К событиям 3-4 октября 1993-го года.
Приближается очередная годовщина трагического октября 1993-го года. Я уже писала об этом событии https://dzen.ru/a/YVx_WtxvygDadsE8 . Выкладывала и статью участника тех трагических событий, Сергея Георгиевича Кара-Мурзы https://dzen.ru/a/YVx8-sF8-TP9vvcV . Но время не стоит на месте. И я узнала новые факты. Обнадёживающие.
В выкладываемой мною ранее статье С. Г. Кара-Мурзы, в частности, написано:
Я думаю, главное, чему послужила стойкость наших
соотечественников, это то, что не удалось вселить в нас леденящий страх и не удалось стравить людей по политическим признакам. Особенно
натравить граждан на армию.
Вот, вечером 28 сентября от посольства США на блокаду Дома Советов России передвигался батальон дивизии им. Дзержинского. Толпа ревела им: «Фашисты! Фашисты!»
Я подошёл поближе и смотрел в лица солдат, одетых в каски и бронежилеты. Это были мальчики, все как один худые, щуплые, с русскими лицами, неспособными скрыть никакое чувство. В глазах их застыл ужас. Ужас перед тем, что им могли приказать сделать.
Когда передние ряды ревевшей толпы, придвинувшейся к колонне, увидели глаза этих солдат, многие женщины заплакали. Они стали совать солдатам яблоки и сигареты. Им было жалко этих вооружённых детей гораздо больше, чем самих себя. Кто из них за Хасбулатова, кто за Ельцина? Это же чушь. Все видели: это две родные части одного народа, которые заталкиваются подлыми политиками в какую-то страшную мясорубку. Да, русские люди не могут организоваться, чтобы умело этому противостоять. Но душу свою они вам, господа, не продали (кое-кто из любопытства отдал даром, но это другое дело).
Да простит меня Сергей Георгиевич, но то, что он описал, это уже не Советская Армия! Худые, щупленькие мальчики с ужасом в глазах... А женщины им из жалости яблоки и сигареты суют... А в моей памяти Советская Армия отпечаталась американцами, которые из ложного страха нападения советских роют у себя убежища; специалистами, которые в горячих точках планеты учат местных обращаться с новейшей и сложнейшей техникой; всесильным спецназом, который с надеждой ждут воюющие во Вьетнаме, Египте, Сирии и вообще по всему свету; кого сами власти-союзники приглашают в Афган; почитают и уважают в ГДР и других процветающих благодаря советскому солдату социалистических странах. То есть Советская Армия впечаталась в моё сознание чем-то очень мощным и уважаемым, тем монолитом, благодаря которому я могла спокойно спать и заниматься своими делами, не опасаясь, что на меня, на мою семью, на моих близких кто-то нападёт или унизит. А тут... Нет, хорошо, конечно, что не дошло до стрельбы по женщинам, но ведь удел Армии этих женщин защищать, а не стоять с ужасом в глазах, что не пришлось бы ещё и стрелять в них...
Советская Армия ВОВ и сразу после
А как сам же С. Кара-Мурза описывает Красную-Советскую Армию своего детства и юности в другой своей статье https://webkamerton.ru/2018/02/krasnaa-armia-nuzny-novye-podhody-k-ee-istorii ? Есть ли хоть что-то похожее на приведённое выше описание ИМ ЖЕ "Советской Армии" 1993-го года?
Около базара был госпиталь, ходячие раненые приходили с кружками, покупали молоко и кусок хлеба и, не торопясь, пили молоко. Все на них смотрели с такой любовью, что базар становился каким-то священным местом, у меня были моменты счастья видеть это, хотя я это не понимал.
<...>
В 1944 г., уже в Москве, мы тоже бегали стайками. На закате девушки в гимнастерках вели огромные аэростаты, потом они поднимались в небо. А на Белорусский вокзал часто шли полки на фронт, как на подбор, подготовленные. Полк шел с песнями, с такими замечательными суровыми голосами, всю жизнь это помним. Мальчишки маршировали рядом, а на тротуарах стоял народ.
<...>
Масса демобилизованных военных разошлась по всем нишам общества и сразу как будто влила чудесную энергию – мужчины и женщины, совсем молодые и пожилые. У всех начался новый период жизни.
<...>
Но главное, во все сферы пришла общность, получившая особое образование – войной. Они получили драгоценные, оплаченные большой кровью фундаментальные навыки. Я бы выделил такие: мышление, направленное на объективность, истину; навык создать образ реальности с ее динамикой и неопределенностью (как в штабе на «ящике с песком»); умение рассчитать силы и время; ответственность и готовность к необходимому бою (разного типа). В школу, в наши классы, пришли не менее 7 офицеров (два были еще в форме – физик и литератор, подполковники). Они очень хорошо вели курсы, но главное, они нам замечательно, коротко и ясно, объясняли, как надо принимать вызов какой-то сложной ситуации¬ – хладнокровно, расчетливо и смело. Все в классе были им за это благодарны (школа еще мужская). Их уроки, думаю, многим помогли в жизни.
Но и потом все мы были близки к армии, прислонялись разными боками. В 8 классе я пошел в автомобильный клуб для подростков, ездили на полуторках, все инструкторы пришли из армии, нас обучали с радостью и дотошно. А теорию преподавал старик, полковник, он солдатом-шофером участвовал в прорыве Брусилова. Потом в Красной армии. Он нам давал живую историю на фоне развития автомобилей и на Западе, и в СССР. Армия нам передавала свой опыт, смыслы и новые знания, непосредственно.
В вузе мне посчастливилось. Военная кафедра – это второй университет. Лекторы – полковники, после войны, вышли из разных военных академий. Методология военных областей была крайне полезна для науки вообще, особенно для обществоведения, но, кажется, у гуманитариев этого не преподавали. Так и остались незакрытыми провалы. Не менее полезна была практика, вел молодой майор, он был курсантом Подольского училища – и сразу в бой, прошел всю войну. Преподаватель и методолог блестящий. Он объяснял тактику и функции офицера, и коротко добавлял образы реальных ситуаций из его опыта.
После 4 курса мы выезжали на сборы в армию, прошли все сжатые практики, в конце участвовали в штабном учении со всей техникой и стрельбой. Это была веха в жизни многих, у меня – наверняка. Я бы отметил сержанта нашего взвода. Это был человек не просто достойный и обученный, но я и мои друзья согласились, что это был необычный талант. Можно было бы сказать много. Например, он умел так приказать, что весь взвод кидался на задание с радостью. Как возникает такое состояние? Но главное, он объяснял то, что мы должны были делать – так, что все мы, даже тугодумы, сразу понимали, как будто мы долго тренировались. Он сам нам показывал нужную операцию и говорил таким языком, что наши руки и ноги как будто понимали его жесты и слова. У нас в МГУ был замечательный профессор математики – он говорил и писал на доске, и все становилось понятным и близким. Я товарищам сказал, что видел только двух таких человек, и они согласились. Можно сказать, у этого сержанта был философский камень Красной армии.
О Советской Армии октября 1993 года
Описанная Сергеем Георгиевичем Кара-Мурзой военная структура из "щупленьких мальчиков" напротив Дома Советов, это - уже не Советская Армия, а то, во что её удалось превратить "перестроечным" подлецам от журналистики и идеологии, которые накачивали общество причитаниями, типа, что служба в Армии не имеет смысла, что солдаты всего лишь обязаны исполнять приказы, а приказы-то - преступные и прочими подленькими статейками, в то время как политическое руководство страны, во главе с Горбачёвым (потом Ельциным) умело подставляло Армию на каждом шагу и делало её козлом отпущения всех своих антинародных инициатив (Литва, Карабах и пр., пр., пр....). Армии, защищающей устроителей государственного переворота, возле Дома Советов тогда вообще не должно было быть. Не для войны с гражданским народом своей страны она создавалась...
Тем отраднее мне было узнать, что в те трагические дни возле Дома Советов была и действительно Советская Армия.
По воспоминания участника тех событий Ивана Кузьмича Полозкова, Руцкой, по какому-то недоразумению оказавшийся в роли вождя защищавших остатки советского строя людей, о неких воинских подразделениях, якобы уже подходящих к Дому Советов им на подмогу, заверял тогда собравшихся у Дома Советов людей неоднократно.
Происходившие тогда у Дома Советов события были ни чем иным, чем государственным переворотом со стороны Ельцина и его клики и, соответственно, дававшие присягу на верность СОВЕТСКОМУ строю, бойцы Советской Армии и должны была встать на сторону его защитников. Однако, по воспоминаниям участников, возле Дома Советов Армию видели среди защищавших тех, кто, наоборот, совершал государственный переворот. И, возможно, не только в виде солдатиков с застывшими от ужаса глазами...
Государственный переворот - неординарная ситуация и тут уж офицерам приходится выбирать - ждать приказа от тех, кто, возможно, сам изменил присяге или сохранять верность присяге и советскому строю. И ведь были, были те, кто выбрал присягу! Советские солдаты, чей подвиг тогда пытались замолчать и оболгать, да и сейчас рады бы придать забвению...
К моменту начала октябрьских событий 1993 года капитан-лейтенант И. В.
Остапенко являлся помощником по работе с личным составом командира роты
69-ого испытательного центра морской и космической разведки ВМФ РФ,
находившегося в военном городке Ногинск-9. В политических партиях и организациях не состоял. Имел восьмимесячную дочь Наташу.
Согласно сайту "Часовой истории" https://dzen.ru/a/Y2t0rQt1DjNSvx12?ysclid=mfs61yfw9x929522192 , события развивались так:
Остапенко вместе с другими военнослужащими с тревогой наблюдали по телевизору трансляцию событий, которые разворачивались возле здания Верховного Совета РСФСР, известного как Дом Советов и Белый Дом.
-Бред, - воскликнул кто-то из присутствующих,- такого не может быть!
-Кто отдал приказ стрелять по зданию Верховного Совета? Это же переворот!
-Разберутся без нас. Армия не станет стрелять в своих.
-Как видишь, стреляют! Что нам делать, командир?
Остапенко, который до этого молчал, встал и сказал:
-Вы что, не понимаете? Это расстреливают Советскую Власть. Я еду туда, защищать.
-Командир, без приказа...
-Какой еще нужен приказ? Пока будет сидеть в казармах, дожидаться, там всех перебьют. Кто со мной?
В комнате повисла напряженная тишина. Происходящее казалось дурным сном, но весь ужас в том, что все это было наяву...
Остапенко по своей инициативе поднял по тревоге личный состав роты охраны.
-Товарищи матросы. По зданию Верховного Совета РСФС открыт огонь. Как советский офицер, который верен присяге, принимаю решение – идти на защиту Советской власти, - Остапенко сделал короткую паузу и закончил словами, о которых потом вспоминали, наверняка, многие из тех, кто не покинул
казармы, радуясь, что «оказались умнее», но эти слова будут жечь им
совесть до последнего дня их жизни:
-Обстановка до конца не ясна. Это может быть государственный переворот. Разберемся на месте. В такой обстановке у меня нет морального права – приказывать вам. Могу лишь сказать - пойдут только добровольцы. Времени на раздумья нет.
В отряде лейтенанта Остапенко был 21 человек. Была вскрыта комната для хранения оружия. Все вооружились автоматами. Однако на 22 бойца отряда оказалось всего сорок патронов, которые распределили между собой.
О дальнейшем историк Олег Николаевич Верещагин в 9-й лекции своего курса лекций по истории Армии СССР https://t.me/olegtambwolf/1884 рассказывает так:
На мой взгляд настоящим концом Советской Армии стало самое начало октября 93 года, потому что именно тогда в начале октября погиб старший лейтенант Игорь Остапенко.
Он служил в 69 испытательном центре морской разведки в Ногинске-9. Очередной почтовый ящик, очередной номерной город. Служил заместителем командира роста по политической части.
Вы знаете, что в октябре 93-го начали происходить события у Дома Советов. Это уже тоже совершенно
отдельный разговор, кто там кого стрелял, кто с кем воевал, кто такие вот Руцкой, Ампилов, Хасбулатов. Это отдельный, повторяю, разговор. Кстати, роль армии как таковой в этом конфликте вообще была минимальной. Там сражались люди зачастую к армии отношения не имеющие.
Так вот, 3 октября 1993 года Игорь Остапенко, узнав о том, что происходит в Останкино, обратился к своим матросам с призывом, желающим, добровольцам присоединиться к нему и на грузовом автомобиле отправиться в Москву на помощь защитникам Дома Совета. Человек не стал ждать приказа, а именно ожидание приказа в конечном счете погубило нашу армию. Человек отправился выполнять свою присягу. С ним оказались 22 добровольца, подчеркиваю добровольца, он никому не отдавал тоже в свою очередь приказ отправляться с ним, он собрал только добровольцев. С ним оказались 22 добровольца, и они на грузовике отправились в сторону Москвы выполнять долг военнослужащих Советской Армии.
Естественно, что о том, что старший лейтенант Остапенко едет в Москву с людьми и с оружием, было заранее сообщено. Дорога оказалась перекрыта ОМОНом недалеко от поста четвертой роты ДПС на Чкаловском шоссе. ОМОНовцев было около двухсот, то есть практически две полных роты. Само слово ОМОНовец уже вот как раз тогда начало превращаться в ругательство. Они открыли огонь по грузовику. Матросы стали отвечать стрельбой, но Остапенко приказал рядовым,понимая, что они погибнут напрасно, сложить оружие и выйти из машины. Ему тоже предложили сдаться, на что из грузовика раздался крик: "Советские офицеры не сдаются!" - и автоматные очереди. ОМОН буквально похоронил отважного офицера под градом свинца.
Вот для меня именно этот день является тем днём, когда погибла советская армия. Ночь с 3 на 4 октября 1993 года.
Память
После гибели Игоря Остапенко и прощания с ним, в гарнизоне, где он служил, его сослуживцам, под страхом увольнения запретили рассказывать о нём. Да и перед самим прощанием в часть сверху поступал приказ: никаких церемоний! Но все матросы подразделения пришли в помещение, где стоял гроб. И многие жители городка тоже пришли. Приехавшему из Чимкента забрать тело своего сына отцу лейтенанта Игоря Остапенко генерал Армии В.И. Варенников отдал свою Звезду Героя Советского Союза.
- Примите. Ваш сын достоин этого звания.
А сам отец на прощание сказал: «Пройдет не так уж много времени, и вы будете гордиться им»…
В Чимкенте, во время похорон за гробом шли тысячи людей – русские, казахи, узбеки…
Буквально с ноября 1993-го года, инициативная группа коммунистов из Российской партии коммунистов начала работу по увековечиванию памяти Игоря Остапенко. В 1997 году указом Постоянного Президиума Съезда народных депутатов СССР Сажи Умалатовой, И. В. Остапенко посмертно присвоено воинское звание капитан-лейтенанта и звание Героя Советского Союза. Инициативной группе под руководством члена Политсовета Российской партии коммунистов капитана О. Широкова, вместе с «Трудовой Россией» В. Анпилова и местной организацией КПРФ, удалось добиться положительного решения на установку памятного знака на месте гибели Игоря Остапенко. Средства на этот памятник собирали тысячи людей из 60 регионов России и нескольких Союзных республик. Нет ни одной бывшей советской республики, ни одного региона России, где так или иначе не откликнулись бы на этот призыв.
Памятный знак на месте гибели Игоря Остапенко был открыт 5 октября 1997 года. Несмотря на проливной дождь и на то, что мемориал находится почти в часе езды от Москвы и в 3 км. ходьбы пешком от станции - на открытие пришло много людей.
Над памятником взяла шефство одна из школ города Щелково. Местные жители обустроили мемориал, посадили цветы, проложили дорожки. За памятником следят, вырывают сорняки, меняют венки и делают другую работу.
Надежда. Возрождение взрастает из памяти
Закончить свою статью я считаю нужным очень правильной и обнадёживающей цитатой из той же 9-й лекции О. Н. Верещагина. Обнадёживающей, конечно, если воспринимать её как руководство к действию.
Вот, дорогие мои слушатели, мы с вами, что называется, пробежались по всей теме, начиная от возникновения наших вооружённых сил в далёких десятых годах 20 века и кончая гибелью нашей армии осенью 93-го года. Прошли по всем вехам действительно славного пути.
Действительно славного пути.
Вы можете мне сказать, особенно те, кто помоложе, кто слушает, скажут, но Олег Николаевич, это ведь история. Это действительно уже история.
Смотрите сами, 24 года прошло с момента, когда исчезла Советская Армия, 24 года, почти четверть века.
Но, дорогие мои слушатели, на самом деле история не уходит в никуда.
История – это всегда пример, история – это всегда руководство к действию.
Недаром в той же Германии в армии запрещены исторические названия немецких полков, в запасниках хранятся и не выносятся никогда знамена, покрытые славой. Даже знаменитый прусский гусиный шаг запрещен, да и само слово Пруссия никогда не упоминается.
Для того, чтобы уничтожить армию, и её славу, и её доблесть, что нужно сделать?
Вот мне многие отвечают, убить.
Нет, дорогие мои, нет.
Даже если вы убьёте всех, всех солдат, всех офицеров, если вы сожжёте знамёна армейские, уничтожите технику, раскатаете в блин государство, вы не уничтожите воинской славы.
Есть такой рассказ, казнь патриота. Маленький рассказик о том, как некое гипотетическое государство было захвачено врагами, и очень немногие, единицы буквально, сопротивлялись врагу с оружием в руках. И среди них был вот безымянный совершенно патриот, глава этого сопротивления. В конечном счете его выдал предатель, и человек этого повесили на площади. И он обратился к молчаливой толпе вокруг со словами, что вы предаете сами себя сейчас. Сами себя предаете.
Его казнь, то, как он умирал, обсуждается в одном из баров, люди его осуждают, говорят, что зря умер-то человек, ничего особо страшного не произошло. Ведь мы, ну завоевали нас, ну будем жить под другими.
Вот они это обсуждают, а рядом слуга, трактирный мальчишка, разносит кружки. И рассказ заканчивается словами: "ненавидящий взгляд мальчика, разносящего пивные кружки".
То есть понимаете, рассказ, несмотря на его безысходность,заканчивается надеждой. Этот мальчишка вырастет и вместе с ним вырастет воспоминание о том, как умер человек, не желавший подчиняться захватчикам. Вырастет и размножится, расплодится это воспоминание. Пройдет 50, 100, 150 лет, но пройдет какое-то время, и земля это воспрянет, восстанет, потому что у нее сохранилось воспоминание о человеческом достоинстве и человеческой гордости.
Вот во что в первую очередь целят.
Убив защитников какой-либо страны, вы не достигнете своей цели. Напротив, вы можете, наоборот, породить легенду. Легенду о людях, которые умерли и не сдались.
А вот если сделать эту легенду ненужной, военную тайну необязательно выпытывать. Буржуины были глупыми существами, они пытали мальчиша-Кибальчиша.
А надо было сделать так, чтобы военная тайна стала просто никому не нужна, никому не интересна, подменить жизненные ценности людей.
Вот чего нужно бояться, вот чего нужно бежать, вот о чем нужно помнить и вот с чем нужно бороться.
Убитые герои порождают героев, забытые герои порождают забвения.
История становится просто историей тогда, когда к ней начинают так относиться, когда в ней видят просто набор дат, фамилий, имен никому уже неинтересных, а не живых людей, которые жили в свое время и что-то делали.
А ведь это именно так.
Мне бы хотелось, чтобы пройдет тоже 50, 100, 150 лет, и в наших школах в нашей стране учили, что была великая страна Россия, Российская Империя, Союз Советских Социалистических Республик.
И была могучая армия – Российская Императорская Армия, Княжеские Дружины, Рабоче-Крестьянская Красная Армия.
Да, она сражалась с остатками Российской Императорской Армии.
Так слава же обеим сторонам. Слава доблестным воинам, которые бились друг с другом, но не уронили честь и достоинство воинского.
А потом была Советская Армия. И золотые царские погоны украшали плечи детей рабочих и крестьян.
Вот чего мне хотелось бы – неразрывности связи, неразрывности поколений, неразрывности исторической памяти.
И вот, кстати, именно этого так боятся наши враги, очень боятся.
Я уже упоминал, как писала кипятком одна преподавательница, которую бесило, что на уроках русские дети говорят о дружинниках князя Святослава, о солдатах Петра Первого: "Наши!". Наши, или Мы даже, ее это буквально корчило, как беса корчит от святой воды, что 13-14-15-летние ребята говорили "Мы" о героях прошлого. Да какие это мы, это было давно.
Нет, дорогие мои, это есть сейчас, это повторяется каждую секунду в каждом из нас, и если мы хотим, чтобы в решающий момент вот такой вот Игорь Остапенко нашелся не один, чтобы их нашлось множество и эти Остапенко сломали бы хребет врагам русской истории, русского народа, русской памяти, то мы должны эту память поддерживать.
Вот ради чего я читал этот цикл лекций.
Не ради того, чтобы перечислить битвы, не ради того, чтобы перечислить трофеи, количество убитых врагов и убитых наших. А ради того, чтобы вы помнили, как родился, рос и был предательски убит могучий и добрый великан, называемый Советской Армией.
Но этот великан оставил в нашем нынешнем мире свой доспех, свой меч и память о себе.
И должен найтись тот, кто все это поднимет. И кому все это придется впору.