юных лиц, - мы их замечаем, потому что сами уже немолоды...
Красивая женщина улыбнулась. И лицо ее осветилось. Оно не стало моложе. Оно стало еще красивее, - словно Афродита улыбнулась. Ей было приятно смотреть на юных девушек. И она забыла о своей маленькой печали. О сравнении. Потому что была истинной красавицей. Настоящей. Настоящие красавицы видят красоту других. Умеют любоваться без зависти...
Да и чему завидовать? Мы съели свои конфеты. И горькие пилюли проглотили. Получили сполна поцелуев и ударов жизни. Покрасовались в модных одеждах. Пощебетали звонкими голосами. Покрасились дешевой косметикой, - так ведь?
А теперь мы в другом времени. В другом возрасте. И слишком огорчаться не надо. Мы просто замечаем юные лица, новые, ясные и сияющие. И мы были такими. А теперь мы другие. Юность громче говорит, энергичнее двигается, - вот и кажется, что она оттесняет тех, кто уже немолод.
Это не так.
И красивая женщина взяла дорогую пудру. И правильно. И самую лучшую тушь. И отлично. И неяркую помаду. Время ярких помад прошло. Заплатила и ушла. И кассир негромко сказала другой: "Какая красивая женщина!". И была совершенно права.
Сравнивать не надо. Надо оставаться собой. Лучшим собой, развивая свои лучшие качества. И спокойно принимать новые периоды жизни. И благодарить за них. Потому что не всем повезло дожить до нового возраста и новой жизни. И далеко не всем удалось получить подарок жизни - красоту возраста. Иную красоту, которая приходит на смену сияющей красоте юности.
Этот подарок получают те, кто принял новый период жизни. И радуется юности других без тени зависти. И сравнивать не надо. Надо уметь любоваться, чтобы сохранить свою красоту…
Анна Кирьянова