- Другие родители помогают детям с жильем, а вы привыкли жить на халяву, - мило улыбнулся зять

Сегодня мой зять назвал меня халявщицей. Эти слова повисли в воздухе нашей гостиной, где еще пахло моим знаменитым яблочным пирогом, который я пекла для них всю субботу.

- Другие родители помогают детям с жильем, а вы привыкли жить на халяву, — мило улыбнулся он, крутя в руках ключи от своего нового автомобиля.

У меня перехватило дыхание. Я посмотрела на дочь — мою умную, красивую Лену, которую я одна поднимала на две скромные учительские зарплаты после того, как муж ушел к другой. Она опустила глаза в тарелку. И в этой тишине прозвучал мой приговор.

Дети живут со мной уже пять лет. Я, конечно, не мечтала жить под одной крышей с зятем, но ничем другим не могла помочь. После перенесенного коронавируса, я вынуждено вышла на пенсию. Собиралась за годик восстановиться и выйти на работу, но дочь с зятем подсунули мне двухлетнего внука.

- Нам нужно работать, чтобы накопить на первоначальный взнос, - сказала мне Лена. – Помоги, посиди с Мариком.

И я согласилась. Надеялась, что через годик внучок пойдет в детский сад, а я выйду на работу. Но не тут-то было. Внук постоянно болел, у него обнаружили астму, требовалось постоянно сидеть с ним дома.

Пенсия у меня мизер – 25 тысяч рублей. Этих денег едва хватало на коммуналку, таблетки и продукты.

- Раз я вынуждена сидеть с Мариком, то вы будете целиком оплачивать коммуналку, - сказала я дочери. – Иначе я не смогу покупать себе лекарства.

Лена кивнула, другого выбора у него не было. А вот зятю это не понравилось. Он всегда строил недовольное выражение лица, когда оплачивал квитанции. Сейчас он бесится, что я меньше покупаю продуктов. Но почему я должна кормить целую семью? Мне пачки макарон и гречки хватает на месяц. А вот дочь с зятем едят так, словно у них под подушкой миллионы лежат.

Недавно зять купил в кредит новый дорогущий автомобиль, и принялся перед Леной качать права.

- Другие родители помогают детям с жильем, а твоя мать хочет одна в трешке жить! – возмущался зять.

Он хочет, чтобы я продала себе квартиру, купила трешку на окраине города, а оставшиеся деньги отдала им. Но с какой стати? Почему я должна делиться со своим имуществом с двумя молодыми людьми, которые сами успеют заработать на жилье?

На следующий день меня переклинило, когда зять снова заговорил о халяве. - Извините, — сказала я тихо. — Вы, кажется, забыли, что живете в моей квартире на халяву. Идите и зарабатывайте себе сами на жилье.

Я вышла на улицу и впервые за долгие годы позволила себе заплакать на людях. Не из-за обиды. Из-за страшного осознания, что я стала для своей дочери обузой.